• Воскресенье, 15 декабря 2019
  • $62.90
  • €69.92
  • 64.99

«Я могу просто сесть и написать что хочу Путину». Почему староста пригорода Праги решил поставить памятник власовцам и готов его защищать

Староста пражского района Ржепорые Павел Новотный, фото из его архива. Староста пражского района Ржепорые Павел Новотный, фото из его архива.

Староста пражского района Ржепорые Павел Новотный намерен поставить памятник воевавшим во Второй мировой войне на стороне нацистской Германии бойцам «Русской освободительной армии» под командованием Власова, которые защитили его деревню и помогли Пражскому антигитлеровскому восстанию в мае 1945 года. Российский МИД обвиняет этого муниципального чиновника в «возрождении нацизма». Новотный же в ответ приехал к российскому посольству в Праге, чтобы передать открытое письмо лично Владимиру Путину. Корреспондент «Спектра» Иван Преображенский поговорил с Павлом Новотным.

— Почему вы именно сейчас вспомнили о власовцах и заговорили об установке им памятника?

— Я запланировал на будущий год обновление нескольких памятников [в районе Ржепорые]. Обнаружил ошибки на памятнике жертвам Холокоста (я сам еврей), там среди жертв есть ошибки в датах смерти, я расстроился, и теперь мы исправим эту доску. На памятнике жертвам Первой мировой войны у нас доска чешским «легионерам», и этим евреям тоже поправим доску. И все это увидел мой коллега по партии (Гражданской демократической партии, где состоит Новотный — прим. «Спектра») историк Павел Жачек, и сказал мне, что главное местное событие — это восстание власовцев.

Я и говорю ему — ясно, сделаем и памятник власовцам. Мне неважно, кто был какой преступник, какие преступления совершил в Варшаве, я знаю, что там — это были преступления. Но здесь 6 мая (1945 года — прим. «Спектра») царил сильный страх. Эсэсовцы убивали на Баррандовской улице. Здесь было несколько человек [чешских повстанцев] вооруженных, но их было мало и на позициях. А женщины и дети… это проблема.

И тут приехал Власов с этой дивизией и танками. Принесли сюда власовцы мир и вели себя порядочно. Буняченко (генерал-майора Сергей Буняченко командовал 1-й пехотной дивизией РОА —прим. «Спектра») тут устроил штаб, Власов устроился напротив. В ста метрах от нас в штабе, где сейчас школа, Буняченко принял решение о движении на Прагу. Это была ключевая акция Пражского восстания. Погибло в этой Праге 300 власовцев.

У того дома, где сидел Буняченко, я им сделаю… хм, сделаю… Я верю, что сделаю, памятник. Это решение пришло где-то в июне…

Проект памятника власовцам, принявшим участие в Пражском восстании. Изображение из архива Павла Новотного.

Проект памятника власовцам, принявшим участие в Пражском восстании. Изображение из архива Павла Новотного.

— То есть уже есть официальное решение?

— Нет, это я…

— То есть, это только ваше решение?

— Нет, не только мое. Я это проговаривал кроме того с руководством района и оно это одобряло… Я был приглашен на конференцию (международную конференцию, посвященную 75-летию провозглашения «власовского» Пражского манифеста Комитета освобождения народов России — прим. «Спектра») и там выступил с этими планами. И я проговаривал с муниципальным советом, что если там заявлю [о планах по установке памятника власовцам], так уже не будет дороги назад…

— А правда, что там участвовали американцы, как об этом сообщали российские государственные телеканалы? Это были ученые?

— Да, американцы были, эмигранты… Но мы никакой наукой в Ржепорые не занимаемся, просто исправляем исторические ошибки. У нас достаточно в нашей деревне денег для этих памятников, у нас тут достаточно для того, чтобы хоть музей сделать тем власовцам.

Ничего что я курю? (Разговор идет в кабинете старосты Новотного — прим. «Спектра») Закуривайте и вы, не стесняйтесь. Я тут сижу иногда до 4 утра. Вот смотрите, фото с камеры — я выхожу с работы в 4:17.

У меня вообще нет времени этой войной с Россией заниматься, им отвечать. Ко мне вчера приехали четыре телеканала. Я пришел сегодня на работу и получил 150 мэйлов. Тут есть одна девочка, которая может помочь с перепиской. Но я сам себе отдел по работе с прессой…

Павел Новотный дает интервью телеканалу «Россия». Фото из архива старосты Новотного.

Павел Новотный дает интервью телеканалу «Россия». Фото из архива старосты Новотного.

В общем я выступал на конференции с коллегами. И говорил, что мы поставим этот памятник, потому что это наш долг, задолжала власовцам вся Прага 5 (район Праги на северо-западе чешской столицы — прим. «Спектра»). Например, в Лаговицах, это деревня тут рядом, 7 мая бой за мост — 29 мертвых. Только один погибший известен — убит в суде. Могилы, всюду могилы, безымянные могилы. Они опередили Красную армию, она пришла на следующий день после капитуляции в Праге нацистов. Все нормально, я ничего не говорю, советы освободили город. Но власовцы спасли его от уничтожения, однозначно. Здесь для нас нечего обсуждать.

Вдобавок 95-летний наш самый старый житель, он вспоминает, что власовцы, они вели себя интеллигентно. Надо понимать, что до 1948 года тут были демократические власти, не коммунисты, это потом после переворота… А до этого они все преступления фиксировали. Отобрали советские солдаты у человека гармонику, и его муниципалитет отсылал в суд. Я много сидел в архивах, там все фиксировалось. И читаю: не было с власовцами никаких инцидентов, в отличие от Красной армии. С теми — были.

И когда я об этом говорил на конференции, господин сенатор Яромир Штетина ко мне наклонился и сказал: «Коммунисты от этого дерьмом изойдут». И был прав.

— Вы имеете в виду реакцию России? Кстати, вы знаете, что официальный представитель российского МИД Мария Захарова сегодня заявила, что ваше решение направлено на реинкарнацию нацизма?

— Россия просто сходит с ума. Но я не люблю, когда на меня давят…

— А вы в курсе, что чешский министр не получил в России разрешение на перелет из Москвы в Казань?

— Знаю-знаю… Но не знаю, из-за меня ли это. Но вот, что я вам скажу. Я сам журналист, сейчас староста — но вообще-то журналист. И для меня самое грустное — это российские журналисты. Я над ними насмехаюсь, но на самом деле мне их жалко. Они просто боятся, даже эти заграничные, которые тут работают, когда звонят мне. Я им говорю — не бойтесь меня…

Я благодарю бога, что я журналист здесь, в Чехии, нас тут много, и мы живем в свободном мире. Я могу просто сесть и написать что хочу Путину на сайт. Я спокоен здесь за свободу интернета, она невероятная.

Например, я не фанат господина президента, но президент (Милош Земан, президент Чехии — прим. «Спектра») нас поддержал. Его пресс-секретарь Иржи Овчачек написал, что свободная страна может себе позволить разные памятники. (В тот же вечер Милош Земан в эфире телевидения Баррандов, где ранее работал Павел Новотный заявил, что преступления власовцев нельзя забывать — прим. «Спектра»). Но главное — это поддержка муниципального совета.

— Давайте вернемся к отношениям Ржепорые и России…

— Да, Иисус-Мария… Я написал Путину письмо. Я понимаю, что это не слишком формально. И что я такой недостаточно для них официальный. Но меня поддерживает то, что я говорю правду.

Это может быть дрянь какая-то, но я говорю только правду. Все факты подтверждаются, власовцы здесь с 5 по 8 мая воевали однозначно с нацистами. Здесь они ехали к американцам и очень быстро на Плзень (в американскую оккупационную зону, чтобы сдаться в плен им — прим. «Спектра»). Но услышали призыв пражского радио о помощи и остановились.

В общем, я могу сказать России только, что мы хуторяне простые, нас защитили от нацистов власовцы. И что вы от нас хотите?

— Ну вы понимаете, что Ржепорые рискуют стать в России третьим самым известным местом в Чехии после Праги и Карловых Вар?

— Ну это совсем неплохо для нашего района… Вот обеспечение безопасности памятника — это проблема. Оно будет на мне, на Ржепорые. Но мы за это готовы заплатить. У нас тут нет вообще-то камер видеонаблюдения, мы против этого… Но я там все же поставлю. Заплачу за антивандальное покрытие, заплачу страховку, будем за ним следить. Думаю, его будут пытаться повредить.

Но кто, кроме моего поколения может это сделать?

— С вами связывались уже из чешского МИДа или правительства, не выражали вам свое неудовольствие?

— Скорее я недоволен.

Павел Новотный во время интервью. Фото Ивана Преображенского для Spektr.Press

Павел Новотный во время интервью. Фото Ивана Преображенского для Spektr. Press

— А не боитесь, что у вас теперь будут проблемы с вашей Гражданской демократической партией?

— Все в порядке. Вот думаю, будут они мне сегодня звонить. Вчера звонили мне из-за этой акции у посольства. У меня в договоре написано, что я представляю городской район, его руководство, и я ездил к российскому посольству и с собой брал флаг Ржепорые. Вот за это я должен был извиниться, что снял флаг. Но это мы договоримся. Это как муж что-то требует, а жена его не слушается. Так что проблема будет не в моей партии. Они звонят редко. Ну если только, не знаю, война с Россией… (смеется).

— Кстати, а почему в посольство вы приехали на хозяйственном мини-грузовичке?

Потому что у меня нет машины, не мог же я ехать на пожарной. Но русские, они просто совсем… Вчера в посольстве этом, там сидело их много, но никто не вылез, когда я привез письмо Путину. Сказали — бросьте в почтовый ящик.

А когда я стал пресс-конференцию давать, приехал курьер. Этот парень очумел совсем, к нему никто не хотел выходить, а ему нужна была подпись. Троллить их — это удовольствие одно. Постараюсь быть безумным и отважным, быть на шаг впереди России (смеется).