Следующая станция - конечная. Российский и украинский ядерщики рассказали «Спектру», чем чреваты обстрелы Запорожской АЭС и способны ли они привести к катастрофе подобной Чернобылю или Фукусиме Спектр
Пятница, 30 сентября 2022
Сайт «Спектра» доступен в России через VPN

Следующая станция — конечная. Российский и украинский ядерщики рассказали «Спектру», чем чреваты обстрелы Запорожской АЭС и способны ли они привести к катастрофе подобной Чернобылю или Фукусиме

Запорожская АЭС. Фото RUSSIAN EMERGENCIES MINISTRY/EPA/ Scanpix/LETA Запорожская АЭС. Фото RUSSIAN EMERGENCIES MINISTRY/EPA/ Scanpix/LETA

Российский радиохимик, доктор наук Борис Жуйков рассказал «Спектру», что обстрелы Запорожской АЭС могут привести к катастрофе, близкой к тому, что случилась в 2011 году на японской атомной электростанции Фукусима-1. Этого будет достаточно для того, чтобы создать зону отчуждения в десятки километров.

В свою очередь член коллегии Госатомрегулирования Украины до 2021 года Ольга Кошарна рассказала «Спектру», что украинские АЭС после аварии на Фукусиме провели целый комплекс мероприятий, которые позволят если и не избежать аварии подобной фукусимской, то, по крайней мере, сильно ее отстрочить. По ее мнению, подобная авария также не в интересах России, поскольку может серьезно навредить и ей самой.

Российский радиохимик Борис Жуйков: «Ничего подобного Чернобылю»

— Какого типа реакторы установлены на Запорожской АЭС и чем они отличаются от реакторов Чернобыльской АЭС?

— На Запорожской АЭС стоят советские реакторы типа ВВЭР-1000, водо-водяные реакторы. Их конструкция такова, что при провале системы охлаждения из-за отсутствия электропитания или разрыва трубопровода они сами глушатся, и мощность их резко падает. Это принципиально отличает их от чернобыльского РБМК, где в определенных режимах он может разгоняться, что может привести к взрыву активной зоны изнутри — сначала паровой взрыв, потом и водородный.

Доктор наук Борис Жуйков. Фото пресс-службы Института ядерных исследований РАН

Доктор наук Борис Жуйков. Фото пресс-службы Института ядерных исследований РАН

— Какими еще системами защиты оборудованы такие реакторы?

— В ВВЭР есть несколько систем защиты, в том числе пассивных. Есть резервная система охлаждения. Вода из емкости поступает самотеком для снятия остаточного нагревания даже когда насосы не работают, потом автоматически включаются дизель-генераторы. Стержни из карбида бора просто падают, закачивается вода, содержащая борную кислоту, что резко снижает нейтронный поток в реакторе. Однако если все эти системы не сработают, активная зона может сильно перегреться и частично расплавиться.

— Но не грозит ли это взрывом, как в 1986 году, как в Чернобыле?

— В отличие от РБМК, который просто сложен из графитовых блоков (а графит горючий материал и может при высоких температурах реагировать с водой, давая взрывающийся водород и угарный газ), ВВЭР имеет мощный корпус из специальной стали толщиной в 20 сантиметров. Есть еще защитный колпак толщиной 120 сантиметров из специального бетона. Если активная зона расплавится, ничего взрываться изнутри не будет, но в корпусе могут образоваться дефекты, через которые будут выделяться в основном летучие радионуклиды, например: иод-131, цезий-137, ксенон-133. Так было в Фукусиме.

— В чем опасность их попадания в окружающую среду?

— Иод-131 довольно опасен, но это короткоживущий радионуклид (период полураспада 8 дней). В этом случае персонал и население вблизи аварии принимают таблетки иодида калия, чтобы организм насытился иодом и не поглощал радиоактивный иод-131. Цезий-137 — долгоживущий радионуклид (период полураспада 30 лет). Он переносится на аэрозолях или с водой и может загрязнить местность на длительное время. Его легко детектировать, все его меряют, но радиотоксичность его не так велика.

— Чем отличается такое загрязнение от того, что произошло во время Чернобыльской катастрофы?

— В Чернобыле был взрыв изнутри зоны, поэтому было выброшено на порядок больше активности, чем в Фукусиме. Но самое главное, там было выброшено с пылью много нелетучих радионуклидов. У многих из них радиотоксичность гораздо больше, и они долгоживущие. Например, стронций-90, период полураспада 29 лет, на порядок более опасен, чем цезий, так как он — аналог кальция и встраивается в костную ткань, облучая костный мозг. Особенно опасен для детей, у которых кости растут. Но стронций труднее определить, так как у него нет характерных линий в гамма-спектре. Еще опаснее изотопы плутония, в частности, плутоний-241, период полураспада 14 лет. Его радиотоксичность в сотни раз выше, чем у цезия-137, а определить еще сложнее. Но стронция и плутония не было в Фукусиме, так как там не разнесло активную зону, а в результате цунами отказала система охлаждения, реактор перегрелся, и в окружающую среду произошло попадание летучих радиоактивных элементов.

— То есть потенциальная опасность такой катастрофы все же ниже Чернобыльской?

— На ЗАЭС в результате внешнего воздействия может случиться примерно то же, что произошло в Фукусиме. Но такой взрыв, как в Чернобыле, невозможен. Если принять такие же грамотные меры, как в Фукусиме, то и на ЗАЭС радиация не приведет к гибели многих людей (в Фукусиме погиб только один человек через 7 лет и несколько заболели от воздействия радиации). Но необходимо было организовать зону отчуждения на десятки километров, где работать и ходить на экскурсии можно, а постоянно жить нельзя.

— Можно ли представить себе примерную площадь зоны загрязнения? По некоторым прогнозам, она может составить чуть ли не всю территорию Украины, часть территории России, Молдавию, и даже Румынии и Болгарии?

— В Фукусиме протяженность зоны отчуждения составила несколько десятков километров, но 80 процентов активности ушла в океан. Размер и направление зоны загрязнения в случае аварии на ЗАЭС определить заранее невозможно, потому что она зависит от погодных условий в день возможной катастрофы и от характера выброса. Зона распространения активности с эффективной дозой более одного миллизиверта может быть и большей, чем в Фукусиме, но большой опасности вне зоны отчуждения она не представляет, даже если фон какое-то небольшое время там будет в десятки раз выше естественного. Цезий вымывается со временем. Короче, ничего подобного Чернобылю или атомной войне произойти реально не может.

— Однако, прогнозы, согласно которым ЗАЭС — это чуть ли не шесть Чернобылей, распространяются довольно активно, не так ли?

— То, что возможны апокалиптические сценарии, утверждает пресса, чтобы привлечь к себе внимание читателей, малограмотные эксперты, в том числе, экологи-общественники (когда не знаешь — всего боишься) и власти обеих конфликтующих сторон: они пугают для того, чтобы свалить все на другую сторону и таким образом получить политические, военные и экономические выгоды. Вероятно, такую же позицию займут аффилированные с правительствами Росатом и Энергоатом. Реально о безопасности людей пока думает лишь неполитизированная МАГАТЭ, предлагая отвести все вооруженные силы обеих сторон от станции.

— Что бы Вы порекомендовали, как эксперт?

— Отвести вооруженные силы сторон, по-моему, следует. Для защиты есть ведомственная охрана. Если этого недостаточно, пожалуйста, введите войска из относительно нейтральных стран — каких угодно. Иначе может прилететь снаряд с любой стороны и повредить систему охлаждения. При этом никто никому ничего не докажет, а реактор выйдет из строя, получим большую зону отчуждения в Украине, а по Черному морю и в окрестных странах — с регулярным дозиметрическим контролем. Но даже в таком случае массовых смертей не будет, не надейтесь.

Член коллегии Госатомрегулирования Украины до 2021 года Ольга Кошарна: «Поля Краснодарского края будет невозможно возделывать 300 лет».

— Какова вероятность того, что в нынешних условия, на ЗАЭС может произойти авария такого же типа, как случилась в Фукусиме?

— Авария масштаба фукусимской на ЗАЭС маловероятна. Во-первых, Украина после аварии на Фукусиме-1 присоединилась к инициативе ЕС провести на всех своих энегроблоках стресс-тесты. Тесты были проведены. Прошла инспекция с участием экспертов МАГАТЭ и ЕС, которая подтвердила результаты проведенных тестов, которые показали, что затопление ЗАЭС невозможно даже в случае повреждения всех плотин на Днепре выше по течению.

Член коллегии Госатомрегулирования Украины до 2021 года Ольга Кошарна. Фото из личного архива

Член коллегии Госатомрегулирования Украины до 2021 года Ольга Кошарна. Фото из личного архива

Во-вторых, была изменена система управления на случай аварии. В отличие от Японии, в Украине по-другому строится управление станцией. В случае аварии все полномочия переходят к заместителю главного инженера станции. Он получает право руководить всеми службами, в том числе и не относящимися непосредственно к самой станции — спасателями, пожарными и так далее. Ему не нужно разрешение руководства для получения каких-либо дополнительных ресурсов, в том числе, например, мобильных дизель-генераторов, которые могут быть подключены на случай потери станцией электропитания и выхода из строя стационарных генераторов, как это было в Фукусиме, где их затопило.

— Но станция уже как минимум однажды была близка к аварийной ситуации? Что может случиться, если она повторится?

— У нас были обстрелы, повредили линию, с которой снимается мощность. Энергоблок № 4 был остановлен, включились генераторы и все сработало. Представим теперь, все энергоблоки стоят. Я считаю, что их надо было остановить сразу с момента оккупации.

Если они стоят и не производят электроэнергию даже для собственных нужд, они могут питаться от электроэнергии объединенной энергосистемы Украины. Такая возможность техническая есть. В случае, если и эти линии электропередач были бы разрушены «орками» (некоторые украинцы так называют российскую армию — прим. «Спектр»), дизельгенераторы имеют запас топлива на 10 суток. Кроме них есть еще мобильные генераторы, насосы и прочее. За 10 дней можно найти топливо, снова их заправить или отремонтировать систему энергоснабжения и избежать расплавления ядра реактора.

— Но что если реакторы все еще работают, что тогда?

— Есть разница между отключением от энергоснабжения и подачи теплоносителя остановленного реактора и такой же ситуацией со включенным реактором. Когда нет ни генераторов, ничего нет, если блок «расхоложен» (это во втором случае), до расплавления активной зоны остается 27 часов. Если он работает — 3−6 часов. И вот тогда будет авария фукусимского типа. Но в наших реакторах применяются рекомбинаторы водорода (пассивные каталитические рекомбинаторы водорода — специальные устройства, предназначенные для поглощения водорода, размещаемые в подкупольном пространстве атомных реакторов — прим. «Спектра»), они позволяют снизить содержание водорода, который накапливается в реакторе в результате расплавления активной зоны. Для его отвода, можно, например, и дырку в куполе реактора просверлить.

— Каков ваш прогноз? Возможно ли все такое развитие событий?

— Я думаю, что устраивать аварию — не в интересах России. Дело в том, что Россия планировала отключить Запорожскую АЭС от энергосистемы Украины и подключить к своей, а для этого на нее нужно было для ее собственных нужд подавать электроэнергию из Крыма. Ключевой в этом процессе была энергоподстанция в Джанкое — всем процессом должен был руководить крымский энергооператор. Но она взорвана сейчас, а без нее это переподключение невозможно. Кроме того, подует западный и юго-западный ветер, и поля Краснодарского края станет невозможно возделывать еще 300 лет (Краснодарский край — хлебная житница России — прим. «Спектра»).

— 300 лет?

— Да. Цезий-137 имеет период полураспада 30 лет. Для того, чтобы безопасно использовать земли, на которые он выпадет, нужно будет ждать 10 периодов полураспада — 300 лет. Поэтому Россия и согласилась на инспекцию МАГАТЭ сейчас.

P. S. Президент России Владимир Путин во время телефонного разговора с президентом Франции Эммануэлем Макроном в пятницу, 19 августа согласился пустить миссию МАГАТЭ на Запорожскую АЭС, сообщил Елисейский дворец.


СЛЕДИТЕ ЗА РАЗВИТИЕМ СОБЫТИЙ В ТЕКСТОВОЙ ХРОНИКЕ В НАШЕМ ТЕЛЕГРАМ-КАНАЛЕ