Там вырастут леса! Эколог Евгений Симонов — о неожиданных последствиях катастрофы на Каховском водохранилище Спектр
Пятница, 24 мая 2024
Сайт «Спектра» доступен в России через VPN

Там вырастут леса! Эколог Евгений Симонов — о неожиданных последствиях катастрофы на Каховском водохранилище

Затопленные улицы в Херсоне, 7 июня 2023 года. Фото AP Photo/Libkos/Scanpix/Leta Затопленные улицы в Херсоне, 7 июня 2023 года. Фото AP Photo/Libkos/Scanpix/Leta

Полгода назад, в ночь на 6 июня 2023 года произошёл прорыв плотины Каховской ГЭС. Это привело к катастрофическому наводнению ниже по течению Днепра. Россия и Украина обвинили в случившемся друг друга, но до сих пор окончательно не ясно, что стало главной причиной обрушения дамбы, которая сдерживала гигантские массы воды. Большинство западных экспертов склоняются к версии о её подрыве российскими военными, которые хотели осложнить контрнаступление ВСУ.

В зоне бедствия по обеим сторонам Днепра оказались примерно 40 000 человек, которые были вынуждены срочно покинуть обжитые места. Около 100 человек погибло. Вода нанесла ущерб нескольким национальным паркам и Черноморскому биосферному заповеднику.  

Эксперт Рабочей группы по изучению экологических последствий войны в Украине Евгений Симонов, признанный в России иностранным агентом, поделился с журналом «Спектр» неожиданным новостями о тех местах, где полгода назад разыгралась одна из самых масштабных техногенных катастроф в истории человечества.

Евгений Симонов. Скриншот Petrov. Media/YouTube

— Разлившийся Днепр размыл не менее 12 кладбищ и два скотомогильника, в которых были захоронены животные, погибшие от сибирской язвы. Эта бактерия смертельно опасна и для человека. Плюс размытые канализация и выгребные ямы. Какая эпидемиологическая ситуация сложилась в регионе после катастрофы?

— С одной стороны, мы не имеем прямых данных об эпидемиях. Скорее всего, их и не было. С другой стороны, ситуация со здоровой средой обитания людей ухудшилась сильно. Причём на месяцы. Безусловно, повысилась концентрация патогенных микроорганизмов в воде, прежде всего из разряда кишечной палочки. Это очень ясно отслеживалось и, конечно, имело последствия для местного населения. В зоне, которая была затоплена, у людей исчезли надёжные, чистые источники водоснабжения. Их просто залило грязной водой. Это регион, находящийся под оккупацией, там берег низкий, и большая территория была залита: от Новой Каховки и вниз по течению Днепра.

— 150 тонн машинной смазки ушло в Чёрное море с одной только Каховской ГЭС. Проводились ли за минувшие шесть месяцев замеры в море, которые могли бы показать, какой ущерб был ему нанесён?

— Конечно, проводились. Это всё очень подробно описано в статье Виктории Губаревой. Речь там идет о восстановлении Чёрного моря через четыре месяца после каховской катастрофы. 150 тонн машинного масла море чувствует очень слабо. Скорее на него повлияла масса той органики (растения, грязь, ил и прочее), которую сорвало и выплеснуло в прибрежные воды. Это было не 150 тонн, а куда больше, чем 15 000 тонн.

Тем не менее, судя по тому, что говорят специалисты о прибрежных экосистемах, уже сейчас все основные показатели, прежде всего биологические (речь о здоровье донных организмов, например), улучшаются и близки к норме. Море, к счастью, очень большая инертная система с огромным потенциалом восстановления. Через две недели после прорыва это было далеко не очевидно. Мы ожидали, что могут быть гораздо худшие последствия.

— Сколько видов рыб, обитавших в низовьях Днепра, погибло безвозвратно?

— Проверить сейчас это невозможно. Совершенно очевидно, что по всем основным популяциям рыб, которые жили что в водохранилище, что ниже по течению, был нанесён огромный удар. Большую их часть просто вынесло в море, в солёную воду, где значительная часть пресноводных видов выжить не может. Унесло их достаточно далеко, чтобы даже те, кто смог выжить, вернулись.

Никаких исследований на линии фронта по популяциям рыб сейчас не проводится (во всяком случае, известных мне). Велик риск того, что эти популяции были если не утрачены, то многократно уменьшены. Но доказательств этому пока нет. Наверняка ущерб можно будет оценить, когда появится возможность делать научный отлов, то есть только после того, как эта территория перестанет быть линией соприкосновения войск.

— Как отразилась катастрофа на животном мире? В зоне затопления оказались биосферный заповедник и несколько национальных парков.

— На тех участках, которые с огромной вероятностью были затоплены, обитало несколько видов, которые жили только там. Например, два вида муравьёв. Вероятность того, что их больше нет с нами на Земле, очень велика, но для того чтобы это утверждать с какой-либо долей уверенности, нужно туда не раз съездить и провести полевые работы. А как это сделать, если там стреляют!

То же самое с некоторыми редкими грызунами, очень симпатичными мелкими зверьками, два-три вида которых жили именно там. Мы не знаем, сколько мест их обитания затопило — 90% или 70%. У нас нет возможности это проверить. Вполне ожидаемо, что этим популяциям пришлось очень несладко. Если они сохранились, то с очень малой численностью — по сравнению с тем, что было до катастрофы.

Вид на плотину Каховской ГЭС после ее частичного разрушения. Фото AFP PHOTO/Twitter/Volodymyr Zelensky /Scanpix/Leta

Вид на плотину Каховской ГЭС после её частичного разрушения. Фото AFP PHOTO/Twitter/Volodymyr Zelensky /Scanpix/Leta

— Во что превратилось сегодня дно бывшего Каховского водохранилища? Или это пока неизвестно?

— Туда мои коллеги ухитрились добраться, брали пробы, поэтому сведений много. Выяснилось, что, к большой удаче, затопление случилось в пору, когда уже были спелые семена местных пойменных видов деревьев. Семенного материала на тот момент оказалось много. Он остался в плодородном иле на дне, когда вода ушла. В связи с этим значительная часть площадей, которые вышли из-под воды, уже сейчас поросли молодым лесом, состоящим из местных ив, тополей и других растений. К счастью, доля чужеродных растений достаточно мала. Мы очень боялись, что она будет существенно больше.

Эти территории очень быстро зарастают тем, что там было до водохранилища. Правда, широколистных деревьев тогда росло больше. Сейчас их пока неоткуда взять. До водохранилища там располагался так называемый Великий Луг. Примерно треть той площади, которая оказалась в своё время затопленной, представляла собой огромные красивые пойменные леса, в которых, собственно, и прятались запорожские казаки. Там были их сечи.  

Великий Луг — это пойменно-луговая территория с большим количеством рыбных озер и притоков вдоль основного русла Днепра: по берегам росли разной густоты леса и жило огромное количество всякой пойменной живности. К счастью, это всё успели задокументировать до появления водохранилища. Сейчас мы с некоторым изумлением видим, как с огромной скоростью восстанавливается пионерный лес. Он уже сейчас выше человеческого роста на значительной части площадей.

— Выходит, мрачные прогнозы, что почти всё дно бывшего водохранилища превратится в пустошь, не сбылись? 

— Грешен — я сам приложил руку к созданию этого «ужастика». Мы недооценили ситуацию. Катастрофа произошла довольно рано: казалось, что ещё нет запаса семян, которые могут взойти. Мы думали, что при таком положении дел вышедший из-под воды ил быстрее высохнет и частично будет занят какими-нибудь заносными сельскохозяйственными сорняками. Появятся пустоши, которые быстро высохнут и, соответственно, начнут пылить. Но выяснилось, что природа рассудила иначе: семян было много, причём в основном местных видов, и большая часть этой территории заросла раньше, чем высохла. А когда она заросла, то стала хуже высыхать, потому что появилась тень.

— Это, наверное, первые хорошие новости, которые мы слышим из зоны катастрофы. Можно ли сделать какие-то прогнозы по поводу новой экосистемы в тех местах?

— «Украинская природоохранная группа» сделала несколько таких прогнозов. Коллеги констатируют, что появляется не очень-то и новая экосистема. Идёт быстрое восстановление типичных по экологической форме пойменных угодий лесолуговых систем, то есть того самого Великого Луга, о котором я говорил. Там появится сначала ивово-тополёвый пойменный лес, возможно, ещё с прибавкой широколистных деревьев, с растущим постепенно разнообразием видов и биотопов. Этот лес будет перемежаться пойменными лугами.

Конечно, всё будет зависеть от того, какой сложится режим стока воды сверху. Одно дело — когда не будет особенных паводков, а другое — сверху будут спускать время от времени большие объёмы воды, которые позволят этому естественно заливаться. Конечно, благополучие данной экосистемы во многом зависит от того, будет ли её в правильные сезоны покрывать вода.

Это важная переменная, которую мы не знаем. Всё зависит от того, будут ли режимы использования вышележащих водохранилищ учитывать нужды восстановления экосистемы внизу. Как мы знаем, над Каховским водохранилищем есть ещё пять, которыми управляет Укрогидроэнерго. Пока есть ощущение, что это ведомство хочет восстановить Каховское водохранилище. Им эти экосистемы кажутся незаконными.

Затопленная Каховская ГЭС в Херсонской области. Фото российской администрации Новокаховского городского округа

Затопленная Каховская ГЭС в Херсонской области. Фото российской администрации Новокаховского городского округа

— С точки зрения экологии — как правильно поступить с водохранилищем: возродить или нет?

— На этом участке могут по-разному сочетаться восстановление пойменных угодий и какая-то гидротехническая деятельность. Каховское водохранилище — это советский бред. Мелководное рукотворное море с «горячим бульоном» из цветущих водорослей площадью более 2100 квадратных километров — и всё ради электростанции мощностью 300 мегаватт. Это ничто в современной энергосистеме Украины. Меньше чем 1% украинской энергосистемы.

При этом затопили огромные продуктивные территории с культурными, природными и хозяйственными ценностями. Около 36 000 человек, по-моему, оттуда переселили. Типичная операция сталинского времени по уничтожению природно-культурного наследия, которых в России было проведено много, да и в Украине тоже.

С моей точки зрения, старое Каховское водохранилище в современной ситуации восстанавливать будет только сумасшедший, потому что его хозяйственная эффективность очень низка, а социально-экологическая неэффективность очень велика.

С другой стороны, люди, которые там живут с рождения, привыкли, что у них есть это Каховское море. Для них оно часть среды, в которой они вели хозяйство, жили, радовались, купались и так далее. Сейчас это всё от них катастрофически одномоментно ушло. Им надо как-то приспосабливаться к новой системе. Мне бы очень хотелось, чтобы прежде всего с местными жителями обсуждались варианты, которые их устроят. Совершенно не обязательно, что речь пойдет о восстановлении водохранилища в каком-то виде.

Вместо этого сейчас в Раде продвигают закон о том, чтобы запретить на 15 лет использовать освободившееся дно в каких-либо целях, чтобы не возникло имущественных прав на землю, которую надо будет затопить обратно для восстановления водохранилища. На мой взгляд, законопроект дискриминационный и вредный для местного населения, но гидроэнергетики активно его продавливают.

С точки зрения лучшей среды обитания на юге Украины воссоздавать старое Каховское водохранилище не надо. Требуется всемерное содействие восстановлению пойменных лесов, которые потом будут играть важную климатообразующую роль. На юге Украины не так много мест, где вообще могут в сегодняшних климатических условиях вырасти леса, уничтоженные войной.

Шансы на их восстановление на плато, где сухо, очень малы, а тут возникли такие уникальные естественные природные условия! Этот лесной массив заведомо станет одним из самых разнообразных и обширных пойменных лесов Европы.  

Затопленная Каховская ГЭС в Херсонской области. Фото российской администрации Новокаховского городского округа

Затопленная Каховская ГЭС в Херсонской области. Фото российской администрации Новокаховского городского округа

— В Киеве сейчас, наверное, больше думают об экономике, нежели об экологии…

— Конечно, часть этой территории может использоваться для хозяйственных нужд, как и раньше. Там были пастбища, люди выращивали различные культуры. Потребуется, конечно, выяснить, где земля токсичная, а где нет. Есть проблема, что в водохранилище стекались промышленные отходы со всей Украины. Там оседало очень много загрязняющих веществ, но они распределялись по дну неравномерно. Где-то ничего нельзя сажать, а где-то можно.

Возникли большие площади, на которых можно развивать солнечную энергетику. Для того чтобы заместить Каховскую ГЭС, требуется построить всего 20 квадратных километров солнечных батарей. Напомню, что площадь водохранилища была 2100 квадратных километров. Нужно активно продумывать, какие возможности предоставляет новая ситуация, как их оптимально использовать для улучшения среды обитания людей, их благосостояния и сохранения природы.

Я не настаиваю, что вся эта территория должна стать заповедником, но уверен, что всё залить снова — это преступление. А залить через 15 лет — ещё большее преступление, поскольку за эти годы на этом месте можно создать гораздо более экологичную и социально-экономически успешную систему.