Избирательно, но любого. Как госизмена стала в России инструментом запугивания Спектр
Суббота, 23 сентября 2023
Сайт «Спектра» доступен в России через VPN

Избирательно, но любого. Как госизмена стала в России инструментом запугивания

Статуя Фемиды у входа в здание Верховного суда России в Москве. Фото Alexander NEMENOV/AFP/Scanpix/Leta Статуя Фемиды у входа в здание Верховного суда России в Москве. Фото Alexander NEMENOV/AFP/Scanpix/Leta

Третий и четвертый президентский сроки Владимира Путина в России последовательно расширялось понятие «государственной измены». На второй год войны с Украиной Путин ужесточил наказание за госизмену вплоть до пожизненного заключения. Зачем, если для репрессий есть множество других статей УК РФ, «Спектр» разбирался с помощью экспертов.

Новое «дело за смс»

12 мая российская ФСБ отчиталась о задержании жителя Крыма по подозрению в госизмене. Имя мужчины не сообщается, известен только возраст — 34 года. По версии ФСБ, мужчина «изменил Родине» с помощью коротких сообщений:

«Установлено, что задержанный осуществил пересылку в чат-бот одного из украинских Telegram-каналов, используемых украинскими спецслужбами для сбора разведданных, видеозаписи перемещения воинским эшелоном военной техники Министерства обороны РФ в направлении зоны проведения специальной военной операции».

Оксана Севастиди. Фото Sputnik/Scanpix

Оксана Севастиди. Фото Sputnik/Scanpix

Подобные дела уже возбуждались в России. Так, в 2014−2016 годах суды приговорили нескольких женщин к реальным срокам за отправку смс. Инга Тутисани, Анник Кесян, Марина Джанджгава и Оксана Севастиди в 2008 году заметили колонны военной техники, направлявшиеся в Грузию, и написали об этом знакомым. За это женщины получили сроки от шести до двенадцати лет. Позже Севастиди, Кесян и Джанджгава были помилованы Путиным.

Прокурор Краснодарского края Леонид Коржинек, в 2016 году лично поддерживавший гособвинение в делах «краснодарских изменниц» об смс-сообщениях, получил повышение до заместителя генпрокурора РФ и переехал в Москву. Расследовавший все эти уголовные дела следователь ФСБ Роман Троян возглавил следственное управление ФСБ по Краснодарскому краю. Следователь по особо важным делам Первого отдела следственного управления ФСБ Михаил Свинолуп в дальнейшем был назначен заместителем руководителя Первого отдела следственного управления ФСБ, а затем возглавил СИЗО «Лефортово».

Анник Кесян и Марина Джанджгава после помилования. Фото Иван Павлов/Facebook

Анник Кесян и Марина Джанджгава после помилования. Фото Иван Павлов/Facebook

От двух-трех к 50 делам в год

Еще в 2012 году, когда Путин третий раз стал президентом, в 275-ю статью УК («госизмена») Госдума под председательством нынешнего главы Службы внешней разведки Сергея Нарышкина утвердила поправки, значительно расширившие ее толкование. «Враждебная деятельность в ущерб внешней безопасности» как условие госизмены была заменена на просто «деятельность, направленную против безопасности РФ».

Таким образом ущерб мог наноситься не только внешней, но и внутренней безопасности РФ, а «враждебность» деятельности официально уже доказывать было не нужно. А к видам «иной» преступной помощи добавилось уточнение: «финансовая, материально-техническая, консультационная», при этом не только государствам, но и международным организациям и их представителям.

Тогда, в декабре 2012 года на заседании Совета по правам человека при президенте судья Конституционного суда в отставке Тамара Морщакова сказала Владимиру Путину, что 275-я статья в новой редакции «может быть вполне направлена против легальной, открытой деятельности гражданского общества и его представителей». Президент сказал, что «готов еще раз вернуться к этому, посмотреть повнимательнее».

При этом принятые поправки внесло в Госдуму еще правительство самого же Путина в декабре 2008 года — по предложению ФСБ. В пояснительной записке к законопроекту аргументы сводились к тому, что действовавшая на тот момент формулировка является для ФСБ «крайне сложной для доказывания». Она требовала, чтобы был подтвержден доказательствами умысел на госизмену, наличие в действиях признаков проведения именно «враждебной» деятельности.

С тех пор, как Путин в 2012 году предложил «посмотреть повнимательнее», произошло резкое — с 24-х в 2012 году до 62-х в 2019 году по данным Судебного департамента Верховного суда -увеличение количества приговоров по статьям, связанным с национальной безопасностью: госизмена (275 УК), шпионаж (276 УК), разглашение гостайны (283 УК) и незаконный доступ к гостайне (283.1 УК).

С перерывом на переизбрание Владимира Путина президентом в 2018 году количество приговоров растет и исключительно по обвинениям в государственной измене. В 2021 году было вынесено 14 приговоров по статье 275 («госизмена»). В 2022 году «за госизмену» были осуждены уже 16 человек, хотя еще 10 лет назад было два-три приговора в год.

В 2022 году правозащитники зафиксировали два десятка новых уголовных дел, связанных с со статьями о госизмене и шпионажем.  «Статья о госизмене и раньше была на слуху, — говорит «Спектру» юрист и основатель открытого сообщества адвокатов и правозащитников «Первый отдел» Иван Павлов. Конечно, такого большого числа дел не было. Но с 2015 года мы наблюдаем вспышку.  И я ожидаю более пятидесяти дел за этот год».

Иван Павлов. Фото Alexander Zemlianichenko/AP/Scanpix/Leta

Иван Павлов. Фото Alexander Zemlianichenko/AP/Scanpix/Leta

Новый бум

В неопубликованной еще статистике организации за первые четыре месяца 2023 года их уже пятнадцать (информация «Спектру» предоставлена правозащитниками «ОВД — Инфо»).

В январе стало известно о как минимум трех новых уголовных дела о госизмене — в Брянской области, и на оккупированных Россией украинских территориях — в Мелитополе, в Твери. Еще одно дело заведено о «конфиденциальном сотрудничестве с Украиной» (275.1 УК РФ). И одно дело о шпионаже в пользу Украины.

В феврале  – еще четыре новых уголовных дела по статьям о госбезопасности: в Москве госизмена (275 УК РФ), два дела в Севастополе (ст. 275 УК РФ и ст. 275.1 УК РФ), в Тульской области по подозрению в «содействии иностранной организации в ее деятельности, направленной против безопасности России» (ст. 275.1 УК РФ).

В марте применение законодательства об угрозах национальной безопасности расширяется — появляются дела о госизмене за «финансирование ВСУ». Известно как минимум о двух таких случаях за месяц (Хабаровск, Москва). Ещё минимум семь дел связаны с другими причинами: якобы планирование воевать за Украину — это госизмена или конфиденциальное сотрудничество;  подстрекательство или подготовка к подстрекательству сдаться в плен — госизмена, фотографировал рельсы — госизмена, якобы передавал информацию о ядерном оружии или объектах Минобороны).  Всего в марте становится известно восьми новых делах за госизмену, одном за «конфиденциальное сотрудничество», а также одном деле за шпионаж (Эван Гершкович).

В апреле в госизмене обвиняют Илью Бабурина за поджог военкомата (ему добавили квалификацию после отказа сотрудничать со следствием). Кроме этого, ещё четыре новых дела по госизмене появились в оккупированной Запорожской области, на Сахалине, в Ростове-на-Дону, в Хабаровске (последнее дело — всего третье известное о госизмене за денежные переводы в Украину). Еще новых дела заведены о шпионаже — в Москве, в Нижнем Тагиле, в оккупированной Херсонской области.

Курс в регионы и на Восток

Из приведенной «ОВД — Инфо» статистики, видно, что не только Москва стала объектом повышенного внимания следователей ФСБ. Сразу шесть уголовных дел о госизмене они открыли на Дальнем Востоке. Причем все дела связаны со стратегическим партнером России — Китаем, а вовсе не со странами Запада, которые по уверениям Владимира Путина воюют с Россией.

«Такие дела всегда были, — объясняет «Спектру» юрист и основатель открытого сообщества адвокатов и правозащитников «Первый отдел» Иван Павлов. — Китай, по мнению чекистов, это одна из стран, в пользу которой частенько совершается шпионаж».

Сейчас в лидерах по делам о госизмене и шпионаже далеко не Америка. Первые места занимают Украина, Грузия и Китай, отмечает Павлов. Если с Украиной и Грузией все понятно, то с Китаем сложнее: «В группу риска быть осужденными за шпионаж в пользу Китая попадают прежде всего ученые. Съездил, прочитал лекцию и все — готовый шпион». 

Ученые — это люди, которые в той или иной степени обладают информацией, которую чекисты могут считать секретной. «Во-вторых, раньше российское государство поощряло международные контакты ученых, в том числе из Китаем, — говорит Павлов. — С КНР были активные научные контакты и совместные проекты. И чекисты, вероятно, решили, что им очень удобно сажать ученых за шпионаж в пользу Китая. Их просто сильно больше, чем ученых, имевших дело с коллегами из США».

Зачем и кому нужна госизмена

 «Что касается причин, то все объясняется властями военным временем, — объясняет Иван Павлов. — Если есть внешние враги, то должны быть и внутренние. Но найти настоящих врагов наши спецслужбы не могут. Приходится их изобретать. Так появляются дела ученых, дела с совершенно абсурдными обвинениями, когда домохозяйку обвиняют в шпионаже».

Основной давний мотив в заведении дел о госизмене у сотрудников ФСБ — карьера: это звания, премии, должности, уверен адвокат, ведущий такие дела. Достаточно одного дела и считай, что прослужил в ФСБ не зря. Основные карьерные бонусы идут оперативникам, но следователи тоже получают дивиденды.  Не остаются без «благодарности от государства» обвинители на процессе и судьи.

Статья 275 УК переписывалась и дополнялась не только и не столько для того, чтобы увеличить количество уголовных дел по ней, а чтобы неограниченно расширить полномочия ФСБ по оперативно-розыскной деятельности, считает правозащитник, хорошо знакомый с активностью силовиков.

Чем шире вы делаете состав преступления о госизмение, тем шире — кратно — у вас увеличиваются возможности сбора информации. Нынешняя формулировка госизмены — «деятельность, направленная против безопасности» России — настолько неопределенная, что дает возможность собирать информацию в принципе о любом человеке в России, который ФСБ интересует.  

Иван Сафронов. Фото Evgenia Novozhenina/REUTERS/File Photo/Scanpix/Leta

Иван Сафронов. Фото Evgenia Novozhenina/REUTERS/File Photo/Scanpix/Leta

Еще до полномасштабного вторжения России в Украину расширение статьи о госизмене и практик ее применения рассматривались правозащитниками как подготовка к новой волне политических репрессий. Ее первым вестником стало дело Ивана Сафронова, приговоренного в сентябре 2022 года к 22 годам. С началом войны статья о госизмене из инструмента превентивного сохранения секретов окончательно превратилась в инструмент политического запугивания.  

Игра на повышение

Самым громким делом по госизмене последнего времени был суд над журналистом и оппозиционером Владимиром Кара-Мурзрой. 17 марта 2023 года его приговорили к двадцати пяти годам лишения свободы, при чем за оказание помощи иностранной организации, чья деятельность направлена против безопасности России. Это была «спящая» форма 275-й статьи, измененной в июле 2022 года, которую «распечатали» именно на деле Кара-Мурзы. Потом ее стали ее применять к тем, кто делал донаты в украинские фонды.

Владимир Кара-Мурза во время слушаний в Басманном суде в Москве. 10 октября 2022 года. Фото NATALIA KOLESNIKOVA /AFP/Scanpix/LETA

Владимир Кара-Мурза во время слушаний в Басманном суде в Москве. 10 октября 2022 года. Фото NATALIA KOLESNIKOVA /AFP/Scanpix/LETA

Но этого показалось российским властям недостаточно. 28  апреля 2023 года российский президент   подписал закон, увеличивающий максимальное наказание за госизмену с 20 лет до пожизненного заключения. «Закон о госизмене, — говорит «Спектру» юрист «ОВД-Инфо» Дарья Короленко, — очень устрашающий механизм для людей, учитывая, что госизмену стали применять и за «финансовую помощь ВСУ (донаты в Украину, необязательные даже на ВСУ), и пожизненное (заключение) позволяет создать атмосферу страха».

«Это игра на повышение, — считает Иван Павлов. — Вдруг люди перестанут бояться? Введенные пожизненные сроки показывают опасения режима, что атмосфера страха еще не достигнута. Я думаю, что если такими темпами и дальше пойдет, то может быть преодолён и мораторий на смертную казнь. Это будет незаконно, но кто у нас сейчас смотрит на закон, если речь идет о политической целесообразности?».

 «Закон о госизмене, — говорит «Спектру» юрист правозащитной организации «ОВД-Инфо» Дарья Короленко, — очень устрашающий механизм для людей, учитывая, что госизмену стали применять и за «финансовую помощь ВСУ» (донаты в Украину, необязательно даже для ВСУ), а пожизненное заключение позволяет создать атмосферу страха».

При этом, отмечает Короленко, условия содержания в тюрьме при пожизненном «самые строгие»: «И люди, боясь пожизненного могут пойти на сделку со следствием и оговорить кого-то еще». Поэтому, по ее мнению, «будет больше дел, и будет больше обвинительных приговоров, и сроки будут большие».

Пропаганда вместо УК

Помимо тех, кто переводил деньги в украинские фонды, новая редакция статьи о госизмене касается перехода на сторону противника, то есть военных Украины. С июля 2022 года власти России это тоже считают формой госизмены.

«И сразу появились дела, когда молодых людей стали обвинять в подготовке к госизмене в форме перехода на сторону противника, — говорит Павлов. — Часто их ловят на пограничных пунктах, скажем, в аэропорту. Или, как нашего подзащитного арестовали при переходе пограничного перехода в Грузию». 

У мужчины в последнем случае нашли камуфляжные брюки в багаже, покопались в переписке. Обнаружили какие-то антивоенные высказывания. Ему предъявили обвинение, что он через Грузию, Турцию и Польшу хотел приехать в Украину, чтобы там воевать на стороне ВСУ, рассказывает Павлов: «То, что у него не было польской визы не смутило чекистов».

«Думаю, что таких дел будет все больше, они будут расследоваться не только центральным аппаратом ФСБ, но и в регионах. Так что сейчас по статье о госизмене может быть задержан любой гражданин России», — уверен адвокат. При этом массовым средством запугивания россиян обвинения в госизмене все же не станут, уверен Павлов.

Как говорил в интервью «Спектру» директор правозащитного центра «Сова» Александр Верховский, в России «практикуется преследование по закону, но тогда, когда нужно, и закон специально делается таким образом, чтобы им было проще это делать, когда потребуется». По крайней мере — пока.

 И обвинения в госизмене — это все-таки «индивидуальный пошив», замечает Павлов: «Да, в сталинские времена статья применялась массово. По ней сажалось множество людей. Но если бы у Сталина был такой ресурс, как Первый канал (российского телевидения), то может быть и массовых репрессий не было бы. Сейчас все делает пропаганда».

Эффект, который раньше достигался массовыми репрессиями может быть достигнут точечными репрессиями и «хорошим» освещением в массовых средствах информации, считает адвокат: «И даже не только в пропагандистских СМИ. Потому что свободные средства массовой информации тоже делают свое дело. Они распространяют информацию о процессах и способствуют достижению поставленной цели — насаждению атмосферы страха. Как и раньше, целью массовых репрессий был страх, так и сейчас подобная атмосфера является целью этих самых точечных репрессий. Как бы парадоксально это не звучало, независимые СМИ здесь играют в пользу режима. Потому что, распространяя информацию, они способствуют насаждению страха. Люди начинают бояться, избегают любого протестного поведения».