Преследование Ивана Сафронова и других журналистов должно быть прекращено
  • Вторник, 1 декабря 2020
  • $76.23
  • €91.36
  • 48.17

«Скамья подсудимых стала площадкой для политических выступлений». Последнее слово Алексея Навального — текст и видео

3 февраля на судебном заседании по делу о «Кировлесе» политик Алексей Навальный выступил с последним словом.

Ранее прокурор попросил приговорить его к пяти годам условно, а также обязать выплатить штраф в размере 500 тысяч рублей.

Второго фигуранта дела -Петра Офицерова — попросили к аналогичному штрафу и четырем годам лишения свободы условно.

Навальный и Офицеров обвиняются в хищении средств у компании «Кировлес» при продаже леса в 2006 году. 18 июля 2013 года Ленинский суд в Кирове признал Навального и Офицерова виновными и приговорил Навального к пяти годам лишения свободы, Офицерова — к четырем годам. Позже Кировский облсуд заменил это наказание на условный срок и штраф в размере 500 тысяч рублей.

В феврале 2016-го ЕСПЧ обязал Россию выплатить Навальному и Офицерову 86 тысяч евро, признав нарушение их права на справедливое разбирательство в деле «Кировлеса».

16 ноября Верховный суд России отменил приговор Алексею Навальному и Петру Офицерову и отправил дело на новое рассмотрение.

«Спектр» публикует последнее слово Навального на повторном рассмотрении дела в суде:

Сегодня утром начал с того, что посмотрел свое старое последнее слово по первому делу «Кировлеса». Мы посчитали сегодня, за последние четыре года — это мое седьмое последнее слово, эмоции достаточно схожи и было бы странно повторить какие-то вещи, наверное, неправильно.

Как и в прошлый раз я хочу начать с того, что мне, как и многим, не нравится этот процесс, я, естественно, считаю его сфабрикованным, считаю его политическим. Но как человека меня особенно оскорбляет, что в этом процессе есть Офицеров, совершенно невиновный человек, который не имеет вообще отношения к моей политической деятельности, который годами вынужден ходить из одного суда в другой просто потому, что он мой знакомый. Я еще раз требую от суда оставить его в покое.

Потому что я понимаю, почему я здесь нахожусь, и все то, что делается со мной, вполне можно сделать без Офицерова.

Второе — это отчет о проделанной работе. Я, стоя здесь четыре года назад, сказал, обращаясь к суду, к обвинению для того, чтобы в вашем лице обратиться к тем, кто заказывает эти процессы. Я сказал здесь, что какой бы ни был приговор, мы не остановим нашу расследовательскую деятельность. Мы не остановим нашу борьбу с коррупцией. Мы ничего не прекратим. И сейчас я с чувством глубокого удовлетворения хочу сказать, что я постарался выполнить это обещание. И что те люди, которые работали со мной, вместе со мной выполняли это обещание.

За эти четыре года я просидел год под домашним арестом, у меня было несколько похожих судов, моего брата посадили в тюрьму, я, в основном, сидел под подпиской о невыезде. Но тем не менее мы выпустили много расследований. Мы разоблачали как могли, возможно, можно было бы еще лучше, но как могли, все то жулье, и всю ту организованную преступную группу, которая захватила сейчас власть в России и которой вы, увы, к сожалению, подчиняетесь. От Шувалова до Сечина, от путинских родственников до путинских виолончелистов; мы показывали их богатства, мы объясняли людям, как они ограбили всю нашу замечательную страну.

Мы занимались политической деятельностью, я участвовал в выборах. Я сделал все то, о чем здесь говорил и, наверное, уже обращаясь в камеру трансляции, я хотел бы поблагадорить всех, кто поддерживал меня все это время и помогал мне выполнить это обещание. Стоя на скамье подсудимых… странное место для того, чтобы выступать с политическими заявлениями. Хотя возможно для честного человека… (судья просит перейти к сути процесса).

Это и есть суть процесса. Вы отлично знаете, что это и есть суть процесса. Суть процесса заключается в том, что, к сожалению, для многих честных людей в России и для меня скамья подсудимых становится главной площадкой для политических выступлений. И я хочу сказать, обращаясь в вашем лице к тем, кто инспирировал этот процесс, я отлично все понял. Это послание, которое звучит так: «Алексей, мы тебя еще раз вежливо предупреждаем, что ты не можешь участвовать в выборах. Потому что ты организуешь людей, которые не подчиняются, ты должен быть на обочине». Я отвечаю: я все понял, спасибо большое, но нет. Я отказываюсь от этого щедрого предложения. Моя кампания будет продолжаться. У меня есть моральное и юридическое право. Мы отменим этот приговор еще до старта кампании. Согласно конституции любой человек, кто не находится в местах лишения свободы, имеет право участвовать в выборах. Я вам ни на что не намекаю (смех в зале). Но кампания будет, потому что я только ее часть, в общем-то довольно незначительная. И более важное значение имеют люди, в интересах которых я сейчас говорю.

Последнюю вещь я хочу сказать вам. В моей избирательной кампании есть целевая аудитория, бенефициары, которые получают миллиарды. Они меня ненавидят, поэтому они здесь. Есть и те, кто меня поддерживают. Замечательные хорошие люди как вы. Я в ходе этого процесса понял, что я должен говорить вам, с чем я должен бороться. Вы ужасно боитесь понять и узнать, что на самом деле вы сами и наша страна может жить гораздо богаче. Сама мысль и идея о том, ребята, почему наши больницы такие раздолбанные? (судья пытается прервать) Это относится к сути дела! Почему они разрушены, хотя мы такие богатые. И вы мне говорите: нет, замолчи! Не говори этого всего! Я обращаюсь к вам и говорю: те три триллиона которые вы вывезли, они же ваши, вы их вывезли и превратили в виллы. Вы говорите мне: Алексей, замолчи! А я буду вам об этом напоминать.

Путин со своей бандой пришел к тому, что страна отстала на 20% от среднего мирового роста. Если бы в России ничего не происходило, не было бы Путина, то мы бы жили на 20% лучше. Зарплата судьи сколько? 140 тысяч? (судья возражает, но не отвечает) Зарплата секретаря сомневаюсь, что больше 30 тысяч, пристава — 35. На эти деньги невозможно жить. Я хожу за вами и говорю это, но вы боитесь признаться, что вы можете жить гораздо лучше. Есть нефть и газ, в Кирово-Чепецке завод, там просто газовая труба, из которой идут деньги, которые выходят из земли. Куда они деваются? Об этом я хочу сказать.

Я не остановлюсь. Я вас всех очень люблю, я понимаю, что вы вынуждены делать, понимаю что вы не хотите слушать этого человека, который что-то напоминает, требует, призывает. Не хочется выходить из зоны комфорта, лучше будем жить на 35 тысяч, платить 6 тысяч за коммуналку, но не будем делать ничего приближенного к политике. Но тем не менее нужно это сделать, и я буду продолжать вам этого говорить. Я уверен, что многие из тех кто здесь, сейчас отдадут мне на выборах свой голос. Вы мои избиратели, и я вас в том числе приведу в прекрасную Россию будущего, где мы будем жить все вместе в прекрасной стране.

Я не признаю приговор. Я невиновен. Я не остановлю свою кампанию.