"Трупы грейдерами собирали". Как живется в оккупированном Мариуполе Спектр
Среда, 17 августа 2022
Сайт «Спектра» доступен в России через VPN

«Трупы грейдерами собирали». Как живется в оккупированном Мариуполе

 Вереница автомобилей, покидающих город, в микрорайоне, разрушенном во время обстрелов. Мариуполь, Украина, 17 марта 2022 года. © REUTERS / Alexander Ermochenko / Scanpix / Leta Вереница автомобилей, покидающих город, в микрорайоне, разрушенном во время обстрелов. Мариуполь, Украина, 17 марта 2022 года. © REUTERS / Alexander Ermochenko / Scanpix / Leta

21 апреля министр обороны Сергей Шойгу заявил на встрече с президентом Владимиром Путиным, что российские войска взяли под контроль Мариуполь. Еще месяц после этого в городе оставался очаг сопротивления на комбинате «Азовсталь». Однако для большинства оставшихся в городе жителей боевые действия прекратились, и началась жизнь в оккупированном городе. О том, на что эта жизнь была похожа, изданию The Insider (власти РФ внесли эту организацию в реестр иностранных СМИ, выполняющих функции иностранного агента)рассказали мариупольцы, сумевшие выбраться на подконтрольные Украине территории.

Во время осады по городу было рискованно передвигаться из-за постоянных обстрелов. Когда же в него вошли российские силы и подразделения ДНР, передвигаться стало трудно из-за обилия патрулей на улицах.

Местный житель Евгений Сосновский рассказал журналистам, что однажды во время поисков еды забрался в здание сгоревшей пекарни, так как увидел, что на полу лежат несколько конфет. Когда он выбирался обратно, увидел, что на него наставлено дуло автомата. Это были кадыровцы, которые заставили его раздеться, чтобы проверить, нет ли на нем татуировок или следов от бронежилета.

«Убедившись, что ничего такого на мне нет, проверили документы и отпустили: «Давай бегом отсюда, чтоб тебя здесь больше не было». Обратно я пошел по параллельной дороге, но опять встретил патрульных. Один из них проверил, нет ли на моих руках следов пороха, и говорит: «Больше здесь не шатайся, у нас приказ стрелять без предупреждения. А если тебя кто-то еще остановит, скажешь, что Сейфуллах тебя проверил», — поделился Сосновский.

Он также вспомнил о неприятной встрече с сотрудниками, как он думает, министерства безопасности ДНР. Эти военные ходили по дворам и спрашивали, не живет ли в домах кто-то из СБУ, из военных, из украинских активистов. Один из соседей Сосновского сказал военным, что тот снимает все происходящее на фотоаппарат. Сосновский ответил военным, что снимал, как люди готовят еду на кострах, но оба его фотоаппарата сгорели во время пожара.

«А в подвале, где мы жили, у меня лежал еще один фотоаппарат, целый, и весь мой фотоархив. Так что все это могло кончиться очень неприятно. Помню, он еще спросил: „Чечены вам головы резали?“ — „Нет, слава богу“. — „Ну, а мы будем резать“. Тем не менее они от меня отстали», — сказал мариуполец.

Из-за большого количества жертв среди мирных жителей в городе серьезно стоит проблема захоронений тел погибших. Местный житель Владимир рассказал журналистам, что разбором завалов и поиском трупов занялось МЧС России. «Я видел, как приезжал грейдер (землеройная машина, предназначенная для срезания, перемещения и разравнивания грунта -прим. ред.) и ковшом собирал тела. Рядом стояли постовые и следили за тем, чтобы никто не подъехал и не заснял, что они оттуда достают», — вспомнил мариуполец.

«Как-то раз к нам во двор пришел молодой кавказец, российский военный, и тоже поинтересовался, есть ли трупы. Видно, что это их сильно волнует. Разговаривал он неагрессивно, но все время нервно перещелкивал предохранитель автомата», — добавил Владимир.

По его словам, к уборке города оккупационные власти привлекали местных жителей за пайки. «Есть ведь нечего было, так что соглашались, конечно», — сказал мужчина.

Жителям Мариуполя было непросто выехать с территории города. Кому-то просто неоткуда было получить информацию об эвакуационных автобусах, остальные приходили на объявленное место сбора, но туда никто не приезжал.

«Эвакуационные автобусы просто не пропускали! А оккупанты стояли на перекрестке, где люди собирались в ожидании эвакуации, и объявляли в громкоговоритель: „Угроза ракетной атаки! Всем в укрытие!“ То есть они хотели, чтобы все разбежались обратно по подвалам, а они сняли пустые улицы и потом предъявили картинку: вот, смотрите, никто не эвакуируется, желающих нет», — возмутился Владимир.

Но и те, кто смог попасть на автобус или выехать на частном автомобиле, сталкивались с опасностью обстрела или задержания на блокпостах. По словам жительницы Мариуполя Анны Губенко, обычно дорога из города до Бердянска занимает очень немного времени, но во время эвакуации ей с родственниками пришлось ехать очень долго: «Мы добирались почти 12 часов. Это была мука и издевательство, мы проехали через двадцать блокпостов. Нас бесконечно останавливали, проверяли».

На одном из блокпостов военный, увидев, что невестка Анны плачет, спросил, что случилось. Та ответила, что у нее убили мужа, а ее дом разрушен. «На это он с раздражением сказал: „Мы сюда тоже не на праздник приехали“», — процитировала его Губенко.


СЛЕДИТЕ ЗА РАЗВИТИЕМ СОБЫТИЙ В ТЕКСТОВОЙ ХРОНИКЕ В НАШЕМ ТЕЛЕГРАМ-КАНАЛЕ


Президент Украины Владимир Зеленский, выступая 11 апреля перед парламентом Южной Кореи, заявил, что в Мариуполе погибли «десятки тысяч» человек, а российские военные хотят сделать его «показательно уничтоженным городом».

Мэр Мариуполя Вадим Бойченко заявлял — число погибших может превысить 20 тысяч, поскольку тела убитых «устилают улицы ковром». По его словам, российские войска убили больше местных жителей, чем уничтожили фашисты во Вторую мировую. До вторжения российской армии в Украину в Мариуполе проживало более 400 тысяч человек.