Спектр

Холодное лето-2019. Почему главные итоги протестов неутешительны для противников власти и опасны для России

Столкновения с полицией. Фото REUTERS/Scanpix/Leta

Столкновения с полицией. Фото REUTERS/Scanpix/Leta

Политический кризис вокруг выборов в Мосгордуму стал самым и острым с момента «болотных» протестов конца 2011-начала 2012 года. Однако пока ни малейших оснований для оптимизма у тех, кто искренне хочет демократических перемен в России, усмотреть не получается. Главным последствием нынешнего противостояния власти и улицы в Москве может стать быстрый и качественный переход России от гибридного авторитаризма к открытому силовому тоталитаризму. Вместо декоративных выборов, псевдопарламента и квазипартий (даже сохранив эти декорации) путинский режим начнет открыто защищать и легитимировать себя с помощью дубинок Росгвардии и массовых неизбирательных репрессий против любых несогласных. 

10 августа в Москве состоялась самая многочисленная уличная акция протеста «За честные выборы и против политических репрессий» за последние 7 лет. На нее пришло порядка 50-60 тысяч человек. Причем это была не только московская история. Акции солидарности с москвичами прошли примерно в 40 городах России и собрали суммарно еще несколько тысяч человек. Кроме того, люди выходили на одиночные пикеты.

Впервые за долгое время (а для некоторых и впервые вообще) в акции приняли участие такие популярные у миллионов молодых россиян персонажи, как блогер Юрий Дудь, рэперы Facе и Оxxxymiron, а также не участвовавший в уличных акциях со времен «болотных» протестов журналист Леонид Парфенов.

Его речь на митинге о «всероссийском политическом вранье», пожалуй, оказалась самым ярким публичным высказыванием этой формально согласованной мэрией Москвы акции. Важно осознавать, что если бы акция была несогласованной, людей с большой вероятностью на ней было бы меньше.

Но каковы реальные результаты и перспективы протеста?

Даже после согласованного митинга в Москве 10 августа были задержаны 256 человек — якобы за «нарушение правил участия в акции». По факту людей задержали возле администрации президента на Китай-Городе. Туда они отправились по призыву Борис Золотаревского, начальника штаба арестованного кандидата Ивана Жданова перед самым окончанием времени «согласованного» митинга на проспекте Сахарова, (власти дали людям на митинг два часа—с 14. До 16.00). Тем самым полиция вновь недвусмысленно продемонстрировала, что даже мирные прогулки возле администрации президента (как и возле мэрии) являются несанкционированными акциями, не говоря уже о скандировании лозунгов и демонстрации плакатов. Хотя по Конституции РФ вообще не должно быть разделения митингов или шествий на согласованные и не согласованные. Организаторам уличных акций по закону достаточно просто уведомлять власти и гарантировать порядок. Впрочем, при нынешнем накале страстей и повадках российской власти никогда нельзя исключить провокаций против полиции и ОМОНа со стороны людей, не имеющих никакого отношения к протестной повестке.

Практически все публичные лидеры протестов сидят по делам об административных правонарушениях. Ни один независимый оппозиционный кандидат на выборах в Мосгордуму так и не зарегистрирован. Не отпущены и студенты, а также другие фигуранты уголовного дела о «массовых беспорядках», заведенного Следственным комитетом после несогласованной акции в Москве 27 июля. Хотя никаких массовых беспорядков в городе не было и никто из полицейских или «космонавтов-росгвардейцев» не пострадал, даже по официальным данным. Если кто и создавал предпосылки для массовых беспорядков, проявлял открытое насилие — так это сами полицейские и росгвардейцы. Они силой задерживали даже не имевших отношение к протестам людей, избивали женщин и подростков дубинками, перекрывали выходы с площадей и препятствовали свободному движению граждан.

8 августа Следственный комитет заблокировал счета Фонда борьбы с коррупцией Алексея Навального, провел обыски в офисе ФБК и дома у его нынешних и даже бывших сотрудников. По версии следствия, с января 2016-го по декабрь 2018 года сотрудники ФБК получили от третьих лиц крупную сумму в рублях и валюте. Причем сначала СКР сообщал об 1 млрд руб, потом скостил эту сумму до 75 млн.  Это уголовное дело готовит «юридическую» базу для посадки Навального и всех его ближайших соратников по ФБК на длительные сроки. И при любом ходе следствия призвано запугать расследователей коррупционных преступлений московской и федеральной власти.

Отменить выборы в Мосгордуму 8 сентября и перенести их на конец осени, как того потребовал незарегистрированный независимый кандидат Илья Яшин, тоже, скорее всего, не получится.  ЦИК уже отказался это сделать

Едва ли Кремль пойдет на расформирование Мосизбиркома и всех районных комиссий, как того требовали протестующие. Но даже если пойдет, мы хорошо помним, что одним из главных требований митингов семи-восьмилетней давности была отставка тогдашнего главы ЦИК Владимира Чурова. Вряд ли кому-то из людей, желающих честных выборов в России, придет в голову сказать, что Элла Памфилова, заменившая Чурова, (его отправили в отставку по-тихому и сильно позже волны протестов, в марте 2016 года), хоть чем-то лучше своего предшественника.

Собственно, дело Ивана Голунова и конфликт вокруг выборов в Мосгордуму дают предельно простую и объемную картину возможностей несистемной оппозиции противостоять нынешней власти. Разумеется, было очень важно добиться прекращения сфабрикованного уголовного дела против Голунова. Но в России уже никто не помнит, что так и не наказаны те, кто подбрасывал ему наркотики и фабриковал это дело. История, которая была главным политическим сюжетом в стране всего два месяца назад, теперь кажется полузабытым событием какой-то давно ушедшей эпохи. 

То, что в России «убивают за политику» оппозиционеров любого калибра, должно было стать совершенно ясно еще в момент показательного расстрела Бориса Немцова у стен Кремля 27 февраля 2015 года. К слову, на момент убийства, если кто забыл, Немцов был даже не кандидатом в депутаты, а действующим депутатом городского парламента – Ярославской городской думы. Это к тому, что даже депутатский мандат на городском уровне не является в России защитой для тех, кто готов активно публично выступать против власти, пользуется хоть какой-то популярностью в обществе, имеет минимальный организационный ресурс или, что еще опаснее, связи в международной политике.

Понятно, что любые акции протеста в Москве и Петербурге (там есть отдельный сюжет с попытками избрать губернатором заведомо не избираемого в случае честных выборов —ставленника Путина Александра Беглова) вызывают у Кремля гораздо более жесткую реакцию, чем в провинции. Ведь вопрос о власти в момент политических потрясений в любом государстве решается исключительно в столицах. 

Пока оппозиция не только не добилась ни одной из своих целей на этих уличных акциях, но и не очень понятно, как ей действовать дальше. Требовать честных выборов от власти, которая органически не допускает самой их возможности, наивно. Ожидать радикального роста количества участников уличных акций протеста на фоне откровенного пофигизма большинства москвичей (не говоря уже о большинстве россиян) не приходится. Опять же, едва ли можно проводить массовые акции протеста с постоянным ростом количества участников каждую субботу на протяжении хотя бы даже трех месяцев — полугода. Не говоря уже о массовом стоянии толп на площадях в центре города — обычно именно готовность людей долго не расходиться оказывается решающим фактором в мирном противостоянии с властью.

Призрак «майдана» — самое страшное, что есть в картине мира российской власти. О сохранении какой-то репутации России в мире, кроме готовности пугать и нарушать любые правила, в Кремле явно давно забыли. По сути, нынешняя российская власть и привластная бизнес-элита (она же во многом и элита силовиков из-за предельного сращивания спецслужб с бизнесом при Путине) думает исключительно о самосохранении и передаче нажитых состояний по наследству детям.

По сути, нынешние акции протеста знаменуют переход борьбы за власть в России в новое качество. Российская власть охраняет личные богатства и возможность передать их по наследству при отсутствии законных механизмов такой передачи и деградации всех легальных институтов государства. В такой ситуации — особенно на фоне проблемы транзита власти-2024 — ни Путину, ни его окружению нет резона играть в «демократию». 

Все идет к тому, что власть в России теперь будет легитимировать себя дубинками, а не выборами. Ей неважно, как она выглядит в глазах народа или международного сообщества. За время последних летних уличных акций в Москве тысячи людей успели убедиться на собственной шкуре, что просто ходить по центру города в момент этих акций - уже акт героизма и реальная угроза для здоровья и личной свободы.  

Собственно, именно четкое выявление истинной сущности, истинных целей нынешней российской власти в ходе уличных акций московского холодного лета-2019 – пока главное и единственное достижение протестующих. Российская власть готова к смертельному (прежде всего для ее противников) бою за нажитое. Но готовы ли к такому бою те, кто искренне против этой власти?