Путин и его генералы. Юрий Федоров о вероятности в России государственного переворота и роли в нем военных Спектр
Понедельник, 17 июня 2024
Сайт «Спектра» доступен в России через VPN

Путин и его генералы. Юрий Федоров о вероятности в России государственного переворота и роли в нем военных

Владимир Путин, министр обороны Сергей Шойгу и начальник Генерального штаба ВС РФ Валерий Герасимов. Фото SERGEY FADEICHEV/KREMLIN/EPA/Scanpix/LETA Владимир Путин, министр обороны Сергей Шойгу и начальник Генерального штаба ВС РФ Валерий Герасимов. Фото SERGEY FADEICHEV/KREMLIN/EPA/Scanpix/LETA

Юрий Федоров — профессор, доктор наук, бывший ведущий научный сотрудник Chatham house, бывший заведующий отделом военно-политических исследований Института США и Канады РАН.

В последние недели, даже месяцы в неподконтрольных Кремлю средствах массовой информации активно обсуждаются отношения между Путиным и высшим военным командованием. Публицисты и эксперты все чаще говорят о «бунте генералов», о некоем «коллективном Ходаренке» и о том, что сложились условия для военного переворота. Тема, бесспорно, исключительно важная и актуальная: если военные действительно захотят и смогут взять власть в свои руки — неясно, правда, с какими политическими лозунгами — вектор развития страны может радикально изменится, хотя не понятно в каком направлении.

Аргументы, выдвигаемые авторами версии о военном заговоре, сводятся к трем основным положениям. Первое — Путин бездарно сжигает армию в войне с Украиной, выиграть которую невозможно. Остановить его может только решительный демарш высшего генералитета, подкрепленный введением в Москву какой-нибудь элитной дивизии или двух-трех бригад спецназа ГРУ (сейчас называется просто Главное управление Генерального штаба).

Второе — по мере того, как продолжается война в Украине, в России углубляется социально-экономический кризис, чреватый национальной катастрофой. Главной движущей силой войны является лично Путин, понимающий, что прекращение войны моментально приведет к его отстранению от власти, потере свободы и может быть жизни. И далее повторяется уже названный тезис: остановить Путина и прекратить войну могут только военные.

Третий тезис, выдвигаемый в обоснование необходимости военного переворота, частично совпадает, частично противоречит двум предыдущим. Да, Путин не может выиграть войну, как военный лидер он абсолютно некомпетентен. Поэтому власть нужно передать генералам и полковникам, которые наведут порядок в стране и смогут выиграть войну.

Слов нет, Путин действительно ведет страну и армию к катастрофе. Но насколько реален военный переворот? И могут ли генералы, если они когда-либо придут к власти, что-либо изменить в России? Ответы на эти вопроса отрицательные. Но не будем голословными.

Тухачевский Михаил Николаевич. Портретное фото akg-images/Scanpix/LETA

Тухачевский Михаил Николаевич. Портретное фото akg-images/Scanpix/LETA

Историки до сих пор спорят о том, готовил ли маршал Тухачевский и его сподвижники смещение Сталина. Однако нет сомнений в том, что массовая чистка армии в 1937−38 годах отбила у советской генералитета склонность к вмешательству в политику. Они четко и надолго усвоили, что политическая инициатива наказуема, причем весьма жестоко. Можно вспомнить судьбу маршала Жукова, которого в вегетарианские хрущевские времена отправили фактически под домашний арест по подозрению в попытке ослабить партийный контроль над армией. А популярного в армии генерала Льва Рохлина в еще более вегетарианский ельцинский период застрелила жена. Рохлин и вправду готовил военный переворот, хотя и опереточный, так что семейный эксцесс оказался весьма полезным для власть предержащих. Военные помнят и другое: выполняя приказы партийного руководства они нередко оказывались козлами отпущения, когда и если эти приказы приводили к человеческим жертвам. Так, командующему Закавказским военным округом генералу Родионову пришлось взять на себя ответственность за гибель более 20 человек при разгоне по распоряжению Горбачева демонстрации протеста в Тбилиси в апреле 1989 года.

Другое дело, что в случаях внутриполитических кризисов военное командование поддерживало одну из группировок, схлестнувшуюся с другими в борьбе за власть. Летом 1953 года генералитет поддержал Хрущева против Берия, в 1957 году — против «антипартийной группы», а в 1964 году, наоборот, противников Хрущева. Но ни в одном из этих переворотов военные не выступали в качестве их инициаторов. Эту роль всегда брала на себя некая группа, сформировавшаяся в самых высших эшелонах власти.  Возьмём августовский путч 1991 года. Хотя министр обороны и несколько высокопоставленных генералов участвовали в провалившемся перевороте и ввели в Москву войска, движущей силой были руководство КГБ и секретарь ЦК КПСС Олег Шенин. Наконец, ни в одном из этих эпизодов ни Министерство обороны, ни Генштаб, ни какая-то группа генералов и старших офицеров не претендовали на захват государственной власти, что является важнейшей характерной чертой военного переворота.

Есть и другой вопрос: что представляет собой нынешняя российская военная верхушка? Способны ли они поставить интересы вооруженных сил, терпящих неудачу за неудачей в Украине, выше собственных картерных устремлений и желание сохранить ту или иную руководящую должность? Ответ заведомо негативный: будучи выпускниками военных академий они, казалось бы, не могли не понимать, что оккупировать 40-миллионную страну армейской группировкой численностью менее 200 тысяч человек невозможно. Но они промолчали.

Впрочем, вряд ли можно предполагать гражданское мужество, даже просто готовность говорить высокому начальству правду у тех, кто не способен грамотно организовать действия войск. Чтобы не быть голословным, приведу своего рода «зарисовку с натуры», сделанную неким российским военным корреспондентом, убежденным милитаристом и ненавистником Украины, но более или менее правдиво описывающим реальную ситуацию на фронте. Российское командование, пишет этот блогер, «само, добровольно гонит на забой последние остатки уже не очень боеспособной из-за прежних потерь пехоты. Российские военные обладают невероятным талантом превращать любой посёлок с парой посадок и свинофермой в Верден, об который стачиваются собственные, а не вражеские, подразделения. Почему? Да потому что БУСВ, Боевой устав Сухопутных войск, эти люди не открывали и не читали примерно никогда. И больше любых „джавелинов“ и „хаймарсов“, больше любых „спутниковых группировок НАТО“ против нас воюет Боевой устав наших же Сухопутных войск, на который наше доблестное командование … (не обращает внимания — ЮФ). А укропы — читали его и творчески перерабатывали с учётом имеющихся новых технологий». К вопиющей некомпетентности российского генералитета необходимо добавить его коррумпированность и склонность к расхищению государственного имущества.

Владимир Путин, министр обороны Сергей Шойгу, генерал Валерий Герасимов на встрече с высокопоставленными военными в Москве. Фото Sergey Fadeichev/Sputnik/AP/Scanpix/LETA

Владимир Путин, министр обороны Сергей Шойгу, генерал Валерий Герасимов на встрече с высокопоставленными военными в Москве. Фото Sergey Fadeichev/Sputnik/AP/Scanpix/LETA

Есть и сугубо «техническая» проблема. Далеко не секрет, что с первых дней советской власти и до нынешних дней советская/российская армия, от сержантов до генералов, была и остается пронизанной агентурой служб безопасности. Особое внимание последних, как нетрудно себе представить, привлекают части и соединения, дислоцированные около Москвы или способные добраться до нее в считанные часы. В Кремле плохо знают историю, но хорошо помнят фразу Мао Цзэдуна «винтовка рождает власть», а винтовка находится в руках военных, которые поэтому должны находится под постоянным внимательным присмотром. Из этого следует простой вывод: военный заговор может возникнуть и завершиться попыткой реализации только при содействии ФСБ, Службы безопасности президента и кто знает кого еще.

Президент России Владимир Путин проводит совещание. Фото Grigory SYSOYEV/SPUTNIK/AFP/Scanpix/LETA

Президент России Владимир Путин проводит совещание. Фото Grigory SYSOYEV/SPUTNIK/AFP/Scanpix/LETA

Это подводит к вопросу о государственном перевороте в России и о роли в нем военных. По мере того, как исчезает надежда на победу в войне против Украины, российский истеблишмент не может не задумываться о выходе из нее и минимизации потерь. Но для Путина и небольшой группы его приближенных, несущих прямую ответственность за ее развязывание и продолжение, прекращение войны без, пусть даже иллюзорной, победы или того, что можно за нее выдать, чревато крупными неприятностями вплоть до гибели в авиационной или железнодорожной катастрофе. Возник и нарастает конфликт между лидером и режимом, прежде всего частью бюрократии, большого бизнеса и командования тех силовых ведомств, которые не вовлечены напрямую в войну. Такой конфликт заканчивается либо отстранением вождя от власти, то есть государственным переворотом, либо кровавой чисткой номенклатуры, своего рода повторением «большого террора» конца 1930-х годов. В первом случае военное командование должно кивнуть и в решающий момент сказать: «Товарищи ставят вопрос правильно. Армия их поддерживает». Во втором — станет жертвой террора, причем одной из первых. Винтовка в руках у генералов делает их, по крайней мере по мнению кремлевских параноиков, самими опасными игроками на российской политической сцене. Вывод, похоже, понятен.