«Список потерь будет пополняться». Журналист из Белгорода рассказывает, как город переживает последствия обстрелов ВСУ Спектр
Воскресенье, 19 мая 2024
Сайт «Спектра» доступен в России через VPN

«Список потерь будет пополняться». Журналист из Белгорода рассказывает, как город переживает последствия обстрелов ВСУ

Последствия обстрелов центра Белгорода ВСУ, 30 декабря 2023 года. Фото из соцсетей Последствия обстрелов центра Белгорода ВСУ, 30 декабря 2023 года. Фото из соцсетей

30 декабря 2023 года Белгород попал под сильнейший обстрел с момента начала войны России против Украины. 25 человек погибли, 109 получили ранения разной степени тяжести. За жизнь некоторых из них врачи борются до сих пор. Атака произошла на следующий день после массированных ракетных ударов по украинским городам, когда погибло 53 человека, а более 170 были ранены.

Российская ПВО не смогла предотвратить обстрел Белгорода, хотя 29 декабря губернатор области Вячеслав Гладков сообщал, что на подлёте к городу сбиты несколько воздушных целей. Не сработала в Белгороде и система оповещения граждан о воздушной тревоге. Сирены завыли примерно через 30 минут после ударов по областному центру.

Журналист Владимир С., живущий и работающий в Белгороде много лет, рассказал «Спектру» о том, как белгородцы переживают случившуюся трагедию, почему большинство убежищ в городе закрыты, как мэр города «сошел с ума» и могут ли горожане ожидать компенсации за уничтоженное имущество.

- Скажите, истинное количество погибших и раненых, масштабы разрушений, совпадают с официальными цифрами?

- Возможно, власти могут занижать цифры, чтобы народ совсем не запугивать, но точных данных на этот счет у меня пока нет.

- Что белгородцы говорят и пишут в соцсетях о том, что произошло? 

- Большинство жителей расценивают обстрел 30 декабря как военное преступление. Думаю, даже самые либерально настроенные жители Белгорода не считают эту трагедию закономерной. Я сужу не только по реакции горожан, но и по своему окружению. Возможно, по какой-то логике, это и должно было когда-то случиться, но воспринимать происходящее как данность очень тяжело. Для Белгорода — это ужасная трагедия, за два года войны это был самый серьёзный обстрел. За один день погибла почти половина людей от списка всех погибших мирных жителей Белгородской области, начиная с февраля 2022 года.

Думаю, список потерь будет ещё пополняться, потому что за жизнь многих людей борются в больницах. Белгород — это очень маленький город. Мы всегда шутим, что это «большая деревня»: все друг друга знают, все знакомы друг с другом через пару рукопожатий. Наверное, нет ни одного белгородца, у которого бы не погибли или не пострадали в тот день близкие или знакомые.

Ещё у людей есть неприятное чувство по поводу работы ПВО. Их не защитили. Этот момент сложно обсуждать, потому что до сих пор мы не знаем, от чего погибли люди: от осколков ракет после того, как их сбили, или от самих украинских боеприпасов? На этот счет нет точной информации и, скорее всего, её не будет.

В любом случае, либо силы ПВО что-то сбили прямо над центром города, либо они пропустили налет. В итоге пострадал самый центр: Соборная площадь, район универмагов «Маяк» и «Белгород».

- Как жители оценивают действия губернатора Вячеслава Гладкова и других местных чиновников с точки зрения защиты мирного населения?

- Главная претензия к властям — это ситуация с укрытиями, большинство из которых под замком. Наши убежища — это, по сути, подвалы. Есть официальные карты этих объектов, даже таблички висят, что там можно укрыться, есть какие-то указатели, объявления, что у кого-то имеются ключи, но всё закрыто! Жители многоквартирных домов, естественно, закрывают свои подвалы, потому что у большинства людей там кладовые, и никто их не может заставить держать двери нараспашку.

31 декабря мэр Белгорода Валентин Демидов заявил, что чиновники сделают всё для свободного доступа жителей в убежища, но я не понимаю, как они это могут осуществить, потому что нельзя заставить людей просто открыть свои подвалы. Кроме того, нужно не только заставить всех держать открытыми эти входы, но и двери в подъездах. Иначе как человек попадет в укрытие?

- Больше укрыться людям негде?

- В различных зданиях есть убежища, где действительно можно спрятаться. Например, в торговых центрах, в офисных зданиях, в некоторых крупных магазинах и кафе. Людей туда пускали. С этим проблем нет.

Другое дело, если почитать местные телеграм-каналы, то сразу встает вопрос: почему сирены включают, когда обстрел уже закончился? Я как житель Белгорода и сам могу это подтвердить. Объяснения этому нет. Создаётся впечатление, что оповещение включают просто, чтобы потом отчитаться о работе этой системы. При том, что пользы от неё нет и слышны сирены далеко не во всех районах города.

В результате, мы сначала слышим взрывы и прячемся. Например, моя семья прячется в коридоре или в ванной (в подвал обычно не спускаемся). А когда звучит сирена, мы решаем, что всё закончилось и можно выходить.

- Как в городе сейчас протекает жизнь? Работают ли магазины, аптеки, рынки?

- Многие заведения закрылись ещё 31 декабря: театры, кинотеатры, фитнес-клубы. Практически все крупные торговые центры объявили о временной приостановке работы. Поскольку обстрелы не прекращаются, список неработающих организаций продолжает пополняться. Однако магазины и аптеки, расположенные не в торговых центрах, работают, как и раньше. Дефицита товаров не наблюдается.

Разумеется, отменили все новогодние праздники из-за угрозы новых атак, поскольку опасно собирать людей в одном месте. Официального траура объявлено не было. Появились какие-то стихийные мемориалы, люди несли цветы, мягкие игрушки, свечи, но власти траур не объявили. Не могу предположить, почему. Возможно, из-за того, что всё произошло под Новый год. Не знаю.

- На фоне всего происходящего жители не собираются покидать Белгород? Может быть, кто-то высказывается об эвакуации властями всех желающих?

- Если почитать городские чаты, то видно, что люди это всё обсуждают. Кто-то уже уехал или собирается это сделать, но, по моим оценкам, даже если какая-то часть жителей покинет Белгород, то это будет небольшой процент. Тот, кто хотел уехать, кого пугала оперативная обстановка, уже сделал это раньше. Сейчас в городе остались те, кому некуда уезжать, либо они не хотят этого делать. По крайней мере, из моих знакомых никто после 30 декабря не стал собирать вещи.

- Есть ли проблемы у журналистов, которым приходится освещать последствия обстрелов?

- В октябре 2023 года чиновники доходили до временного помешательства и заставляли журналистов «блюрить» места прилетов, когда были сильные обстрелы. Делалось это якобы для того, чтобы СМИ не выступали в качестве «наводчиков». Тогда это сумасшествие шло официально от властей. Сейчас такого нет, события совсем другого масштаба. Ничего уже не скроешь.

Правда, мэр у нас все-таки сошёл с ума из-за всего этого. 2 января Демидов написал у себя в телеграм-канале какой-то бред (о том, что публикация контента с последствиями обстрелов равносильна предательству и преступлению — Ред.). Ещё можно понять его призывы не публиковать информацию о работе ПВО, но ведь он просит не выкладывать видео и фото о последствиях обстрелов и сам же уже на следующий день публикует такие материалы!

Невозможно сейчас не выкладывать контент о последствиях обстрелов в Белгороде, потому что всё равно кто-то это сделает. Сами же чиновники, например. Губернатор, мэр, их помощники…

- 2 января молодого белгородца по имени Денис силовики заставили извиниться за то, что он выложил в соцсеть видео со съёмкой работы ПВО. Когда Денис произносил на камеру свой покаянный текст, рядом с ним стояли двое мужчин в камуфляже с надписью СМЕРШ на спине. Как на это отреагировали местные СМИ и горожане?

- Люди действительно обсуждают эту историю. Важно понимать, что съемки объектов ПВО действительно могут привести к печальным последствиям. Они ведь часто расположены недалеко от частных домов — иногда метрах в десяти. Если по ним будет нанесен удар ВСУ, пострадают и мирные жители. Поэтому запрет на такие публикации я могу понять, другое дело, что, конечно, неправильно заставлять человека извиняться ещё и с бойцами СМЕРШа в кадре. Это уже какая-то «показательная казнь». Силовики явно делают послание: «мы не дремлем, мы придём за вами».

Очень важный вопрос: что теперь будет с Денисом? Я боюсь, что его может ждать очень серьёзное наказание. Дело может дойти до каких-то сумасшедших статей, вплоть до госизмены, чтобы показать другим жителям города и региона, что так делать нельзя.

- Белгородская область уже переживала события, похожие на трагедию 30 декабря. В мае-июне прошлого года массированным обстрелам подвергся город Шебекино на границе с Украиной. Тогда тоже были жертвы и разрушения. Можно ли на примере того, как восстанавливают Шебекино, предположить, как будут компенсироваться белгородцам последствия обстрелов?

- По моим данным, Шебекино действительно восстановили. Я там был несколько раз после того, как прошли основные этапы возвращения города к обычной жизни. Часть шебекинцев, конечно, уехала после того, что случилось, но многие остались.

Есть случаи, когда все не так радужно, как нам рассказывают наши власти. Например, в Шебекинском районе находится приграничное село Новая Таволжанка, которое пострадало очень сильно. В начале июня прошлого года туда заходила диверсионно-разведывательная группа, бои велись в самом селе. Но потом людей оттуда отселять отказались, потому что их там очень много, порядка 5 000 человек. Думаю, в Белгородской области просто нет столько денег, чтобы их всех расселить.

В итоге, у жителей села выбор был такой: либо власть восстанавливает разрушенный дом, либо никто вам ничего не восстанавливает и никаких денег на переезд вы не получите. Конечно, у людей возникли вопросы по работе строителей, потому что «восстановлением» занимались какие-то маленькие строительные компании из дальних районов Белгородской области.

Более того, они всё авансом строили. Договорённость была такая: сначала рабочие всё восстанавливают, а потом власть им платит. Само собой, качество работ при таких условиях оставляло желать лучшего.  

- Тогда как-то решался вопрос с компенсацией за потерянное имущество? И что сейчас власти говорят о компенсациях белгородцам?

- Моим знакомым из Новой Таволжанки компенсировали далеко не все. Дом им отремонтировали, но мебель они должны купить сами. Им выделили около 200 000 рублей, но купить на эти деньги что-то серьезное сложно.

Сейчас уже и в Белгороде происходят подобные истории. Мне известен такой факт. Директор фирмы обратился за помощью к чиновникам, потому что офис его организации пострадал при обстреле 30 декабря. Ему сообщили, что власти компенсируют только внешнюю отделку здания. Предпринимателю нужно самому до 6 января купить все стройматериалы, до 20 числа провести все работы, и потом ему всё возместят. При этом, стоимость утраченной мебели и ущерб внутренней отделки в компенсацию не входят. Думаю, что это будет не единичная история. У нас всё не так круто, как об этом пишет губернатор Вячеслав Гладков.