Захлестнуло. Как оренбургские волонтеры помогают жителям справляться с наводнением Спектр
Четверг, 23 мая 2024
Сайт «Спектра» доступен в России через VPN

Захлестнуло. Как оренбургские волонтеры помогают жителям справляться с наводнением

Фото iStock Фото iStock

14 апреля, по официальным данным, уровень воды в Оренбурге снизился на несколько сантиметров. Однако жителям затопленных домов и тем, кто был вынужден покинуть свои квартиры от этого не легче. Река Урал еще держится на рекордных отметках (позавчера вода поднялась выше 11 метров!). В некоторые населенные пункты вокруг Оренбурга вода еще прибывает.

В самом Оренбурге эвакуированы 1738 человек, в том числе 334 ребенка. В зоне подтопления 3 978 домов (в том числе 51 многоквартирный) и 8559 приусадебных участков. Эвакуированы 1 738 человек, в том числе 334 ребенка. Всего в области эвакуировано 16 450 человек.

Несмотря на всё происходящее в городе и области, местные власти и руководство Российской футбольной премьер-лиги решили не переносить на нейтральное поле очередной матч местного «Оренбурга». Об этом просили его соперники из Нижнего Новгорода. Известный спортивный журналист и телекомментатор Денис Казанский по этому поводу выразился очень резко: «А меня одного несколько „смущает“ (пытаюсь подобрать литературное слово), что в Оренбурге решили сыграть в футбол? Немного отвлечь (так сказать) зеленым газоном от чудовищной катастрофы… Я, конечно, все понимаю… но это же ******! (Тут слов не хватает)».

Впрочем, футбол — не самое страшное в этих обстоятельствах. Местные жители продолжают жаловаться в соцсетях на недостаточные усилия чиновников и спасателей в критической ситуации. Даже официальные ресурсы вынуждены признать, что оренбуржцы собственными силами решают большинство проблем пострадавших. «Спектр» поговорил с двумя представителями разнообразных волонтерских групп, которые в эти дни помогают жителям Оренбурга — о том, почему действиями властей в городе никто не доволен, в каком положении оказались владельцы затопленных домов, и как сами горожане оказывают помощь друг другу.

Последствия наводнений в Оренбургской области. Фото Maxar Technologies

Последствия наводнений в Оренбургской области. Фото Maxar Technologies

«Совершенно потерянные люди»

Надежда М., волонтер

- Местные СМИ еще в начале марта предупреждали, что может случиться большой паводок. В городе обсуждали эту информацию или всё свалилось, как снег на голову?

- Вы правильно выразились: как снег на голову. Историю о большом паводке я не видела и не слышала в нашем регионе. Наш регион не был подвержен паводкам уже очень давно, а таким серьёзным — вообще никогда.

В центре Оренбурга находится набережная реки Урал, пешеходный мост —любимое место прогулок горожан. Все привыкли, что летом в этом районе Урал в прямом смысле можно перейти пешком. У нас вообще не паводковый регион, который из года в год затапливает. Мы к такому не привыкли.  Естественно, никто не ожидал, что река, которую можно перейти пешком, вдруг поднимется на 11−12 метров.

- На кого сейчас надеются оренбуржцы: на МЧС или на себя?

- На МЧС, к сожалению, никто не надеется. Властью и действиями администрации в городе никто не доволен — конечно, потому что их помощь и участие не видны. На мой взгляд, сами горожане проявили себя очень здорово. Они в этой ситуации сильно объединились и сплотились.

Судя по соцсетям и общению с моими знакомыми, пострадавшим в основном помогают волонтёры и простые люди. У нас создана уже куча групп помощи. Каждый человек написал, чем он может помочь: есть у него лодка, машина или прицеп, есть у него гараж для хранения вещей или есть квартира, в которую он может пустить пострадавших.  

Я вижу, что на спасение животных у нас ездят каждый день. Для этого есть несколько инициативных групп: их участники выезжают на лодках в затопленные районы, вытаскивают оттуда животных. Помогают, естественно, если кто-то из хозяев просит съездить за своими животными в конкретное место. У нас по соцсетям такая информация мгновенно расходится.

По-моему, сейчас все вовлечены в волонтерство. Например, у меня нет машины и возможности куда-то поехать с гуманитарным грузом, но я езжу на пункты раздачи помощи, где её получают пострадавшие. Работаю там. Опять же — эту помощь везут сами люди. Фасуют её те же волонтёры. Государство этого никак не касается.

- Как бы вы описали людей, которые приходят на эти пункты раздачи?

- Потерянные. Даже когда у них даже спрашиваешь, что им нужно: постельное белье или принадлежности для умывания, — они стоят и не могут ничего ответить. Совершенно потерянные люди, которые ещё не осознают и не понимают до конца, что произошло.

- Те, кто остался без крова, живут в основном в пунктах временного размещения?

- От тех, кто приходил к нам на пункт, я слышала, что многие стараются разъехаться по знакомым и родственникам. Плюс очень многие волонтёры пишут в социальных сетях, что у них есть дом, квартира или комната для размещения. Все горожане очень участливы, относятся к ситуации с пониманием. Многие сейчас размещают на своей жилплощади людей бесплатно.

Глава МЧС Александр Куренков посещает оренбургский пункт временного размещения. Скриншот канала «Оренбургское региональное телевидение» / Youtube

- Что власти говорят о компенсации тем, кто потерял имущество?

- Я слышала про 100 000 рублей — это единовременная выплата пострадавшим. Это материальная помощь на жизнь. До подведения итогов наводнения (а уровень воды в Урале у нас сегодня рос) говорить о компенсациях рано. Звучала информация, что будут возмещать, исходя из суммы 63 000 рублей за квадратный метр, но конечного решения ещё нет.

В чем ещё сложность ситуации. В затопленной местности очень много новых жилых районов с частным сектором. Там строились типовые дома, которые были сданы буквально два-три года назад. Большая часть этих домов, наверное, в ипотеке. В них недавно закончились ремонты, либо хозяева прожили всего год-два. Очень печально, что люди ещё не закрыли ипотеки, а у них уже нет дома.

- Как в Оренбурге обстоит ситуация с питьевой водой, с продуктами в магазинах?

- Пока я дефицита не замечала, несмотря на то, что мы как волонтёры закупаемся большими партиями. Как я понимаю, нет проблемы с доставкой в регион, потому что дороги не затоплены. Все крупные супермаркеты завозят товары в нормальном количестве.

Возможен дефицит питьевой воды, потому что у нас власти уже рекомендуют во всех районах города даже зубы не чистить с той водой, которая идёт из-под крана. Думаю, что это правильно. Сейчас лучше перестраховаться, чтобы не рисковать.

- Пока вода не спала, сложно, наверное, говорить о ближайшем будущем, но как бы вы охарактеризовали настроения родных и друзей? Никто из пострадавших не планирует навсегда уехать из родных мест?

- Мне кажется, никто пока не думает, что будет дальше. Люди больше заняты спасением друг друга, помощью тем, кто пострадал. Если и говорят о перспективах, то об экономических последствиях для региона. Таких настроений, что кто-то собрался уезжать, нет.  

Панорама реки Урал в черте Оренбурга. Скриншот видео канала «Контекст» / Youtube

«С коляской в зубах вытащила ребенка»

Татьяна Пчелкина, руководитель группы волонтеров на основе регионального отделения партии «Яблоко»

- 14 апреля из Оренбурга поступали противоречивые сведения. Официальные лица говорили о снижении паводка, а в социальных сетях горожане пишут, что вода в некоторых районах прибывает. Так как на самом деле?

- 14-го мы тоже увидели в новостях, что все у нас стабилизируется и вода уже не прибывает. Тем не менее, так как мы развозим гуманитарную помощь, нам позвонили из посёлка им. 9 Января. Это прямо под Оренбургом. Жители попросили о помощи, потому что у них поток действительно стал увеличиваться.

Если туда ехать по прямой, можно добраться за 20 минут, но сейчас дорога залита и нужно двигаться в объезд. Это около часа. Даже такси не хочет туда ехать, не то, что доставка продуктов в местные магазины. Люди просили привезти элементарное: воду, гречку, макароны…    

На месте мы убедились, что там затопило еще несколько дворов. В этих местах никогда не было столько воды. К нам вышла женщина и сказала, что она в поселке 60 лет живёт, но такое впервые произошло. Эта женщина недоумевала: «Вроде говорят, что снижается уровень воды или остается прежним, а у нас, получается, вода-то прибывает. Причём потоком идет». Мы и сами это увидели.

Люди там самостоятельно пытаются справиться с бедой. Я не видела там никаких спасателей. Единственно, какой-то трактор пытается сделать насыпь, но не понятно, чей он: администрации или сами жители его организовали. Ведь как должна работать администрация? Она обязана давать точную информацию, что у нас такой-то уровень воды, чтобы паники не было, чтобы вовремя спасали людей и животных, чтобы как-то помощь подвозили и так далее. У нас ничего этого нет. К сожалению, люди своими силами пытаются выжить. И никто в Оренбургской области не владеет достоверной информацией.

- Из других населенных пунктов области к вам обращались за помощью?

- Сегодня звонили из поселка им. Куйбышева, куда тоже вода до сих пор заходит. Просили привезти мальчику вещи. Сейчас мы их собираем и вечером повезём. Ребенку 6 лет. Его дом затопило примерно наполовину, он остался в чем был. 

- То есть ваша группа волонтеров делает акцент на адресной помощи?

- Сначала мы увидели масштаб бедствия на примере Орска. В этом городе тоже есть «яблочники», попавшие в тяжелую ситуацию. Мы кинули клич, чтобы наши товарищи со всей России помогли нам справиться с этой бедой. Открыли счёт, на который к нам поступают денежные средства. В Оренбурге мы закупаем продукты и товары первой необходимости. Везде объявления расклеили, что оказываем гуманитарную помощь прямо в нашем офисе.

Люди идут потоком. Часто спрашивают, нужен ли паспорт, потому что, когда они обращаются за официальной помощью, с них требуют документы. При этом им не всегда выдают то, что нужно. Пострадавшие идут к нам просто за продуктами. Очень просят одежду, обувь, поскольку у них всё осталось в домах, которые затопило полностью.

Еще к нам оренбуржцы приносят продукты, вещи, одеяла с подушками и так далее. Наш милый, уютный «яблочный» офис превратился в центр помощи. Это напоминает муравейник. Мы уже пятый день работаем практически в круглосуточном режиме.

Татьяна Пчелкина с волонтерами в офисе оренбургского «Яблока». Фото предоставлено героиней материала / Spektr. Press

- Сколько в вашем «муравейнике» волонтеров?

- Начиналось всё с 30 «яблочников» из нашего местного отделения, а потом к нам подключились активисты из штаба Бориса Надеждина. Мы сразу нашли общий язык. Так появилось ещё 30 человек. Они также оповестили о нашем счёте своих единомышленников, которые стали переводить пожертвования со всей России.

В результате у нас команда примерно из 60 волонтеров. Они постоянно меняются, поскольку кто-то работает, кому-то нужно отдохнуть. В офисе работают примерно 15 человек, которые разгружают всё, что к нам приходит, расфасовывают полученное, потому что мы каждому человеку стараемся приготовить полноценный пакет. Продукты вручаем отдельно, если нужны какие-то вещи, то второй пакет собирается отдельно.

- 13 апреля в соцсетях появилась информация о росте цен на продукты в городе. С другой стороны, мы видели фото с объявлениями о снижении цен для пострадавших. Что правда, а что фейк?

- Я не вижу, чтобы цены росли или, наоборот, понижались. Они стабильны. Мы ездим уже в течение пяти дней в магазины. Покупаем макароны, гречку, другие продукты, товары первой необходимости, воду. Вода заканчивается, может, быстрее, чем хотелось бы, потому что часто волонтеры, такие же, как мы, закупают ее очень много.   

Кстати, в магазинах появились специальные столы для пострадавших. То есть ты можешь что-то купить для них в магазине и там же оставить. Это не во всех магазинах устроено, но в сетевых есть.

- Вы упомянули, что пострадавшие не всегда получают помощь от властей, не хватает точной информации о происходящем в городе. Ваша волонтерская группа как-то взаимодействует с мэрией или МЧС?

- С мэрией мы не сотрудничаем. C МЧС тоже. Когда мы отвозим кому-то помощь и видим сотрудников МЧС, задаём им вопросы, отвечают они неохотно. Не могу сказать за весь город, но жители многих поселков, которые затопило, рассказывали, что к ним спасатели даже не приехали.

Мы сегодня специально пытались дозвониться по номеру 112. Это единый номер вызова служб экстренного реагирования в России. Минут 10 прошло, никто не взял трубку, при этом в очереди мы все время были якобы «вторыми». Это тоже показатель.

Другой пример. Вчера у нас затопило улицу Уральскую, её перекрывали. Стояли МЧС, полиция. Никого туда не пускали. Буквально через квартал затопило улицу Красную. И не просто затопило — вода повредила четырехэтажный дом, у него стена «поехала». Туда никто не приехал. Люди сами как-то эвакуировались, перебрались в пункт временного размещения. Забирали вещи, какие могли, и уходили. Мне кажется, это пример неполноценной работы тех, кто отвечает за эвакуацию горожан. Возможно, не хватает кадров. Не могу ничего сказать, но то, что многие горожане не получают необходимую помощь, видно по жалобам. Это однозначно.

Жители Оренбурга. Скриншот видео канала «Контекст» / Youtube

- Очевидно, что у пострадавших от наводнения примерно одни и те же проблемы. К вам в офис не обращались оренбуржцы, которые оказались в какой-то особой ситуации?

- К нам пришла женщина с кошкой. Она её во время эвакуации посадила в специальную сумку и пошла в пункт временного размещения. Там ей говорят: кошку надо оставить за дверью. С одной стороны, их можно понять: может, там в пункте временного размещения дети-аллергики находятся. С другой стороны, для женщины кошка — член семьи, а её даже в приют на время не предложили сдать. Женщина кошку не бросила. Поругала власть, что её обманули, развернулась и ушла.

Обратилась к нам. Мы ей нашли временное жилье, куда ее пустили с питомцем. К нам приходят местные жители, которые предлагают на время приютить у себя пострадавших. Одна из горожанок предложила три комнаты в разных квартирах. В одну из них мы хозяйку кошки и устроили. Она, конечно, была счастлива, что хоть куда-то может пойти.

Оренбуржцы не просто к себе в квартиры приглашают земляков — они готовы и пустые квартиры отдать на время бесплатно. Мы, например, в трехкомнатную смогли определить женщину со взрослым ребенком, у которого ДЦП. Они в последний момент выскочили из дома. Она буквально с коляской в зубах вытащила ребёнка. Только успели уехать, как всё затопило. Сейчас вода там уже просто под крышу. Окна вылетели.

У ребёнка на фоне стресса ещё и температура 39. Мы им трехкомнатную квартиру недалеко от её работы подыскали. Они туда заселилась тоже бесплатно. Вот так люди мобилизовались и помогают друг другу, а власти, к сожалению, нет.