Преследование Ивана Сафронова и других журналистов должно быть прекращено
  • Воскресенье, 20 сентября 2020
  • $75.75
  • €89.67
  • 43.04

«Ты — это то, как ты сопротивляешься»

Антон Черняк. Фото из группы «ВКонтакте» Антон Черняк. Фото из группы «ВКонтакте»

27 октября Ярославский областной суд рассмотрел жалобу группы «Кровосток» на решение о запрете их сайта, принятое летом Кировским областным судом. Об этом решении участники группы узнали постфактум. Оно фактически означает запрет на все творчество коллектива.

Группа «Кровосток» была создана в 2003 году как арт-проект и исполняет музыку, пародирующую гангста-рэп. В нецензурной форме музыканты рассказывают о жизни маргиналов: криминальных элементов, наркоманов и даже людоедов.

Преследование творчества группы началось в марте 2015 года, когда ярославское управление ФСКН выступило с инициативой не пускать на концерты «Кровостока» несовершеннолетних, заявив, что ее творчество «оказывает пагубное влияние на детскую психику». Музыкантам пришлось перенести выступление, но на этом претензии со стороны ведомства не закончились. Прокурор Кировского районного суда Ярославля подал иск «в защиту интересов Российской Федерации и неопределенного круга лиц» с требованием заблокировать сайт группы. Ответчиком оказался местный интернет-провайдер «ЯрНет», музыкантов даже не поставили в известность о предстоящих слушаниях, а потому последовавший в июне запрет всего контента сайта стал для группы неожиданностью.

Прежде чем запретить размещенные на сайте материалы, ФСКН попыталась проанализировать творчество группы. Для этого ведомство обратилось к директору Института филологии и культуры при Ярославском государственном педагогическом университете им. К.Д. Ушинского Николаю Воронину. До того как возглавить учебное заведение, Ворнини в 1989−90 годах состоял секретарем по идеологии Ярославского обкома КПСС.

обожаю певицу мадонну ненавижу
узкие гандоны за полёты в космос
дальний против боли страха страданий
хочу слушать музыку на положенной
громкости отказываюсь вникать
в чужие подробности

(Песня «Приоритеты», альбом «Гантеля», орфография и пунктуация сохранены)

«Содержание материалов оскорбляет достоинство человека, морально-нравственные нормы общества. Человека. Они формируют такие качества личности, как пошлость, цинизм, вседозволенность, ложные ценностные ориентации, комплекс сверхчеловека. Все это может служить основой агрессивного, антисоциального и антиличностного поведения», — посчитал Воронин.

Репродукция картины Василия Верещагина «Апофеоз войны»

Репродукция картины Василия Верещагина «Апофеоз войны»

Еще одно исследование — ставшее ключевым аргументом обвинения — заключение декана факультета русской филологии и культуры ЯГПУ Светланы Родоновой ограничилось анализом только последнего альбома группы, а не всех материалов на сайте, как утверждало ФСКН. В одной из песен, пишет она, «присутствует пропаганда порнографических фильмов и восхищение их содержанием». «Главное действующее лицо, от имени которого формулируются предложения, составляющие связный текст, является асоциальной личностью. Можно утверждать, что в текстах содержится призыв быть таким, как автор, от лица которого формулируются высказывания, брать с него пример», — утверждает эксперт.

создателю нашему
спасибо за создание создателей порно
я многим обязан этим отвязным парням
и супер девчонкам продолжайте и дальше

(Песня «Порно», альбом «Гантеля», орфография и пунктуация сохранены)

Адвокат «Кровостока» Дамир Гайнутдинов отмечает, что по закону владельцев сайта должны были уведомить о предстоящей блокировке, уточнив, какие именно материалы и почему попадают под запрет. Иначе получается, что ФСКН считает запрещенной также и демонстрацию картины Василия Верещагина «Апофеоз войны», оригинал которой висит в Третьяковской галерее.

Кроме того, на сайте нашли «сопровождающую загрузку сцену убийства», «незаконное рекламирование наркотических средств» и посчитали, что он «способствует героизации наркомана».

Заставка сайта krovostok.ru

Заставка сайта krovostok.ru

«Кровосток» обжаловал решение суда в вышестоящей инстанции, первое заседание по рассмотрению апелляции прошло 13 октября и продлилось недолго: по решению судьи его перенесли на 27 октября. Во вторник судья все же приняла решения о пересмотре дела в суде первой инстанции и повторном допросе свидетелей обвинения. «Спектр» поговорил с музыкантами «Кровостока» Антоном Черняком и Дмиртием Файном о судьбе группы и о прошедших слушаниях.

Как оцениваете прошедший суд?

Антон Черняк:

— На мой взгляд, все прошло довольно удачно, Ярославский суд, как мне кажется, действовал по закону. В этом смысле перспектива нашего дела внушает мне умеренные надежды.

Дмитрий Файн:

— Глобально я считаю, что этого суда вообще не должно было быть, так что-то, что он есть — это не очень хорошо. Но сейчас наш адвокат говорит, что динамика процесса неплохая.

— Вам не кажется, что вы оказались в текстах своих песен?

Дмитрий Файн:

— У нас более жесткое пространство текстов. Мы оказались просто в современной России.

— Вам это не напоминает немного СССР? «Не понял, но осуждаю»?

Дмитрий Файн:

— Да, очень похоже

— Как вам формулировка о том, что вы прививаете цинизм?

Антон Черняк:

— Это нам скорее льстит, мы рады прививать людям цинизм.

Дмитрий Файн:

— Тут сложно как-то это комментировать. И вы, и мы можем констатировать наше непонимание, что претензии этих людей очень странные и несовременные, именно поэтому они обреченные.

Фото «Спектра»

Около здания Ярославского областного суда. Фото «Спектра»

— Почему именно вы попали в этот процесс?

Антон Черняк:

— Тут скорее вопрос, не почему мы, а почему так поздно к нам возникли вопросы. Мы не одни сейчас такие, сейчас много гонений.

Дмитрий Файн:

— Да, в этом смысле наблюдается некая тенденция.

— Если процесс все же обернется не в ваше пользу, что вы будете делать?

Дмитрий Файн:

— А что именно значит «не в нашу пользу»?

— Запретят и все, баста.

Антон Черняк:

— Это сыграет нам только на руку, мы и дальше будем записывать свою музыку, с концертами, думаю, все будет решаться по-другому, как в позднесоветское время с какой-нибудь «Машиной времени». В общем, мы в проигрыше не останемся, это только сыграет на нашу популярность.

Дмитрий Файн:

— Так ослабить нас точно не получится.

Антон Черняк:

— Уж точно не таким образом.

— Дополнительный пиар от системы?

Дмитрий Файн:

— Да, дополнительный пиар от глупой системы.

— Вы наверняка знаете, что экспертизу по вашему делу делал бывший секретарь по идеологии Ярославского обкома? Получается такой back in USSR. Как вы к этому относитесь?

Антон Черняк:

— Ужасная тенденция, мы надеемся, что она как можно скорее закончится и все эти люди сгинут в ад. Все эти пост-КПСС ребята должны идти в яму.

Дмитрий Файн:

— Эта ужасная система и очень глупая. Тогда это было не особо страшно, а сейчас вообще не страшно.

Антон Черняк:

— Они несмешные, нелепые, старые люди.

— Которые пытаются запрещать что-то в эру интернета. Это очень глупо.

Антон Черняк:

— Пусть пытаются. Мы не будем оценивать степень их глупости, мы будем просто делать, что мы делаем, смотреть и смеяться над их реакцией.

Дмитрий Файн:

— И не надо им подсказывать, пусть и дальше не знают, что есть интернет, пусть думают, что они и правда могут что-то запретить. Чем больше они будут в этом уверены, тем лучше для нас.

— Весь проект «Кровосток» — это чтобы посмеяться в грубой форме над подобным?

Дмитрий Файн, Антон Черняк, хором, смеясь:

— Не упрощайте наше творчество!

Дмитрий Файн:

— Посмеяться, конечно, но и взгрустнуть порой.

— О чем?

Антон Черняк:

— Об аспектах восприятия наших лирических героев.

Дмитрий Файн:

— Странно об этом спрашивать авторов. Мы авторы, мы не знаем. Но мы стараемся делать разнообразно и интересно.

— Вы часто сознательно создаете образ таких гангста и грубых ребят. Не боитесь, что кто-то воспринимает это всерьез?

Дмитрий Файн:

— Мы уважаем и ценим интеллектуальные способности наших слушателей и зрителей, поэтому мы считаем, что они способны это отдуплить.

Антон Черняк:

— Ну да, отделить нашего героя от нас самих.

— Как мы видим, не все.

Дмитрий Файн:

— Не беспокойтесь о тех, кто не понимает. Не надо вообще беспокоиться о тех, кто чего-либо не понимает.

Антон Черняк:

— Особенно с появлением интернета.

Дмитрий Файн:

— Где все можно узнать.

— Вы оба выпускники одного художественного училища. (МГАХУ памяти 1905 года — прим. «Спектра») Откуда у вас вся эта лексика, вот эти лирические герои, бандюки и наркоманы?

Антон Черняк:

— Такое было у нас художественное училище!

Дмитрий Файн:

— Мы счастливо пережили 90-е годы, у нас было много друзей-приятелей, благодаря которым мы все это узнали не по-наслышке. Плюс наша наблюдательность, криминальные репортажи — все это склеить довольно несложно при желании и наличии вкуса.

— У вас после лета не было сложностей с концертами?

Антон Черняк:

— Нет, не было.

— Организаторы не боятся брать на себя ответственность?

Дмитрий Файн:

— Да, и это очень приятно.

— Чем вы занимаетесь помимо «Кровостока»?

Антон Черняк:

— Мы занимаемся разными художественными практиками, по первоначальной профессии мы художники. Дмитрий Файн имеет большую склонность к живописи, он делает сейчас живописные работы. Я больше имею склонность к графике, время от времени иллюстрирую книжки.

Последняя моя работа в качестве иллюстратора — книжка, вышедшая в казанском издательстве «Смена», «Мифология казанских татар». Это репринтная книга двух дореволюционных авторов о мифологии поволжских татар с описаниями мифологических существ, которых я с удовольствием визуализирую. По-моему получилось неплохо.

Иллюстрация книги «Мифология казанских татар»

Иллюстрация книги «Мифология казанских татар»

— Девяностые, получается — это разборки, разбой и стрельба.

Антон Черняк:

— Свобода.

— А сейчас наоборот не свобода, а ужесточение, попытки отключить интернет, закручивание гаек — эта эпоха отразится в ваших текстах?

Антон Черняк:

— Попытка отключить интернет вряд ли отразится, скорее, общее настроение. А по поводу девяностых хочу сказать, что есть очень важный момент в их восприятии: в девяностые время было бедное, но свободное. Люди разделяются в восприятии этого времени по принципу, кому что важнее. Кому-то важнее благосостояние, а кому-то свобода. Мне важнее свобода, поэтому девяностые для меня были хорошим временем.

А те, для кого важнее что в рот положить — для тех, конечно, было тяжелое время, я им сочувствую, несчастные люди.

— Зато сейчас они, наверное, очень довольны.

Антон Черняк:

— Наверное. Не очень меня интересует, что они там думают, эти ребята. Они из другой половины. Свобода прежде всего.

свобода значимее зарплаты бегство
предпочтительней расплаты независимость
занимательнее любви

(Песня «Простые слова», альбом «Сквозное», орфография и пунктуация сохранены)