«Все как в 1941-м». Что принесли российские войска жителям украинских городов вокруг Мариуполя и как им от этого можно сбежать - рассказы очевидцев Спектр
  • Пятница, 20 мая 2022

«Все как в 1941-м». Что принесли российские войска жителям украинских городов вокруг Мариуполя и как им от этого можно сбежать — рассказы очевидцев

Женщина у могилы матери, погибшей в результате обстрела в осажденном южном порту Мариуполя, Украина, 23 марта 2022 года. © Reuters / Alexander Ermochenko / Scanpix / Leta Женщина у могилы матери, погибшей в результате обстрела в осажденном южном порту Мариуполя, Украина, 23 марта 2022 года. © Reuters / Alexander Ermochenko / Scanpix / Leta

К югу Донецкой области сейчас приковано внимание всего мира — Мариуполь в кольце, в городе с четырьмя сотнями тысяч населения идут уличные бои. Российской армией вокруг него захвачены районные центры Волноваха, Никольское, спутник Мариуполя Мангуш и самое большое греческое село в Украине — Сартана. Украинская армия сражается севернее Волновахи и по-прежнему держит фронт в районе Марьинки под Донецком. Бежавшие из Мариуполя в Запорожье люди встречают солдат ВСУ в городе Орехов, это аж в 163 километрах от Мариуполя — очень далеко для деблокады.

Едут люди чаще всего через захваченный россиянами курортный Бердянск — там удалось организовать заправку, на которой людям с мариупольской пропиской в паспорте продают немного бензина. Там же крайняя точка, куда россияне пускают украинские эвакуационные автобусы из Запорожья.

В Мариуполь гуманитарный коридор так и не открыли — ни гуманитарной помощи туда, ни украинских автобусов с людьми оттуда, из города можно выехать на свой страх и риск машинами и выйти пешком, проходя через фильтрационные посты и многочисленные проверки от российской армии и спецслужб самопровозглашенной, но признанной пока только Россией ДНР.

Из Мариуполя через сито проверок вывозят автобусами россияне — в городе уже неделю как захвачены многие спальные микрорайоны с востока, севера и юга. Людей их этих районов вывозят на проверку в Володарское, затем мариупольские беженцы могут попасть на подконтрольную российской армии территорию в Бердянск, Донецк или сразу на границу в Новоазовск и далее в Таганрог. В Бердянске организована инфраструктура по по вывозу людей в Запорожье, в Донецке беженцев временно размещают в пустующих сейчас школах для проверки, первой помощи и отправки тех, кто не имеет родственников в ДНР, в Россию. Некоторые беженцы сразу пытаются проехать в Европу. Редакции «Спектра» известны три семьи из Волновахи, одна из которых уже пересекла границу. Еще две едут к ней, пытаясь попасть в итоге в Грецию и Польшу. Кроме того, советник мэра Мариуполя Петр Андрющенко сообщил о первой успешной операции «Вырви из лап России мариупольцев» — группа беженцев с помощью неназванных помощников пересекла границу Эстонии.

Семья у своего разрушенного дома готовит на открытом еду. Мариуполь, 23 марта 2022. © Maximilian Clarke/SOPA Images / ZUMA Press Wire / Scanpix / Leta

Семья у своего разрушенного дома готовит на улице еду. Мариуполь, 23 марта 2022. © Maximilian Clarke /SOPA Images / ZUMA Press Wire / Scanpix / Leta

Блокада Мариуполя длится с 1 марта, она началась с расстрела всех 11 энергетических подстанций, в городе нет света, воды, газа, тепла, прицельно уничтожались офисы и инфраструктура украинских мобильных операторов, совсем нет связи оператора «Водафон», неустойчиво работает только «Киев-Стар». Разбиты практически все символические места города — театр, Главпочтамт, художественная школа, роддом 3-й городской больницы… Сейчас бои идут в районе площади Свободы, бывшей Ленина — там в советское время проходили обязательные демонстрации на 1 мая и 7 ноября, это символический центр города.

Как получается, что защитники Мариуполя при этом продолжают эффективную оборону? Для местных этот вопрос риторический — в городе три огромных «естественных укрепрайона» с мощными бетонными зданиями цехов и еще советскими капитальными бомбоубежищами — металлургические комбинаты «Азовсталь», имени Ильича и завод «Азовмаш». Одним из узлов сопротивления стало трамвайно-троллейбусное депо — рассказы людей из Мариуполя дают картинку современного Сталинграда. Самый «свежий» собеседник выехал из Мариуполя 21 марта, он сидел в подвале дома рядом с ТТУ, и, по его словам, украинские солдаты твердо держат этот рубеж уже больше недели.

«Спектр» поговорил с жителями Волновахи, Никольского, Мангуша, Павлополя и Мариуполя. Кроме того, удалось пообщаться как с семей, выехавшей из украинской зоны города в числе участников первой колонны личных гражданских автомашин, так и с семьей мариупольцев, которых «освобождали» российские солдаты, а затем пропускали через фильтрационные блокпосты в Никольском.

Никольское, Мангуш и Волноваха

«У нас неразбериха полная, россияне конкретно к нам вошли 1−2 марта, но были больше вокруг, а город совсем взяли под контроль где-то 8-го. Сейчас каждый день в город въезжает от тысячи до полутора беженцев из Мариуполя, их автобусами свозят в сторону Новоазовска, иногда — Бердянска. — рассказывает собеседник «Спектра» из городка Никольское (до декомунизации Володарское), который просил не указывать его имени. — В городе новая власть — комендатура, это военные из ДНР.

Линия автобусов, выставленная защитниками украинского батальона «Азов», чтобы помешать продвижению российских сил, сражающихся в городе. Мариуполь, 23 марта 2022. © Maximilian Clarke/SOPA Images / ZUMA Press Wire / Scanpix / Leta

Линия автобусов, выставленная бойцами признанного в России экстремистской организацией украинского батальона «Азов», чтобы помешать продвижению российских сил в город. Мариуполь, 23 марта 2022. © Maximilian Clarke/SOPA Images / ZUMA Press Wire / Scanpix / Leta

Администрацию старую вроде не арестовали пока, сказали мол работайте как работали, потом приедет начальство из Донецка будем переоформлять вас. То же самое в больнице — приезжали из минздрава ДНР, проводили собрание, рассказывали, что еще разберутся с ними. В городе открыли военный госпиталь, в день там бывает по-разному — до полусотни раненых, тяжелораненых днем забирают вертолеты. Привозили и выдавали один раз гуманитарку — консервы, крупу, сахар, воду. Машину горючки привозили, машину нашу под это забрали, а бензин их — желающим продавали. Опять же местным фермерам некуда сдавать молоко стало, они ездят по улицам и раздают его людям бесплатно — на этом и живем!"

«Какие-то наши предприниматели более-менее еще адекватные ездят в Мангуш, покупают там хлеб и у нас тут продают. — продолжает собеседник „Спектра“. — А в остальном многие магазины по мере окончания товара закрылись. На рынок в первые дни оккупации к нам приезжали предприниматели из Енакиево (территория подконтрольная ДНР с 2014 года — прим. „Спектра“), с лотков торговали продуктами — как договоришься. Вопрос двоякий тут — наши торгуют за гривну и вояки интересуются насчет рублей, а енакиевские хотят рубли и говорят нам: „Зачем нам ваши фантики?“. Фантики не фантики, а ходят пока тут гривны. Обещают, что торговля продуктами из ДНР станет регулярной на рынке».

Володарское (российские войска не признают украинских названий) — второй по счету и первый по значимости пост в системе фильтрации беженцев из захваченных районов Мариуполя. Сюда попадают люди из 17-го и 23-го микрорайонов, уже взятых российской армией. Местный райотдел называют «блокпостом двух флагов» — здесь рядом с российским висит флаг ДНР. Соответственно, отсев людей ведет и МГБ ДНР. Всего по дороге к Запорожью жители проезжают до 15 российских блокпостов, которые стоят до населенного пункта Пологи. Все жители там обязаны маркировать себя белыми повязками. Ими же помечают себя все выезжающие из Мариуполя и вообще все, кто не хочет, чтобы российская армия в них стреляла.

Вид на Мариуполь, окутанный дымом от взрывов. 23 марта 2022 года. © Reuters/Alexander Ermochenko / Scanpix / Leta

Вид на Мариуполь, окутанный дымом от взрывов. 23 марта 2022 года. © Reuters/Alexander Ermochenko / Scanpix / Leta

«Напротив „Метро“ на выезде из Мариуполя в сторону Никольского продуктовые оптовые склады, и сейчас мимо них идут люди, мамы с детьми, все как в 1941, а этим детям русские солдаты вручают каждому по шоколадке из этих разворованных складов, представляешь картину?» — говорит фермер Вадим Бурлаков. Предки Бурлакова в 1941 году бежали от войны на восток, их обоз был разбомблен в районе села Павлополь под Мариуполем, семья осталась на месте и пустила корни на берегу речки Кальмиус, Бурлаковы там жили вплоть 26 февраля 2022.

«Нас мужчин практически на каждом посту заставляли раздеваться — искали наколки, отметины от приклада на плече, „Азов“ искали. Больше всего проверяли в Володарском — там из нашей группы забрали троих бывших полицейских из Донецка. Бедные парни в 2014 вышли на Украину, обжились в Мариуполе, но видимо в списках каких-то были. Ехали в гражданском, а удостоверения все равно с собой несли…», — рассказывает «Спектру» Вадим Бурлаков, выезжавший из подконтрольной россиянам зоны Мариуполя как раз на «русском» транспорте.

«Среди тех, кто ехал в сторону Новоазовска (там российская граница — прим Спектра) были люди, работавшие на заводе „Азовсталь“. Их вычисляли по дороге и отводили для отдельных долгих допросов — расспрашивали о заводских потайных коммуникациях. Так понимаю, ищут где сидят наши бойцы, — продолжает Вадим. — Именно с нами ехали люди с „Азовстали“, я просто не знаю, идут ли такие же бои на комбинате имени Ильича, и допрашивают ли людей оттуда».

«В нашем Павлополе сразу после захвата людей эвакуировали тоже в Новоазовск, а потом, как война придвинулась ближе к Мариуполю, где-то через четыре дня, вернули их в вычищенные „до чурочки“ их дома, — рассказывает „Спектру“ Бурлаков. — Потом в село привезли гуманитарку, людям сказали сидеть дома, их будут кормить!»

Длинная очередь раздачи гуманитарной помощи в разрушенном микрорайоне Мариуполя. 24 марта 2022 года. Reuters / Pavel Klimov / Scanpix / Leta

Длинная очередь раздачи гуманитарной помощи в разрушенном микрорайоне Мариуполя. 24 марта 2022 года. Reuters / Pavel Klimov / Scanpix / Leta

Городки, взятые относительно легко, без уличных боев, со временем подвергаются только подомовому обходу. «В Мангуше только через неделю после прихода русских обошли все дома. У нас лежачая больная в доме — на нее даже не глянули и не записали, интересовали относительно молодые, в первую очередь мужчины», — рассказывает собеседник «Спектра» из города Мангуш. Списки участников АТО и проукраинских активистов составляют как правило местные, в Мангуше работать с новой властью осталась часть полицейских.

Волноваха, в которой были тяжелейшие уличные бои и город дважды переходил из рук в руки, проверки шли по-другому.

«В городе шла зачистка полноценная, на улице у нас во всех домах, и покинутых и повреждённых тоже, должны были быть открыты ворота, двери, подвалы — они шли группами с автоматами, и все тщательно обшаривали и уходили, а все везде открытым так и осталось. Что с ним будет, если у нас на улице, к примеру, мы одни? — рассказывает „Спектру“ уцелевший житель Волновахи. Он решил остаться и просил не раскрывать его имя. — В нашем магазине, говорят, военную форму нашли — вроде кто-то переодевался». Сейчас понемногу ремонтируют разбитую крышу больницы, в центре раздают еду, дают от генераторов подзарядить телефоны. Назначили администрацию — из бежавших в 2014 местных".

В Волновахе арестовать местную власть нельзя, в городе из-за близости фронта просто не проводились местные выборы, а украинская военно-гражданская администрация успела эвакуироваться.

Мариуполь — это Украина

Фермер из Павлополя Вадим Бурлаков бежал под обстрелами из своего села в Мариуполь 26 февраля, посидел в подвале одного из домов, а потом перебрался с семьей в более капитальное здание Мариупольской школы милиции — здесь кроме надежного подвала была столовая, в которой до определенного предела кормили всех, и полицейских, и гражданских беженцев.

Когда еда в столовой закончилась, люди во время затишья собирали продукты в разбитых бомбами магазинах. Бойцы Национальной гвардии Украины препятствовали только сбору алкоголя, старались разбивать бутылки. «Были в первые дни люди, которые не консервы хватали, а лангустины с коньяком за три тысячи гривен — попробовать!» — рассказывает Бурлаков.

Под постоянными обстрелами он потерял счет времени. Последний раз он смог поговорить по телефону 2 марта. А примерно 18 марта к ним ворвались солдаты российской армии и вывезли их в Володарское. Бурлаков определяет день по тому, что за два дня до того «бомба упала на Театр».

Мать прикрывает сына во время обстрела Мариуполя. 23 марта 2022 года. © Reuters / Alexander Ermochenko / Scanpix / Leta

Мать прикрывает сына во время обстрела Мариуполя. 23 марта 2022 года. © Reuters / Alexander Ermochenko / Scanpix / Leta

Врач Эдуард Зарубин жил с семьей в своем доме в микрорайоне Восточный, который нещадно начали обстреливать в первые дни войны. Эдуард с женой и сыном перебрался под обстрелом в пустую однокомнатную квартиру своего друга в центре города — «на «Тыщик». В Мариуполе много мест с историей. Место, где много лет при СССР был магазин «Тысяча мелочей», так и осталось «Тыщиком». Эдуард выживал сначала в квартире, потом прятался с семей в подвале и каждый день под обстрелами пытался добыть с сыном воды — Горводоканал вывозил в жилые районы цистерны с водой, возле которых выстраивались огромные очереди. Каждый день Зарубины доходили до дома сотрудничающего со «Спектром» фотографа Сергея Ваганова.

Вместе с семьей Вагановых по разбитым улицам под обстрелом Зарубины выскочили из города по дорогам усыпанным осколками снарядов. Многие хозяева бросали машины после того, как колеса прокалывались осколками. Шиномонтажных и любых других мастерских в тех краях еще долго не будет.

«Я никогда не верил, что вот так можно бомбить мирный город бомбами. Может он и не сильно мирный, но основная то масса жителей мирных, а не военных! — Говорит „Спектру“ Эдуард Зарубин. —  И нас закидали бомбами так, что там живого места нет. Город нахрен разрушен, вообще! Просто вообще, весь: Восточный микрорайон, Западный, Черемушки, Приморский район, Центра нету вообще! Левый вообще — Детройт! Короче, Мариуполь все — он полностью остановлен, в нем нет никакой жизни!»

«Работа закончилась через три дня после начала войны, город встал. Я не вышел на работу уже 26 февраля. Каждый день приходила такая жопа, Мариуполь так менялся, что я не узнавал город. Начались сыпаться сверху бомбы просто разрушая все, что есть вокруг, именно разрушая. Главпочтамта нет, „Тыщика“ нет, „Порт-сити“ нету, „Метро“ нету, ресторана „Майский“ нет, здание Гипромеза в центре стоит без стекол, кафе Хлеб-Дюсолей нет, моего медицинского центра нет, Восточный вообще весь сгорел… Короче, просто я не знаю, что еще можно про это сказать».

Солдат российской армии у очереди за гуманитарной помощью. Мариуполь, 23 марта 2022 года. © Reuters / Alexander Ermochenko / Scanpix / Leta

Солдат российской армии у очереди за гуманитарной помощью. Мариуполь, 23 марта 2022 года. © Reuters / Alexander Ermochenko / Scanpix / Leta

За более чем три недели полной блокады города к Мариуполю ни разу не допустили гуманитарную помощь и согласованные на переговорах России и Украины колоны автобусов из украинского Запорожья для эвакуации жителей — все доезжает максимум до Бердянска или Мангуша. Во вторник 22 марта колона автобусов компании «Метинвест» Рината Ахметова забрала людей, а потом ее «отжали» вооруженные военные и препроводили в Донецк.

Из поста директора по коммуникациям компании СКМ (SCM Limited, холдинговая компания, управляющая производственными активами Ахметова — прим. «Спектра») Натальи Емченко известно, что там людей размещают на ночь в школах, кормят, но не могут помыть — в городе нет воды. Все документы и технику изымают для проверки, после нее всех, у кого нет родственников в Донецке, отправляют в российский Таганрог. Люди в тяжелейшем психологическом состоянии, компания СКМ ищет пути как вернуть людей Мариуполя в Украину.

Мариуполь в войне России против Украины превратился в символ и своеобразную абсолютную единицу разрушения. Следующий «мариуполь» украинцы прогнозируют в Чернигове — там во вторник ударами российской авиации был разрушен единственный мост, по которому шла эвакуация гражданских и так же настойчиво уничтожается центр города и социальная инфраструктура.