"Все рухнуло в один момент". О чем пишут украинцы в соцсетях через месяц после начала войны с Россией Спектр
  • Четверг, 26 мая 2022

«Все рухнуло в один момент». О чем пишут украинцы в соцсетях через месяц после начала войны с Россией

Постеры на улицах Варшавы. 24 марта 2022 года. Фото Petr David Josek/AP Photo/Scanpix/Leta Постеры на улицах Варшавы. 24 марта 2022 года. Фото Petr David Josek/AP Photo/Scanpix/Leta

Житель Одессы Алексей Лебин, который занимается волонтерством и развозит продовольствие и медикаменты нуждающимся, записал 24 марта ролик в котором он говорит о том, что «как и многие из нас месяц назад я проснулся от взрывов».

«Я помню четко как что-то загудело, а потом начало взрываться. Месяц назад наша жизнь изменилась. Мои мечты, страхи переживания — все это рухнуло в один момент и понял, что планировать жизнь я могу только на день вперед, максимум на два. Я узнал за этот месяц, что такое „Джавелин“, что такое „Байрактар“ и куда должен идти русский корабль. Как и многие украинцы, я отправил свою семью подальше, чтобы они были в безопасности».

Фотограф из Харькова Кирилл Неежмаков вспоминает каким его город был до массированных российских бомбардировок.

«Сегодня прошел месяц с момента нападения на Украину российских захватчиков. За это время мой родной город Харьков продолжают разрушать: инфраструктуру, предприятия, жилые и исторические здания. Многие люди остались без жилья — враг уничтожает всё и всех без разбора.

На этот год у меня были планы снять новый таймлапс ролик про изменения, которые произошли в городе за эти 10 лет с момента выхода моего самого первого видео, про то, насколько он стал лучше и красивее! Но теперь можно только вспоминать об этом, смотря на исторические кадры и надеясь, что происходящее сейчас безумие скоро закончится и мы сможем восстановить наш разрушенный Харьков и сделать его еще красивее, чем он был до войны…", — написал Неежмаков.
Пожарные тушат пожар в здании Харьковского национального университета, которое пострадало в результате обстрела. Фото OLEKSANDR LAPSHYN / TASS / Scanpix / Leta

Пожарные тушат пожар в здании Харьковского национального университета, которое пострадало в результате обстрела. Фото OLEKSANDR LAPSHYN / TASS / Scanpix / Leta

Детский фотограф из Киева Ксения Мруга пишет: «Самая большая мечта сейчас, услышать что наступил мир!»

«Сегодня ровно месяц как у нас в Украине война, мы никогда уже не будем такими как раньше, ценности теперь совсем другие, пришло понимание какие же мы счастливые были до 24.02, мы не просили нас освобождать, спасать, мы были счастливы у себя дома, а сейчас уже месяц мы не видели свой дом, я лишена любимой работы, нормального сна, своей жизни, вдалеке от моих родных, мы выехали на западную Украину, тут безопаснее, но постоянно звучат сирены и каждый раз внутри клокот, панические атаки не покидают, я лично все время на успокоительных, мне очень тяжело, но мы не хотим никуда уезжать, мы хотим домой!!!», — пишет она.

Украинский рэпер Лион публикует подборку фотографий с последствиями бомбардировок Киева.

Скриншот страницы facebook.com/LION

Скриншот страницы facebook.com/LION

Киевлянка Галина Третьякова пишет, что эта война поставила «безоговорочную точку на последней странице летописи имперской России».

«Месяц. Хотели разделить народ, а получили единый организм, где сплав национального духа достиг таких температур, что земля под ногами оккупантов взвилась языками благородного и смертоносного пламени, поглощая их орды без пощады ежедневно, ежечасно, ежесекундно. Хотели за три дня дойти до Киева, но обнаружили на своём пути города-крепости, где каждый украинец — солдат. Города, которые можно только стереть с лица земли, но не захватить и не поработить. Хотели увидеть на своём пути цветы, но не увидели их даже на своих братских могилах, где их безымянных тысячами сваливают в украинскую землю. Хотели сделать Украину своим униженным и разоренным сателлитом, но стали сами униженными и разоренными сателлитами Китая. Хотели русскую весну, а получили взошедшее украинское солнце. Хотели найти в Украине фашизм, но в результате нашли его только в себе. Месяц назад Украина поставила безоговорочную точку на последней странице летописи имперской России, окончательно закрывая её многовековую историю грабежей, убийств, неисчерпаемого насилия и бессмысленных, жестоких колонизаций», — написала Третьякова.
Женщина идет возле детской больницы, пострадавшей в результате обстрела. Мариуполь. 9 марта 2022 года. Фото Evgeniy Maloletka/AP Photo/Scanpix/Leta

Женщина идет возле детской больницы, пострадавшей в результате обстрела. Мариуполь. 9 марта 2022 года. Фото Evgeniy Maloletka/AP Photo/Scanpix/Leta

А вот как вспоминает первый день войны депутат Верховной рады Украины Елизавета Богуцкая:
«Накануне вечером стало ясно, что война неизбежна и вторжение будет в течение ближайших нескольких дней.
Я уснула поздно, мысли путались: пыталась понять, за сколько времени с Беларуси танки дойдут до Киева.
Ночью зазвонил телефон. Звонила Женя Кравчук, моя коллега:
— Лиза, заберёшь меня через полчаса от станции метро (…)?
— Хорошо, так ещё темно же…
— Лиза, война началась. Нас бомбят.
За 5 мин мы с сыном были готовы выезжать. Было около 5 утра. Где-то за окном слышались глухие взрывы. Выскочили во двор, к машине и тут я поняла, что забыла телефон. Сын завёл машину на прогрев, я побежала к подъезду.
И тут прямо на моих глазах прогремел взрыв. Прямо передо мной огромное красное зарево и страшный грохот. Мне показалось, что дома зашатались и что я оглохла.
Сказать, что это страшно — ничего не сказать.
Пока ехали с сыном в Киев, слышали взрывы везде. Справа, слева, сзади, спереди… Везде были авиаудары. Везде.
Мы ехали и видели, как из переулков, с перекрестков, отовсюду выезжают автомобили и буквально на наших глазах задолго до рассвета мы оказываемся в пробке. Кто-то пытается обогнать колонну машин по обочинам, кто-то по тротуарам. Куча аварий. Паника. Добрались вовремя. Конституционное большинство депутатов проголосовало военное положение.
Потом получила в ГУВД оружие и шла с ним по пустому Крещатику. Изредка встречались люди. Кто-то с чемоданом бежал в метро, кто-то звонил родным по-телефону, узнать, живы ли… Один человек обратился ко мне: „Скажите, это конец?“ — „Нет. Это начало…“
Шла, смотрела, отвечала, видела пустой Крещатик и чувствовала пустоту внутри. Но точно знала: я никуда не поеду. Буду в Украине, в моем Вышгороде до конца. Уже однажды я уезжала на время. Оказалось — навсегда», — написала Богуцкая.
Пробки на выезде из Киева. Февраль 2022 года. Фото Emilio Morenatti / TASS / Scanpix / Leta

Пробки на выезде из Киева. Февраль 2022 года. Фото Emilio Morenatti / TASS / Scanpix / Leta

Украинская театральная деятельница Ксения Хижняк рассказала историю своей подруги, которая сопровождала в эвакуации из Мариуполя женщину с четырьмя детьми.

«Вырвались на эвакуационном автобусе. Она учительница. Из четверых детей родной только один. Второй — племянник, ребёнок сестры. Сама сестра вышла в какой-то из дней из бомбоубежища то ли за водой, то ли за едой и не вернулась. Третий ребёнок — соседей. Родители погибли, а его заметили в руинах соседского дома и забрали к себе в подвал. Четвёртого ребёнка она увидела, когда с первыми тремя бежала на эвакуационный автобус. Сидел рядом с мертвыми родителями. Схватила его и рюкзак, потому что подумала, что в рюкзаке наверняка документы. Так оно и было. Выехали чудом. Автобус, который ехал за ними, расстреляли. На границе она так и сказала — разрешения ни на кого из детей, кроме одного, нет, делайте, что хотите. Их всех выпустили. Уехали дальше в Венгрию. Нужно что-то написать в завершение истории, но я не понимаю, что. Я просто вообще не понимаю», — написала Хижняк.


СЛЕДИТЕ ЗА РАЗВИТИЕМ СОБЫТИЙ В ТЕКСТОВОЙ ХРОНИКЕ В НАШЕМ ТЕЛЕГРАМ-КАНАЛЕ