Непризнанные жертвы. Как в Украине и России освещали гибель гражданских на Донбассе с 2014 года Спектр
Суббота, 25 июня 2022
Сайт «Спектра» доступен в России через VPN

Непризнанные жертвы. Как в Украине и России освещали гибель гражданских на Донбассе с 2014 года

Солдат пророссийских вооруженных сил проверяет документы у местного жителя. Мариуполь. 18 апреля 2022 года. Фото REUTERS/Alexander Ermochenko/Scanpix/LETA Солдат пророссийских вооруженных сил проверяет документы у местного жителя. Мариуполь. 18 апреля 2022 года. Фото REUTERS/Alexander Ermochenko/Scanpix/LETA

«Спектр» при поддержке «Медиасети» публикует материал издания «Новости Донбасса».

Гибридный вооруженный конфликт на Донбассе как предтеча полномасштабной войны между Россией и Украиной, шел почти 8 лет — за это время, только по официальным данным, погибли более 14 тысяч человек, из них 3404 — мирные жители. Самым «кровавым» годом стал 2014-й — время активных боевых действий — тогда жертвами стали 2082 мирных жителя, а линия соприкосновения постоянно смещалась.

Остальные случаи произошли в 2015—2022 годах. Согласно имеющейся статистике ООН за 2018−2022 годы, более 80% гражданских пострадали со стороны неподконтрольной Украине территории, и любой подобный повод не упускала возможность использовать российская пропаганда, распространяя свой нарратив о «геноциде народа Донбасса» и «карателях из ВСУ». Вместе с тем, инциденты с гибелью или ранением гражданских в отдельных районах Донецкой и Луганской областей практически отсутствовали в повестке национальных украинских СМИ, что приводило к монополии России на трактовку трагических случаев.

«Новости Донбасса» проанализировали, как кремлевские медиа манипулировали жертвами среди мирного населения на Донбассе, а также как большее внимание украинских СМИ к этой теме могло и может ослабить российскую пропаганду, способствовать снижению уровня вражды по отношению к Украине и реинтеграции оккупированных территорий.

С начала вооруженного конфликта на Донбассе весной 2014 года российская пропаганда, манипулируя в том числе жертвами среди гражданского населения в ходе боестолкновений и артиллерийских дуэлей, начала планомерно вбрасывать тезисы о якобы целенаправленных убийствах местных жителей украинскими военными и «националистическими батальонами». В реальности же большее количество жертв на неподконтрольной территории обусловлено расположением линии фронта, которая проходит вблизи густонаселенных пунктов, отмечает глава Донбасского института региональной политики Энрике Менендес.

«Верховный комиссар ООН по правам человека и ОБСЕ очень четко и прямо заявляют, что обе стороны нарушают три базовых пункта международного гуманитарного права: применяют неизбирательное оружие в густонаселенных районах, прикрывают себя гражданскими объектами — и та, и другая стороны размещают в жилых кварталах огневые позиции, что приводит к тому, что „ответка“ прилетает в жилой квартал. Именно поэтому это и происходит», — отмечает Менендес. (Однако это не объясняет диспропорцию в 80% жертв среди мирного населения именно на неконтролируемых территориях — прим. «Спектра»).

Мифы о Донбассе

Российская пропаганда была нацелена на дезориентацию населения региона между понятиями «агрессор» и «освободитель». Кроме того, в ОРДЛО была введена тотальная цензура. Таким образом Россия и самопровозглашенные ДНР и ЛНР присваивали себе звания «защитников народа Донбасса».

«Они не просто приватизировали, они выиграли тогда с разгромным счетом войну за этот нарратив. Даже когда мы произносим слово Донбасс, то у большинства возникают мысли о неподконтрольной территории. Но Донбасс — это намного шире, ведь неподконтрольные территории занимают всего лишь 30% всего Донбасса. Я думаю, что им удалось это монополизировать, потому что у нас вообще отсутствовала хоть какая-либо внятная информационная политика относительно неподконтрольных территорий», — отмечает Менендес.

Созданный нарратив подпитывали на протяжении 8 лет, долгое время это помогало дискредитировать законную украинскую власть, считает политический обозреватель Виталий Сизов.

«Этот подход, он использовался незаконными российскими оккупационными администрациями для манипуляции, для того, чтобы превращать каждую гибель гражданского в какой-то преднамеренный акт якобы совершенный Вооруженными силами Украины для того, чтобы создавать образ кровожадного обесчеловеченного врага», — отмечает аналитик. (Вплоть до 24 февраля 2022 года и начала открытой агрессии против Украины Кремль отрицал непосредственное участие российских войск в боевых действиях на стороне Л/ДНР, несмотря на значительное количество подтверждающих это свидетельств, собранных как российскими, так и украинскими журналистами — прим. «Спектра»)

Скриншот из выпуска программы «Вести недели» на российском госканале «Россия 1»

Скриншот из выпуска программы «Вести недели» на российском госканале «Россия 1»

Кроме того, отдельную часть российской антиукраинской пропаганды занимали сообщения о возбуждении уголовных дел Следственным комитетом России по факту якобы военных преступлений украинской стороны по отношению к мирному населению Донбасса — для этого даже был создан отдельный департамент. (Специальный департамент, занимающийся расследованиями преступлений на неконтролируемых территориях, так называемый «Департамент войны», был создан и при Генпрокуратуре Украины, — прим. «Спектра». Мы поговорили с его создателем.)

Все вместе это создавало миф о «геноциде», который впоследствии и стал одним из оправданий полномасштабного вторжения России в Украину. И всего за три месяца открытой фазы противостояния по оценкам украинских властей в одном только Мариуполе в ходе наступления российских войск погибли более 20 тысяч гражданских (подсчитать точное число, пока город под контролем ДНР, невозможно), что в 6 раз больше, чем с весны 2014 года по 23 февраля 2022 года включительно.

«Все „благородное“ возмущение по поводу гибели гражданских — это ничто иное, как попытка конвертировать это в эскалацию дальнейшую. То есть, никому не интересно было в действительности прекратить это, ведь главное — использовать для разжигания ненависти, для того, чтобы вербовать в свои ряды боевиков новых либо для пропаганды внутри Российской Федерации, чтобы оправдывать свое присутствие в ОРДЛО», — считает Виталий Сизов.

Вместе с тем, российские прокремлевские медиа и подконтрольные Л/ДНР медиаресурсы не беспокоились судьбой «народа Донбасса» по украинскую сторону линии соприкосновения — случаи гибели или ранения гражданских полностью игнорировались как в медийном поле, так и в правовом.

Например, в прифронтовом городе Авдеевка Донецкой области 13 мая 2017 года попавший в жилой дом снаряд унес жизни 4 гражданских. Факт был освещен украинскими СМИ, а на следующий день указан в отчете ОБСЕ.

Или случай 14 июня 2019 года — ряд украинских СМИ сообщили, что в результате обстрела Марьинки (пригород Донецка), пострадала семья из 4 человек, в том числе и 9-летний ребенок. Этот инцидент спустя три дня указали в своем отчете СММ ОБСЕ.

Также в Хуторе Вольном Луганской области 24 февраля 2021 года в результате обстрела погиб мирный житель. Случай был освещен украинскими СМИ и ОБСЕ.

Но ни один из вышеуказанных фактов не был показан на федеральных или подконтрольных Л/ДНР телеканалах, о них не написали пророссийские сайты или телеграм-каналы.

«Хотя они очень много говорили о случаях гибели гражданских в ОРДЛО, а с другой стороны — полное молчание о жертвах с другой стороны. Абсолютно полное игнорирование, как-будто там не живет так называемый „народ Донбасса“, как они называли граждан Украины, жителей Донбасса. Как-будто в Мариуполе, в Волновахе, Марьинке и в Авдеевке их нет», — отмечает политический обозреватель Сизов.

Путин называет число погибших на Донбассе за 8 лет вооруженного конфликта, характеризуя это, как «геноцид». Фото: пресс-служба Кремля

Путин называет число погибших на Донбассе за 8 лет вооруженного конфликта, характеризуя это, как «геноцид». Фото пресс-служба Кремля.

Вне зоны доступа

С другой стороны, информационное пространство относительно смертей и ранений гражданских в ОРДЛО было монополизировано медиаресурсами Л/ДНР, а также России — украинские национальные телеканалы и всеукраинские издания постепенно все меньше уделяли внимания этой теме.

Так, 30 марта 2017 года «СЦКК ДНР» сообщил о гибели двух гражданских в Ясиноватой в результате разрыва снаряда. Спустя сутки информацию подтвердила в своем отчете ОБСЕ. Мы проанализировали выпуски новостей национальных телеканалов за 30, 31 марта и 1 апреля, а также публикации всеукраинских изданий и не нашли сообщений об этом. Хотя случившееся осветили несколько региональных медиа, в том числе и «Новости Донбасса», а также правозащитная организация «Донбасс СОС».

Или, например, случай 22 марта 2021 года. Тогда ряд сепаратистских и российских медиаресурсов сообщил о гибели мужчины якобы от снайперского выстрела во временно неподконтрольной Александровке (пригород Донецка). Позже на местных телеканалах был показан сюжет с места происшествия.

Репортаж телеканала «ДНР» из Александровки. Скриншот

Репортаж телеканала ДНР из Александровки. Скриншот

Спустя неделю — 2 апреля — ОБСЕ указала об этом случае в своем отчете. В то же время ни один национальный украинский телеканал во время своих эфиров или выпусков новостей не сообщил ни о случившемся 22 марта, ни о данных отчета ОБСЕ. Прошли стороной этот инцидент также и национальные интернет-СМИ, за исключением регионального DonPress и, собственно, «Новости Донбасса».

«Кое-кто считает, что все позитивное, что нам способствует, мы должны показывать. А то, что ставит под сомнение наши действия, или показывает положение на той стороне, мы должны умалчивать, если есть определенные аспекты. Я думаю, что это во многом нас вводит в заблуждение, а значит, подрывает нашу обороноспособность», — подчеркивает глава Комиссии по журналистской этике Андрей Куликов.

Однако в фокус объектива украинских медиа все же попадали некоторые случаи. Чаще всего самые вызывающие, с большим количеством жертв или гибелью детей. Именно такими инцидентами предпочитала манипулировать российская пропаганда, безапелляционно утверждая о виновности ВСУ. Как отмечает Виталий Сизов, делалось это, чтобы взывать к эмоциям зрителя и притупить его критическое мышление. А угроза имиджу провоцировала украинскую сторону на ответ в виде опровержения тезисов российских СМИ после широкой огласки, а не сам факт гибели или ранения гражданских лиц.

В пример приведем два случая. Первый — обстрел троллейбуса 22 января 2015 года на улице Куприна в Донецке, в результате которого погибли 15 человек, а более 20 получили ранения. Тогда ДНР обвинила в случившемся Украину, историю активно подхватили российские СМИ. Украинская сторона, в свою очередь, в ответ охарактеризовала это «кровавой провокацией» боевиков.

Обстрел троллейбуса 22 января 2015 года в Донецке. Скриншот

Обстрел троллейбуса 22 января 2015 года в Донецке. Скриншот

Второй — гибель пятилетнего мальчика в поселке Александровское (ОРДО) 2 апреля 2021 года. ДНР заявила про сброс взрывного устройства с украинского беспилотника. Буквально сразу такую риторику подхватили федеральные СМИ и российские топ-чиновники, заполонив ею информационное пространство. Подтапливали российскую пропаганду также публикации в отдельных украинских медиа, в которых произошедшее называли фейком и сравнивали этот случай с историей про «распятого мальчика», хотя гибель ребенка не вызывала сомнений.

В то же время некоторые украинские издания все же пытались разобраться в этом инциденте, они указывали на неубедительность версии российской стороны, ведь Александровское находилось в 15 километрах от линии фронта. Такое расстояние непреодолимо для БПЛА. Тип боеприпаса наблюдатели ОБСЕ установить не смогли, а история так и осталась личной трагедией семьи мальчика, вынесенной на поле информационной войны.

Похороны погибшего мальчика. Скриншот

Похороны погибшего мальчика. Скриншот

Если суммировать все вышесказанное, получается, что человек, живущий на подконтрольной Украине территории и находясь в соответствующем информационном пространстве, не был в достаточной мере осведомлен о жертвах войны в ОРДЛО, а жители неподконтрольного Донбасса, пытаясь найти информацию про обстрел своего или соседнего населенного пункта, с наибольшей долей вероятности попадали на пророссийские ресурсы с антиукраинскими нарративами.

Редакция «Новости Донбасса» в феврале 2022 года отправляла запросы ряду рейтинговых украинских медиа с вопросом о том, какое внимание уделялось жертвам среди гражданского населения в ОРДЛО. Ответ пришел лишь от телеканала «1+1 Media». В нем говорится следующее.

«Информация о событиях на востоке Украины всегда находится в фокусе группы 1+1 media. Так, на своих телеканалах, информационных ресурсах и платформах мы с 2014 года ежедневно освещаем события, касающиеся вооруженного конфликта и агрессии РФ. Наш долг, как вещателя — сообщать зрителям всю актуальную информацию, в том числе о наших победах и потерях. Поэтому достоверные данные, предоставляемые штабом ООС, на постоянной основе озвучиваются в эфире».

Вместе с тем, в ответе «1+1 Media» ничего не сказано об информации о жертвах среди гражданского населения в ОРДЛО. При самостоятельном изучении контента украинских общенациональных медиа мы выявили ряд закономерностей:

  1. Национальные телеканалы и всеукраинские интернет-издания могли себе позволить сослаться на информационные ресурсы ЛНР и ДНР только в случае экстраординарных заявлений глав группировок или при резонансном событии, как, например, убийство полевого командира или авария на шахте.
  2. А вот сообщения о жертвах журналисты обходили стороной, вероятно, из-за ненадежности источников информации и невозможности проверить заявления, ведь Россия запретила доступ украинским СМИ в ОРДЛО. В основном, в своих ежедневных материалах украинские журналисты опирались на сводки пресс-центра АТО, а позже — штаба ООС — или другие официальные украинские источники. А в них, в свою очередь, практически не говорилось о жертвах среди гражданского населения на неподконтрольной властям Украины территории.
  3. Те из публикаций, которые касались обсуждаемой нами темы, делались на основе ежемесячных или годовых отчетов ОБСЕ, ООН и прочих международных организаций, в которых указывалось общее число погибших или раненых гражданских на Донбассе за определенный период времени. Реже можно было увидеть разбивку на подконтрольные и неподконтрольные территории. Вместе с тем, в большинстве своих ежедневных отчетов ОБСЕ подтвердила публикуемую группировками информацию о ранениях и смертях среди гражданского населения.

«Если мы говорим, что это земли (оккупированные территории Донбасса — прим. „Новости Донбасса“) — это неотъемлемая часть Украины, и люди, живущие на тех землях, это тоже люди, о которых мы должны думать и заботиться, тогда ответ однозначен — о потерях нужно сообщать, о том, как их избегать и не приводить к этому. Нужно постоянно думать и принимать это во внимание», — считает глава КЖЭ Куликов.

Не хватает механизма

Как рассказала нам министр по вопросам реинтеграции временно оккупированных территорий Ирина Верещук, говорить о смертях на неподконтрольной территории украинские власти готовы. Однако проблема, по ее словам, в том, что отсутствует должный механизм или процедура уточнения информации по этим инцидентам.

«Страдают люди, и я понимаю, что это наши люди. Но как это доказать? Потому что у нас был режим тишины и я далека от мнения, что кто-то инициативно из ВСУ открывал огонь по населенным пунктам, это же невозможно, вы ведь прекрасно понимаете, все прекрасно понимают, что происходит. И если есть ответ, и он может в данном случае причинить вред, я военная, я прекрасно понимаю, то это война и нам нужно сейчас установить те рамки, которые будут после деоккупации и которые будут во время переходного периода», — говорит министр.

По словам полковника ВСУ, экс-начальника группы сотрудничества украинской СЦКК с ОБСЕ Валерия Вишневского, обмен информацией между Л/ДНР и СЦКК Украины был, но он происходил через посредника.

«Посредником между ВСУ и квазиобразованиями РФ добровольно согласилась быть СММ ОБСЕ в Украине — вся коммуникация происходила через них. У нас был определенный телеграмм-канал для оперативного реагирования на ситуацию. Обо всех определенных замечаниях, нарушениях мы писали сообщения ОБСЕ в телеграмм-канал. Также мы присылали электронные письма на электронные адреса в ОБСЕ. Такая же коммуникация происходила и с той стороны через определенные каналы мессенджеров. Как крайний случай — телефонная связь», — отметил Вишневский.

Вместе с тем, прямого доступа к неподконтрольной территории украинские СЦКК, правоохранители и СМИ не имели.

«И это огромная проблема. Эти объекты могут находиться даже в поле зрения, но это должен быть акт обследования, это должен быть комиссионно составленный акт, в который будут входить выводы в том числе и представителей ООС, потому что должен быть допуск к линии столкновения», — говорит министр по вопросам реинтеграции Ирина Верещук.

«Это политически выгодно — игнорировать факты гибели гражданских с другой стороны. В то же время, украинские власти действительно не имеют доступа к неподконтрольным территориям. Поэтому верифицировать эти случаи проблематично, чтобы принимать на веру информацию, полученную от представителей ОРДЛО», — добавляет политический обозреватель Виталий Сизов.

Большая война

После 24 февраля 2022 года число жертв в результате ежедневных обстрелов и авианалетов на Донбассе — беспрецедентно выросло, каждый день гибнут около десятка гражданских. Однако теперь большинство трагических случаев происходит на подконтрольной Украине территории.

По данным УВКПЧ ООН по состоянию на 25 мая, за три месяца полномасштабной войны на контролируемой правительством территории Донецкой и Луганской областей пострадали 4 217 человек (2 106 убитых и 2 111 раненых), а на территории, подконтрольной вооруженным формированиям, связанным с Россией — 655 людей (128 убитых и 527 раненых). Такой разброс связан с тем, что российские силы идут в наступление и неизбирательно применяет свое вооружение, используя его также в населенных пунктах.

Центр Мариуполя 18 марта 2022 года. Фото: Maxar Technologies

Центр Мариуполя 18 марта 2022 года. Фото Maxar Technologies

Несмотря на все это, российские медиа продолжают игнорировать происходящее на подконтрольной Украине территории Донбасса и используют жертв вооруженного конфликта там для разжигающей рознь пропаганды. Вместе с этим, украинские национальные СМИ не уделяют должного внимания трагическим случаям в ОРДЛО, чтобы ей противостоять. Однако тут стоит отметить, что единственный верифицированный независимый источник информации относительно жертв на неподконтрольной территории — СММ ОБСЕ — прекратил свою работу в Украине 31 марта 2022 года из-за нежелания России продлить мандат миссии.

Сейчас, в точности как и ранее, внимание уделяется лишь резонансным случаям — мощным с точки зрения ведения информационной войны, где молчание может означать репутационные потери.

Например, прилет «Точки-У» по центру Донецка 14 марта, вследствие которого, по информации ДНР погибли 20 человек, ранения получили более 13 человек. Пророссийские СМИ обвинили в обстреле Украину, последняя же назвала произошедшее провокацией.

Зеркальный случай — еще один удар «Точкой-У», только уже по железнодорожному вокзалу Краматорска 8 апреля — он унес жизни более 50 человек, порядка 100 людей пострадали. Как и в прошлый раз, стороны обменялись взаимными обвинениями.

Последствия удара по вокзалу Краматорска 8 апреля 2022 года. Фото: Павел Кириленко / Facebook

Последствия удара по вокзалу Краматорска 8 апреля 2022 года. Фото Павел Кириленко / Facebook

8 лет горького опыта

Медиаэксперты считают, что России и кремлевской пропаганде было бы намного труднее удерживать миф о «геноциде» и «защите народа Донбасса» в массовом сознании жителей России и оккупированных городов Донецкой и Луганской областей, если бы украинские медиа, а также государственные органы уделяли достаточное внимание жертвам среди гражданского населения на неподконтрольной территории.

Кроме того, как отметил Менендес, общий день памяти жертв вооруженного конфликта на Донбассе служил бы объединяющим фактором населения, живущего по разные стороны линии соприкосновения.

«Мы это в рамках нашей инициативы („Черные дни Донбасса“ — прим. „Новости Донбасса“) хотели сделать, объединить, проложить мостик. Показать, что мы чтим наших жертв и чтим ваших жертв, потому что это наши общие жертвы. А так — все отдельно и объединяющего нет. И, к сожалению, этот дискурс украинские политики совершенно не поддержали по той простой причине, что им это не приносит никаких электоральных баллов», — отмечает Менендес.

Пример 8 лет необъявленной войны сейчас важен, как никогда. Миллионы украинских граждан после 24 февраля оказались уже на новооккупированных территориях. И как мы видели в течении этих 8 лет Россия будет стремится сделать все, чтобы отрезать этих людей и территории из украинского информационного поля.

Чтобы противостоять российским нарративам, украинским СМИ необходимо больше говорить о гуманитарных проблемах граждан Украины, которые остались на оккупированных территориях, ведь созданный вакуум из-за отсутствия этой темы в украинской повестке заполняется пророссийской пропаганде. Соответственно, жители неподконтрольных районов становятся более уязвимыми. В конечном итоге это приводит к усложнению процесса реинтеграции в украинское социальное, информационное и политическое пространство.