Министр прошлого. Валерий Панюшкин о здравоохранении и феминизме Спектр
Четверг, 22 февраля 2024
Сайт «Спектра» доступен в России через VPN

Министр прошлого. Валерий Панюшкин о здравоохранении и феминизме

Иллюстрация Алиса Кананен/SpektrPress Иллюстрация Алиса Кананен/SpektrPress

Министр здравоохранения РФ Михаил Мурашко — неандерталец. Кроманьонец, денисовец, ну, в лучшем случае, домостроевец или талиб. Такой вывод напрашивается из его заявления в Госдуме, что женщина, дескать, должна сначала рожать детей, а потом уже учиться и заниматься карьерой. Власть тоталитарная, министр — ретроград и гендерный шовинист, всякие сколько-нибудь феминистские взгляды приравниваются к экстремизму — такой вывод. Этот вывод печальный, но к сожалению, не единственный.

В устах министра здравоохранения это проявление мужского шовинизма указывает еще и на то, что «главный врач России» совершенно не понимает направления, в котором развиваются мировая медицинская наука и практика. Более того, противопоставляет вектор развития российской медицины вектору развития медицины мировой.

А развивается мировая медицина именно туда — в сторону расширения прав пациентов (в том числе женщин), более позднего рождения детей, радикального продления жизни, контроля над тонкими физиологическими процессами (такими как беременность) и так далее и так далее.

Почему древние врачи считали, что рожать детей надо в молодости? Потому что почти никак не могли помочь женщине ни в беременности, ни в родах. Потому что молодые люди очень здоровые и больше шанс, что молодая женщина выдержит беременность и роды, без всякой помощи, кроме молитв и щипцов. К тому же при нормально средневековой смертности лет в сорок действительно надо родить ребенка в двадцать, чтобы успеть вырастить его.

Иллюстрация Алиса Кананен/SpektrPress

Иллюстрация Алиса Кананен/SpektrPress

Но в двадцать первом веке ведь совсем не так. Удивительные технологии, удивительные лекарства. Женщина не должна больше жертвовать (добровольно или по приказу мужчины) образованием, интересной работой и самореализацией, чтобы родить детей. Успеет родить и в тридцать, и в сорок лет. Успеет к моменту материнства стать самодостаточной и независимой, что значительно снижает вероятность домашнего насилия по отношению к ней самой и ее детям. Будет здорова и активна лет до восьмидесяти, успеет и вырастить не только детей, но и внуков. Так обстоят дела в двадцать первом веке, а министр здравоохранения дает нам разумный медицинский совет века девятнадцатого.

К тому же, министр здравоохранения слабо представляет себе вверенное ему хозяйство, российскую медицину. А между тем в России женщин среди врачей — 71%. Почти три четверти современных врачей — женщины. Где министр Мурашко возьмет врачей, если 71% абитуриентов медицинских институтов станут рожать детей, а не учиться?

Иллюстрация Алиса Кананен/SpektrPress

Иллюстрация Алиса Кананен/SpektrPress

Учиться на современного врача трудно. Асклепий, Гиппократ, Авиценна были, конечно, великими докторами по значимости их открытий и прозрений, но знали они меньше, чем в сегодняшнем медицинском институте знает студент-третьекурсник. А учатся в медицинском семь лет. А после института — главное! — несколько лет изматывающей ординатуры, когда в Америке, например, доктор вообще практически живет на работе, не видит, кроме работы никакой жизни и только благодаря этому становится современным врачом. И в России тоже: доктор, которых хочет стать хорошим современным врачом, годы ординатуры должен фактически вычеркнуть из личной жизни. Дальше — полегче. Дальше, кроме карьеры у доктора может появиться семья и дети. Женщина с ребенком и без штата нянь и бабушек современного медицинского образования не выдержит. Но министр здравоохранения, кажется, не понимает этого. Или, за неимением такового, совсем не представляет себе современного медицинского образования.

Вот и ведет вверенное ему здравоохранение в прошлое, где безнадежно застрял.