Преследование Ивана Сафронова и других журналистов должно быть прекращено
  • Среда, 8 июля 2020
  • $71.29
  • €80.84
  • 43.00

«Надеюсь, у людей откроются глаза». Дочь умершего в Витебске от коронавируса актера считает, что в Беларуссии преуменьшают количество жертв эпидемии

Фото с личной страницы Facebook Виктории Дашкевич Фото с личной страницы Facebook Виктории Дашкевич

Утром 31 марта в Витебске умер 75-летний заслуженный актер Белоруссии Виктор Дашкевич, у которого несколько дней назад подтвердили коронавирусную инфекцию. Его младшая дочь Анна, которая живет в Санкт-Петербурге, рассказала «Еврорадио», почему в семье считают, что Виктор мог заразиться COVID-19 уже после того, как попал в витебскую больницу.

«Спектр» публикует материал «Еврорадио» полностью.

— Родители приболели, отцу поставили диагноз «ангина». Положили в общую палату. Сбили температуру. Отец пошел на поправку, но потом ему резко стало хуже. В первой больнице родителям сделали тест на коронавирус, — рассказывает Анна. — Его перевели в другую больницу и сразу в реанимацию для того, чтобы поддерживать легкие при помощи ИВЛ, у него были проблемы с легкими. Мать выпустили из больницы домой. Но потом позвонили, сказали, что приедут санитары, потому что у отца коронавирус подтвердился.

Мы придерживаемся мысли, что, скорее всего, это в больнице отца заразили. Мать все продезинфицировала в квартире, они с отцом лежали в разных палатах. Есть шанс, что ее эта участь минует, она себя более-менее чувствует.

Жена актера, Светлана, сейчас находится дома под наблюдением. Ей нельзя выходить из квартиры. Старшая дочь Виктория оставляет все необходимое у дверей.

В Беларуси умер больной с подтвержденным коронавирусом. Это актер Коласовского театра в Витебске Виктор Дашкевич:

Gepostet von charter97.org am Dienstag, 31. März 2020

— У вашей матери диагноз не подтвердился?

— Я не знаю, делали ли ей повторный анализ. Мать сейчас под так называемым домашним арестом, не может выходить две недели, ее даже не отпустят попрощаться с папой. Наблюдает полиция [милиция, — Еврорадио] за квартирой, это уголовная ответственность.

— Ей сказали, чтобы она никуда не выходила из дома?

— Да. Хотели сначала отправить в санаторий какой-то оборудованный, но договорились, что «давайте вы посидите дома, под честное слово, но под наблюдением». Сестра до этого ночевала у мамы две ночи. Ей сказали: «Следите за своим здоровьем».

Виктор Дашкевич на сцене Витебского областного драматического театра. Фото kolastheatre.by

Виктор Дашкевич на сцене Витебского областного драматического театра. Фото kolastheatre. by

По всей видимости, проститься с Виктором Дашкевичем ни Светлана, ни Анна не смогут.

— Я в Санкт-Петербурге, не могу приехать, у нас город закрыт. Сестра говорит, что не будет никакой панихиды, просто в морге попрощаются самые близкие, она и ее мужчина, потому что маму не выпустят. Племяннику тоже сказали не приезжать, — рассказывает Анна.

Своими силами. В России не хватает реанимационных коек и аппаратов ИВЛ, а врачи заявляют о катастрофической нехватке средств защиты

— Есть ли уже официальное заключение врачей?

—  Заключение о смерти пока не отдали, но сказали, что, скорее всего, будет другой диагноз. Пока мы не видели документа, ничего утверждать не могу. Но мама говорит, что, еще пока папа был жив, ей четко и понятно сказали, что у него коронавирус. Причем женщина, которая приходила, сказала, что за сутки было уже официально подтверждено 6 случаев. А мы играем в хоккей и пьем водку.

Мама говорила, что врачи работают на износ. Они сами как подопытные кролики. Врач-реаниматолог, который последний общался с родителями, вообще ночует в другом месте, чтобы не возвращаться на ночь в семью, потому что он сам не знает, чем он может болеть в данное время.

«Идеальный шторм». Владислав Иноземцев — о том, чем опасен глобальный кризис для экономики России и кто окажется в выигрыше

— Сейчас по улицам ходят пожилые люди, карантина нет…

— Я согласна, это ненормально. В Питере у нас тоже бесстрашные бабушки, которые в карантине атакуют продуктовые [магазины]. Но наши бабушки хотя бы в масках ходят. Взрослые люди в большинстве переходят на удаленку. Я очень надеюсь, что у людей [в Беларуси] откроются глаза.