«ХАМАС является неотъемлемой частью палестинской политической структуры». Эксперты — о перспективах гражданской администрации в секторе Газа после войны с Израилем Спектр
Четверг, 22 февраля 2024
Сайт «Спектра» доступен в России через VPN

«ХАМАС является неотъемлемой частью палестинской политической структуры». Эксперты — о перспективах гражданской администрации в секторе Газа после войны с Израилем

Овощной прилавок в Рафахе, сектор Газа, 15 ноября 2023 года. Фото Hatem Ali/AP Photo/Scanpix/LETA Овощной прилавок в Рафахе, сектор Газа, 15 ноября 2023 года. Фото Hatem Ali/AP Photo/Scanpix/LETA

Прошло больше месяца после начала военной операции Израиля в секторе Газа. Израильская армия полностью подчинила себе город Газа, являющийся административным центром сектора, но премьер-министр Израиля Биньямин Нетаньяху так и не объявил планы правительства по поводу дальнейшей судьбы территории. Он неоднократно повторял, что «война будет продолжаться до окончательной победы над террористической организацией ХАМАС». Но по мере расширения операции растёт  дипломатическое и психологическое давление на Израиль, в том числе со стороны традиционного союзника — Соединённых Штатов. Поэтому дальнейшее проведение военных действий всё более явственно требует чёткого ответа на вопрос: «Что будет с территорией на следующий день после войны?»

Повторение пройденного

7 октября 2023 года палестинская военизированная группировка ХАМАС напала на Израиль. Боевики захватили кибуцы и города вокруг сектора Газа, убили более 1400 человек и взяли более 200 заложников. Как и 50 лет назад, нападение произошло во время религиозного иудейского праздника Йом-Кипур (Судный день), когда верующие евреи молятся и вспоминают умерших.

Война, происходящая сегодня в Израиле, напоминает события 50-летней давности не только датами в календаре, но и сходством просчётов, совершённых тогдашним премьер-министром Голдой Меир и сегодняшним премьером Нетаньяху.

Накануне вторжения ХАМАС военное положение Израиля,  по мнению правительства, было на высоте, и беспокоиться, казалось, было не о чем. «Разрабатывались варианты возможной войны с Ираном, но не с сектором Газа. Наверняка информация поступала, но ей не придавали значения», — уверен израильский военный эксперт Сергей Мигдаль. Беспечность обернулась трагедией.

Аналогичная ситуация наблюдалась и накануне войны Судного дня. Когда в апреле 1973 года израильтяне под командованием будущего премьер-министра страны Эхуда Барака вернулись в Тель-Авив после проведения успешной операции по уничтожению террористов в Бейруте, его поразила атмосфера «высокомерия и безосновательной самоуверенности».  По словам Барака, руководство страны «экстраполировало итоги хирургической, узкоцелевой операции на боеспособность целой армии».

Как и сегодня, в 1973 году правительство было уверено, что ни одно арабское государство не в состоянии вести войну с Израилем. Тогдашний министр обороны Израиля Моше Даян сказал: «Общий баланс сил — в нашу пользу, это перевешивает все другие арабские соображения и мотивы и препятствует немедленному возобновлению военных действий».

Военная разведка в 2023 году практически повторила ошибку 1973 года, когда передвижения египетской армии были приняты за обычные манёвры. Как и тогда, в Йом-Кипур на передовой было минимальное количество военных. Беспечность израильского руководства в 1973 году привела к гибели 2556 солдат и офицеров и потере 50 истребителей в первые три дня войны.

Результатом войны 1973 года стал нефтяной кризис, когда цена на нефть подскочила с 3 до 12 долларов за баррель и спровоцировала политический кризис в Израиле, закончившийся отставкой премьер-министра Голды Меир и министра обороны Моше Даяна. Подобная ситуация может наступить и в скором времени, если не будет представлен план переустройства сектора Газа, удовлетворяющий как Израиль, так и арабские страны. Такое развитие событий не устраивает и нынешнего премьер-министра Израиля Нетаньяху — ведь чем дольше идут военные действия, тем вероятнее, что отвечать за события 7 октября «по полной» не придётся.

Инкубатор террористов и тысячи беженцев

Проблему будущего переустройства сектора надо начинать решать уже сегодня. Занимаясь лишь военной операцией, Израиль рискует породить волну нестабильности и новых преступлений в регионе. Радикально настроенные палестинцы, даже не поддерживавшие раньше ХАМАС, могут втянуться в войну против израильской армии. Те из них, кто не собирался раньше участвовать в террористических акциях, способны влиться в боевые отряды не только ХАМАС, но и других террористических организаций. Ими будет руководить вполне понятный мотив — месть за погибших близких. Теми же чувствами руководствуются сегодня и израильтяне.

Вполне вероятно, что власть в секторе может достаться самым непримиримым противникам Израиля. Будь то ИГИЛ, чьё влияние на юге территории сильно, любое джихадистское движение или новая версия ХАМАС — хоть по духу, хоть по имени. Кроме террористических групп внутри сектора существует множество группировок за пределами Израиля, способных пополнить свои ряды за счёт разгромленных отрядов ХАМАС. В результате израильская операция в Газе может напомнить безуспешную попытку Соединённых Штатов навести порядок в Афганистане, закончившуюся бесславным и поспешным выводом американских войск.

Из-за роста конфликта Сирия и Египет могут изолировать Израиль, а прокси-войска Ирана — начать кровопролитную многолетнюю войну. А расширение конфликта грозит Европе новыми волнами беженцев из региона, способными перегрузить миграционные возможности ЕС.

Израильская бомбардировка северной части сектора Газа, 15 ноября 2023 года. Фото FADEL SENNA/AFP/Scanpix/LETA

Израильская бомбардировка северной части сектора Газа, 15 ноября 2023 года. Фото FADEL SENNA/AFP/Scanpix/LETA

Пальцем в небо

Говорить сегодня о каком-то имеющемся решении по меньшей мере преждевременно. Мировые лидеры предлагают различные варианты, но ни один из них не устраивает воюющие стороны. Лидеры Европейского Союза и президент США Джо Байден опасаются возрождения ХАМАС в секторе, но при этом не хотят возвращения Израиля в Газу. Европа также выступает против полной изоляции сектора.

Отдельной точки зрения придерживается немецкое правительство, предлагающее передать территорию под управление ООН. В плане, представленном Берлином, верном союзнике Тель-Авива, говорится: «Мы [Германия] разделяем цель Израиля — чтобы никогда больше ХАМАС не мог терроризировать население Израиля». Но, признают авторы документа, «этих целей трудно достичь только военными средствами <…> С радикальной идеологией и повесткой невозможно бороться военными средствами». В плане имеется пять различных сценариев развития событий, включая повторную оккупацию сектора Газа и взятие его под контроль либо ПА, либо Египтом.

Против этого плана выступил генеральный секретарь ООН Антониу Гутерриш, считающий, что подобное решение не поможет погасить конфликт. Такая мера, по его мнению, может рассматриваться лишь как временная на переходный период к реализации формулы «двух государств» при участии США, как гаранта безопасности Израиля, и арабских стран — союзников палестинцев. Гутерриш считает, что будущие власти в Газе не смогут править при поддержке израильских танков, поэтому необходимо обсуждать проблему переходного периода.

Популярна другая точка зрения, в соответствии с которой в секторе будет править Палестинская администрация (ПА). Но с учётом того, как она выглядит сегодня, идея представляется утопичной. Маловероятно, что столь непопулярная в глазах палестинцев ПА сможет справиться с поставленными задачами. Таким образом, простых решений проблемы не существует, и с каждым днем продолжающегося конфликта шансов на его разрешение остается всё меньше.

Востоковед Руслан Сулейманов: «ХАМАС сейчас правит балом»

— Возможен ли в принципе план для «следующего дня после войны»?

Возможен, если мы рассуждаем теоретически. Если же переходим в практическую область — возникает множество сопутствующих вопросов, проблем и всего остального. Думаю, основная проблема сегодня кроется внутри израильской политики. В декабре прошлого года в стране пришло к власти крайне правое правительство — может быть, самое правое в истории. Мы видим, что Нетаньяху озабочен удержанием власти. Он не признал как минимум свою ответственность за произошедшее 7 октября. Хотя израильские военные признают, что это был их просчёт.

Нетаньяху пошёл на коалицию с откровенно радикальными политиками. Такими как Бецалель Смотрич и другими, утверждающими, что Израиль должен занимать территорию от Средиземного моря до Западного берега реки Иордан. По их мнению, палестинцы могут отправляться в Ирак, Саудовскую Аравию или куда угодно.

Нетаньяху вместе с членами коалиции возражает против передачи Газы ПА Махмуда Аббаса. Хотя это один из наиболее перспективных вариантов, несмотря на то что ПА крайне непопулярна среди палестинцев. Такая позиция Нетаньяху адресована аудитории, считающей, что уход Израиля из сектора Газа в 2005 году был ошибкой, приведшей к агрессии ХАМАС. Поэтому сегодня мы видим стремление Израиля закрепиться в секторе Газа и контролировать его. Но сделать это будет крайне сложно, особенно если речь идёт о южных районах территории. Там сейчас огромная концентрация беженцев из северной части. Очевидно, что боевики ХАМАС тоже переместились на юг. Как будет израильская армия проводить там операцию — непонятно. Но, в любом случае, пока Нетаньяху сохраняет пост премьера, говорить о пересмотре политики еврейского государства сложно. Если (что очень вероятно) произойдёт его отставка и к власти в Израиле придёт более умеренное правительство, возможно возвращение ПА Аббаса в сектор Газа. Именно об этом разговаривали Энтони Блинкин и Махмуд Аббас в Рамалле. Других вариантов просто нет. Нет других легальных представителей Палестины.

Если же мы о говорим о ХАМАС, победившем на последних выборах в секторе Газа в 2007 году, то с ним никакие переговоры невозможны. ХАМАС считает, что нужно стереть Израиль с лица земли. И его поклонники рукоплещут этой идее. Поэтому, повторюсь, вся надежда на слабую, непопулярную среди палестинцев ПА. Но выбирать не из чего.

— Можно ли ожидать новый всплеск радикализма в Газе?

Он уже происходит. После 7 октября ХАМАС вышел на авансцену в палестинском движении. В широком смысле этого слова ХАМАС никогда не был так популярен, его идеи никогда не были так привлекательны не только среди палестинцев, но и в арабском мире в целом. Многие не возмущались зверствами боевиков ХАМАС, а восхищались лёгкостью, с которой те взломали оборону сильнейшей на Ближнем Востоке армии. Не было осуждения ХАМАС за зверские убийства даже среди его вчерашних критиков. Они аплодировали. Идеи ХАМАС популярны и на Западном берегу [реки Иордан]. ХАМАС сейчас правит балом. Учитывая количество жертв среди населения, нужно понимать, что люди начнут мстить. Это очень опасная ситуация, которую не сможет решить ни одна власть в течение, наверное, десятилетий.

Наземная операция Армии обороны Израиля в секторе Газа, 2 ноября 2023 года. Фото Армия обороны Израиля / Xinhua via ZUMA Press / Scanpix / LETA.

Наземная операция Армии обороны Израиля в секторе Газа, 2 ноября 2023 года. Фото Армия обороны Израиля / Xinhua via ZUMA Press / Scanpix / LETA.

Зеев Ханин, профессор, преподаватель политических наук университета Бар-Илан: «Кто будет руководить в Газе после ухода Израиля — вообще не наше дело»

 Что делать с территорией Газы после войны?

Вопрос вопросов. Ответа нет ни у кого, не только у Нетаньяху. Хотя вопросы к нему есть. Раз он премьер-министр, то должен дать ответы. Всё, что мы имеем на сегодняшний день, — предположения и оценки, сводящиеся на практике к трём основным сюжетам. Первый — зайти, зачистить и остаться. Второй — зайти, зачистить и уйти. Третий — комбинация двух первых.

Второй сюжет выглядит наиболее привлекательным — это так называемая доктрина Либермана. Его концепция такова: зайти, зачистить и не иметь с сектором Газа никаких дел, за исключением тех случаев, когда надо будет зайти, чтобы приглушить ростки радикального исламизма. Это модель номер один на Западном берегу реки Иордан, в Иудее и в Самарии.

На территории, где Израиль делит власть с ПА, есть три зоны: зона, А находится под полным контролем ПА, зона В — под гражданским контролем ПА, но под военным контролем Израиля, зона С — под полным контролем Израиля.

В зоне, А проживают 98% арабского населения. Когда палестинские службы безопасности не могут или не хотят, поддерживая террористов, соблюдать порядок на своей территории, там есть свобода действий ЦАХАЛ и израильских спецслужб. Зашли, сделали дело и ушли. Примерно такая схема предлагается для Газы.

Идеологический антураж схемы такой: Газа для нас больше не представляет интереса, и Израиль никак больше с ней не связан. Больше никаких поставок ни воды, ни электричества, ни денег. Никакого трудоустройства жителей Газы в Израиле. На дипломатическом уровне такое решение должно быть оформлено через однозначную резолюцию ООН, где было бы чётко прописано, что никакой ответственности за Газу Израиль больше не несёт.

Две трети жителей Газы — выходцы из Египта. Самая популярная у них фамилия — Аль-Масри, что означает «египтянин». У Газы есть общая граница с Египтом, который контролировал анклав до 1967 года, и пусть южная граница сектора будет каналом поставок для всего им необходимого, а систему безопасности на границе пусть контролирует Египет.

Египтяне от этого, конечно, отпихиваются всеми силами. У них там своих «братьев-мусульман» несколько миллионов, и ещё пара миллионов сторонников ИГИЛ им совершенно не нужна. Но сторонники сюжета исходят из того, что египтяне никуда не денутся. Кто будет руководить в Газе после ухода Израиля — Египет, НАТО или Лига арабских государств, — вообще не наше дело. Больше это не наша проблема.

С другой стороны, мы понимаем, что совсем не нашей проблемой это не будет. Если всё оставить  как есть, мы получим сюжет голливудского фильма, где вооружённые банды бродят среди развалин. Рано или поздно это станет и нашей проблемой.

Какое-то присутствие Израиля там должно быть. ЦАХАЛ может уничтожить ядовитые плоды ХАМАСовского дерева. Но корни надо выкорчёвывать. Поэтому там нужно будет остаться на месяцы, а может быть, на годы. В том или ином виде.

Это подход — зайти и остаться. Надолго или очень надолго. До тех пор, пока территорию не удастся передать под какой-то контроль и не допустить появления в Газе нового ХАМАС — под тем же названием или под другим. Некоторые говорят, что надо в секторе обустроить широкую (от четырёх до восьми километров) зону безопасности. Наиболее радикальная версия подхода — войти, зачистить и остаться, восстановив там еврейские поселения. По крайней мере, три северных поселения, которые, по сути, были тремя пригородами Ашкелона.

Третий проект представляет собой комбинацию двух первых — вернуть территорию под контроль  ПА, как требуют от нас наши американские братья. Но как сделать так, чтобы вместо одного ХАМАСтана мы не получили два? Ещё и на Западном берегу. Реально Аббас неспособен ни на что, кроме как поливать Израиль грязью, хотя живёт он во всех смыслах этого слова — как в финансовом, так и в физическом — исключительно, потому что вокруг находятся израильские службы безопасности по Иудее и Самарии.

Ещё существует проект вашингтонских политиков. Сектор должен управляться от имени ПА, но реально там должен действовать кабинет профессионалов. По американскому замыслу, он должен будет контролировать денежные потоки в Газе, а не в ПА. Иначе в лучшем случае всё окажется украдено за пять минут, а в худшем — пойдёт на поддержание террора. Как получилось в Газе.

Тахани Мустафа, старший аналитик ICG по Палестине: «ХАМАС является неотъемлемой частью палестинской политической структуры»

— Можно ли остановить войну в секторе Газа?

Прекратить конфликт в принципе возможно. Дело не в отсутствии технических решений, а скорее в нехватке политических действий, особенно со стороны более сильных игроков. На Израиль оказано слишком мало давления со стороны западных союзников.

— Что вы думаете про введение правления ПА в секторе Газа?

Палестинцы вряд ли будут удовлетворены выбором в пользу ПА. Она страдает от серьёзного кризиса легитимности в течение последних нескольких лет, и во многом это связано с её примирительным подходом к Израилю, за который приходится платить палестинскими правами и свободами, а также с коррумпированностью и неумелостью управления ПА. В настоящее время  она изо всех сил пытается сохранить эффективный контроль над небольшими районами на Западном берегу реки Иордан. Не говоря уже о прилегающей территории и такой, как Газа, оставшейся последним пережитком организованного вооружённого сопротивления. Любая власть в секторе Газа должна иметь легитимность среди людей, иначе мы окажемся в циклическом процессе отчаяния и разочарования, который подтолкнул молодые поколения недовольных палестинцев к вооружённому сопротивлению.

— Способна ли ООН справиться с ситуацией?

Даже управление ООН неосуществимо. Любой орган, который сейчас войдёт в сектор Газа под израильскими танками, будет с трудом пытаться управлять этой полосой, рискуя быть обвинённым в сотрудничестве с оккупационной властью. Существует также проблема ХАМАС. Израиль не сможет полностью его вытеснить, и движение не примет никого, кто придёт на его место без какого-либо участия со стороны ХАМАС. Сама ПА пришла к признанию этой суровой и холодной реальности и очень ясно дала понять западным союзникам Израиля, что не вернётся в сектор Газа без примирения с ХАМАС и что ХАМАС является неотъемлемой частью палестинской политической структуры.