Преследование Ивана Сафронова и других журналистов должно быть прекращено
  • Суббота, 26 сентября 2020
  • $78.21
  • €90.93
  • 42.26

«Это только всех сплотило». Стамбульская диаспора после убийства администратора «Кавказ-Центра»

Черноморченко. Фото из личного архива. Черноморченко. Фото из личного архива.

13 апреля турецкая полиция заявила о задержании двух россиян, обвиненных в убийстве чеченского боевика Абдулвахида Эдильгериева, которого называли администратором запрещенного в России интернет-ресурса сепаратистов «Кавказ-Центр». Турецкая сторона назвала задержанных агентами российских спецслужб. Застреленный в спальном районе Стамбула был родственником лидера запрещенного в РФ «Исламского государства» аш-Шишани, ичкерийского вице-премьра Мовлади Удугова и куратора «Имарата Кавказ» в Сирии Исы Умарова. Сам Эдильгериев активно участвовал в боевых действиях на Кавказе, Донбассе и в Сирии, а также подозревался в попытке взорвать российского президента Владимира Путина.

Эмигрировавший в Стамбул главред «Голоса ислама» Дмитрий Хамза Черноморченко, этнически русский, принявший ислам, рассказал «Спектру» о том, как это и другие убийства повлияли на диаспору русскоязычных мусульман, и о причинах, вынуждающих мусульман уезжать из России.

99% немногочисленных исламских новостных сайтов расскажут, какой хороший Владимир Владимирович. Они будут хаять Европу и рассказывать про Турцию, как лучшего помощника ИГИЛ. Все будет в духе центрального телевидения, а с точки зрения суннитского мира или арабских стран подачи информации нет. Я редактор сайта «Голос Ислама» и это единственный исламский новостной сайт в рунете, который является оппозицией по отношению к тем вещам, что я обозначил выше.

Снесенная по решению местных властей старейшая мечеть Нового Уренгоя. Фото с сайта golosislama.com

Снесенная по решению местных властей старейшая мечеть Нового Уренгоя. Фото с сайта golosislama.com

Но переехал я в Стамбул не из-за подобных причин. Моя история противостояния намного глубже. Восемь лет я бы главой религиозной организации в Новом Уренгое, которую всячески прессовали, как только могли. Например, пытались возбудить уголовное дело против меня по экстремизму. Пытались запретить и организацию — мы выиграли в итоге в регионе, а затем в Верховном суде.

Это сопровождалось расстрелом моего имама, отца 11 детей. Позднее обвинили киллера, у которого десятки заказных убийств бизнесменов и еще два убийства авторитетных мусульманина. Ему инкриминировали убийство моего имама и мецената из Курганской области, который строил мечеть. Мой имам же никаким бизнесом не занимался, если не называть этим термином привоз баранов на Куйрам байрам.

С тех пор многих людей из актива посадили, подкинули всякого, лишили контрактов. К моей мечети в Новом Уренгое загнали экскаваторы и сравняли с землей. В результате и возник наш «Голос ислама». Он стал той искрой, которая вынесла сор из избы. Но вскоре он оказался под запретом в России. Сейчас мы подали в суд на обжалование запрета сайта.

Бои в Алеппо. Фото Reuters/Scanpix

Бои в Алеппо. Фото Reuters/Scanpix

По словам губернатора Ямала, трое человек уехали в ИГИЛ. Но трое ли их? ФСБ заявляет, что пять тысяч россиян там. Если поделить пропорционально по регионам, то выйдет больше — пусть даже около трех тысяч с Кавказа. Ситуация в моем регионе, события в Нижневартовске способствуют радикализации мусульман — чем больше давления, тем больше людей уходит в экстремистские течения. Из тех, кто уехал в ИГИЛ с Ямала я не был знаком ни с кем— их имена видел только в газетах. [Палач ИГИЛа] Джихади-Толик был намного младше меня. Когда и я, и он были параллельно в Ноябрьске, то ни разу не пересекались.

Переехав в Стамбул в 2013 году, я познакомился с русскими братьями, и меня пригласили принять участие в конференции о притеснениях в России. Этим занимались правозащитники Mazlumder, помогающие мусульманам, которых пытаются депортировать из Турции. Ту конференцию широко освещали в мировых СМИ — в результате мы получили ответный удар, и нас показали по российскому телеканалу.

Нас выставили вербовщиками ИГИЛ и уголовниками. Про меня сказали, что отжимаю квартиры, а мой товарищ (лидер «Национальной организации русских мусульман», прим. «Спектра») Салман Север вырезает почки. В качестве доказательства дали вырезку из наших телефонных разговоров, добавив своего контекста. Я все еще получаю угрозы от тех, кто представляется офицерами ФСБ. Чаще всего это делают по почте и WhatsApp — это было и в России.

Эдильгериев Абдулвахид. Кадр Youtube

Эдильгериев Абдулвахид. Кадр Youtube

Убийство чеченца Эдильгериева Абдулвахида прошлой осенью коснулось всех нас— через закрытые группы в соцсетях мы все быстро узнали об убийстве. Моментально жена скинула в WhatsApp фотки с места событий, которые снимал кто-то по соседству. У русских мусульман Стамбула есть несколько закрытых групп, где мы меняемся новостями, договариваемся о покупках. Это убийство только усилило радикализацию абсолютно всех — ну что решило это убийство? Был один администратор «Кавказ-Центра» — станет три, а окружение еще сильнее озлобилось. Никто не подумал, что это просто какой-то криминал, все кивнули и сказали «еще один, кто же следующий».

Такое убийство только сильнее всех сплотило — это беда для всех. Под ударом не только соратники Эмирата (признанная в РФ террористической группировка «Имарат Кавказ» — прим. «Спектра»). Под ударом и читатели книг богослова Саида Нурси, чьи публикации попали в РФ под определение экстремизма, хотя он вне политики — его последователи начали бежать еще 10 лет назад. Под ударом и «Хизб ут-Тахрир», которую в России признали террористической, хотя ее активисты не совершили ни одного теракта. Здесь большая диаспора хизбов из Башкортостана и Татарстана.

На самом деле убийство администратора «Кавказ-Центра» Абдулвахида было лишь очередным убийством, но лишь оно одно всплыло в российской прессе. Убийства русских мухаджиров случаются регулярно — пять лет назад чаще убивали чеченцев, а сейчас пошли узбеки и таджики. Убивают обычно не простых, а тех, кто чем-то занимается — например, недавно убили известного узбекского богослова, главу авторитетной общественной организации.

Черноморченко. Фото из личного архива.

Черноморченко. Фото из личного архива.

По итогам есть задержания — например, за убийство богослова арестовали чеченца. В другой раз на бензоколонке задержали трех чеченцев, которых турецкие спецслужбы обвиняют в работе на Россию. По убийству Абдулвахида сейчас тоже арест. По внедрению агентов спецслужб в среду мухаджиров все только на уровне предположений — за руку никто никого не ловил. Здесь ни у кого нет сомнений, кто это убивает и для чего — никто не думает, что это какой-то бизнес. Единогласное мнение, что это заказ из России. Прокуратура и полиция аналогичного мнения — все прекрасно знают, что за российскими мухаджирами идет настоящая охота.

Это криминал, который работает по заказу штатных сотрудников. Больше выгодополучателей нет. Эту ситуацию в свое время прокомментировал еще Александр Литвиненко: в одном лондонском интервью он заявил, что заказ спецслужбами убийств у уголовников — это абсолютно нормальная практика для России.

У меня не было с ним общих знакомых, и с İMKANDER, которая больше аффилирована с «Кавказ-Центром», я тоже не контактирую принципиально, чтобы меня не привязывали ни к «Кавказ-Центру», ни к Эмирату. Я не являюсь сторонником «Исламского государства» и Эмирата, так как имеются очень серьезные разногласия в методологии, в том числе по вопросу боевых действий. Но рассуждать, используя клише органов, не буду.

В этой организации тоже работают много хороших людей. В Эмирате ведь есть действующие лидеры, но у них всех есть жены, дети, родители. Они все бегут оттуда, так как в России сейчас семейственная ответственность. Поэтому эта организация помогает в первую очередь не этим действующим боевикам, а бежавшим семьям.

Мухаджиры в Турции — ведь это не единый организм, так как русскоговорящие мусульмане живут по всему Стамбулу и достаточно разношерстные. Впрочем, в район Кайасехир, где убили администратора «Кавказ-Центра», больше всего таких людей, ведь изначально это был самый религиозный район, где существовала возможность арендовать социальное жилье. Всего в городе сейчас проживает навскидку около 15 тысяч россиян-мусульман, а уж сколько здесь из Средней Азии… и все мы, безусловно, внимательно следим за тем, что происходит дома.

Окрестности Хомса. Сирия Фото AFP/Scanpix

Окрестности Хомса. Сирия Фото AFP/Scanpix

Российские СМИ утверждают, что многие смотрят в сторону Сирии, в сторону ИГИЛ. Та волна энтузиазма, что была на первоначальном этапе, уже прошла — сейчас она уже не очень актуальна. Да, среди мухаджиров есть прослойка, которая более серьезно настроена — для них даже Турция и Россия одинаковы. Я не знаю, насколько «Исламское государство» может быть более комфортной страной, когда тебе 24 часа в сутки кидают на головы бомбы.

Опять же, с точки зрения шариатских норм, там все под вопросом — лично я не встречал ни одного человека, который съездив туда, сказал бы: «Вот, брат, там хорошо». То, что говорят по обе стороны — Дмитрий Кисилев и официальные журналы ИГИЛ — настолько ирреально, что не берусь сказать, где правда.