Преследование Ивана Сафронова и других журналистов должно быть прекращено
  • Суббота, 5 декабря 2020
  • $0.00
  • €0.00
  • 0.00

Право на бесправие. Иван Давыдов о законе, дающем полиции новые полномочия и о том, что будет, когда он начнет действовать

Красная Площадь во время эпидемии коронавируса, апрель 2020. Фото Alexander Shcherbak/TASS/Scanpix/LETA Красная Площадь во время эпидемии коронавируса, апрель 2020. Фото Alexander Shcherbak/TASS/Scanpix/LETA

В среду, 22 апреля, должно было состояться голосование за поправки в Конституцию. Если помните, Владимир Путин до последнего тянул с отменой действа, демонстрируя готовность рискнуть — буквально — здоровьем электората ради обнуления собственных сроков. Однако и он сдался, вирус оказался сильнее президента, шоу отложено на неопределенное время.

Ничто, впрочем, не забыто — в полупустой Москве изобилие рекламных плакатов, доказывающих, как важно проголосовать за поправки. Из телевизора о необходимости переписать Конституцию по-прежнему рассказывают Олег Газманов, Денис Мацуев, Сергей Безруков и прочие видные публичные интеллектуалы. Нужно только выучиться ждать, как пелось в известной советской песне.

И именно 22 апреля «Интерфакс» сообщил, что в правительстве подготовили законопроект, существенно расширяющий права полиции. Выглядит так, будто это — замена для неслучившихся поправок в Основной закон. Чтобы мирные жители на карантине не тосковали и вредными мыслями не проникались. Чтобы место свое помнили, и про то, где живут, не забывали тоже. И про то, что за это бывает.

Москва во время эпидемии коронавируса. Фото EPA/MAXIM SHIPENKOV/Scanpix/LETA

Москва во время эпидемии коронавируса. Фото EPA/MAXIM SHIPENKOV/Scanpix/LETA

Хотя почему — «будто»? Новый законопроект, правительством уже одобренный, но в Думу пока не внесенный — куда более актуальная теперь штука, чем статьи о подвигах предков и сути законного брака. Более даже актуальная, чем новые президентские сроки для вечного российского президента.

Итак, если законопроект превратится в закон (а кто, собственно, и что может этому помешать?), полицейские смогут: «обозначать доступными средствами, в том числе и визуальными» места проведения массовых мероприятий. Или, если перейти с чиновного на русский, сооружать загончики, внутри которых можно митинговать. Но это, впрочем, мелочь, потому что дальше все куда интереснее.

Закон «О полиции» будет дополнен отдельной статьей о «вскрытии транспортного средства», которая позволит взломать вашу машину ради «спасения жизни граждан», «предотвращения преступления», а также «для обеспечения безопасности граждан или общественной безопасности при массовых беспорядках и чрезвычайных ситуациях». Ну, то есть, в общем, тогда, когда сотрудник полиции почему-либо захочет взломать вашу машину.

И вот еще что: «сотрудник полиции не несет ответственность за вред, причиненный гражданам и организациям при вскрытии транспортного средства». Ну, конечно, «если он действовал на законных основаниях». Перечитайте этот абзац сначала, и попробуйте представить «основания», которые суд не посчитает «законными», если вдруг дойдет до суда. Задача практически нерешаемая.

Полиция на улицах Москвы во время коронавируса. Фото Mikhail Metzel/TASS/Scanpix/LETA

Полиция на улицах Москвы во время коронавируса. Фото Mikhail Metzel/TASS/Scanpix/LETA

А дальше — больше.

Можно будет «оцеплять жилые дома и территории», проверять и обыскивать всех, кто пытается проникнуть на оцепленную территорию или, наоборот, ее покинуть. Можно будет стрелять на поражение, если полицейский «с обнаженным оружием» сочтет, что человек, на которого он оружие направил, пытается к оружию прикоснуться или — это совсем уж прекрасно — «совершить иные действия, дающие основания расценить их как угрозу нападения на сотрудника полиции».
Но даже и это не самая замечательная часть правительственных предложений, потому что есть еще вот что: «Сотрудник полиции не подлежит преследованию за действия, совершенные при выполнении обязанностей, возложенных на полицию, и в связи с реализацией прав, предоставленных полиции». Все споры о правомерности применения силы отметаются разом. Полицейский всегда прав. Гражданин всегда виноват.

Площадь Свободы. Жители Владикавказа на митинге против самоизоляции потребовали отставки руководителя республики и назначения Калоева главой правительства

Законопроект готовился, естественно, еще до митинга во Владикавказе, в ходе которого жители потребовали либо предоставить им реальную помощь, либо дать возможность работать. Там, кстати, есть уже и административные наказания для участников, и уголовное дело по фактам «нападения на сотрудников правоохранительных органов». Готовился до митинга, но читается как прямой ответ на него. И на все прочие подобные, возможные или даже неизбежные в текущей ситуации.

Ну, и не будем также забывать про многочисленные ролики, гуляющие по социальным сетям — полицейские отлавливают граждан, которые, по их мнению, «нарушают правила самоизоляции», ведут себя предельно грубо, угрожают оружием, пускают в ход силу. Сейчас это воспринимается как произвол. Иногда даже приходится реагировать на общественное возмущение, сообщать о служебных проверках (не видел, кстати, ни одного сообщения о результатах подобных проверок, но, возможно, просто плохо искал). Законопроект все проблемы решает разом — что раньше было произволом, то станет обычной практикой.

«Финансовый пир во время чумы». Что происходит с ценами на нефть и бензин, почему спрос падает и когда станет лучше

И выглядеть все это начинает как чистосердечное признание: в правительстве, похоже, отлично понимают, чего стоит государственная поддержка в условиях пандемии и какой реакции на нее ждать. И готовятся, как умеют. Просчитывают последствия, пытаются сыграть на опережение. Прямой помощи ждать не приходится, Герман Греф высказался предельно ясно: выплаты гражданам попросту невозможны. Значит, решать проблемы будут за счет полицейских мер.
И предельное расширение прав полиции — понятная, ожидаемая, ни капли не удивляющая мера. Они просто не умеют по-другому.

Вернемся к тому, с чего начали — да, никаких «будто». Это и есть настоящий проект подлинной Конституции Российской Федерации, для принятия которого не требуется никаких всенародных голосований. В старой Конституции — слишком много ненужных слов о правах и свободах человека и гражданина. Целая глава. Куда это вообще годится, такие ли теперь времена? Законопроект фиксирует главное — полное бесправие гражданина перед всесилием Господина Полицейского.