• Суббота, 25 января 2020
  • $62.07
  • €68.48
  • 60.56

Пока не «сморщилась». Чечня и Россия готовятся к свадьбе главы РОВД

Фото: Reuters/Scanpix. На чеченской свадьбе. Фото: Reuters/Scanpix. На чеченской свадьбе.

На завтра, 16 мая 2015 года, назначена свадьба 17-летней чеченской девушки, которую то ли насильно, то ли добровольно выдают замуж за далеко не юного начальника РОВД Ножай-Юртовского района у которого, по некоторым данным, уже есть законная «первая» жена. Об этом в пятницу со ссылкой на самого жениха сообщила представитель Совета по правам человека при главе Чечни Хеда Саратова. История этой женитьбы уже две недели является одной из главных новостей, обсуждаемых в России. Накануне она получила особенно сильный резонанс в связи с комментариями уполномоченного по делам детей Павла Астахова, который одобрил ранние браки, а также позволил себе неоднозначное высказывание в адрес кавказских женщин, возмутившее очень многих.

30 апреля «Новая газета» опубликовала статью своего спецкора Елены Милашиной под заголовком: «Глава чеченского РОВД захотел жениться: требуется помощь». Журналистка рассказала, что к ней за помощью обратились жители села Байтарки Ножай-Юртовского района Чечни, рассказавшие, что их односельчанку, 17-летнюю Хеду (ее называют также Луизой) Гойлабиеву, пытаются насильно выдать замуж. К девушке «посватался» 57-летний (позднее выяснилось, что 46-летний) начальник местного РОВД Нажуд Гучигов. Как следовало из публикации, родители девушки ответили жениху отказом, но это его не смутило, и он якобы поставил семье ультиматум: либо Хеду выдают за него, либо он сам заберет девушку, а семья пожалеет об отказе. Кроме того, по данным «Новой», Гучигов выставил в селе полицейские посты, чтобы Хеду не смогли увезти. Односельчане обратились к журналистам, пытаясь донести ситуацию до Рамзана Кадырова, слово которого в Чечне закон. Вероятно, они понадеялись на помощь главы республики, который в прошлом уже запретил похищение невест, а также браки с несовершеннолетними.



Милашина дозвонилась до Гучигова, и тот под запись сказал ей, что никакой свадьбы с 17-летней Хедой он не планирует, никаких постов в Байтарках не выставлял, и вообще, у него есть любимая жена, с которой он счастлив много лет, и вторая ему не нужна.

Вскоре о статье «Новой газеты» узнал Кадыров. Как писал «Московский комсомолец», в эфире грозненского телеканала «Вайнах» глава Чечни заявил, что отправил к потенциальной невесте «людей» узнать, что к чему. «Ее мать сказала, что девочка согласна! И дедушка по отцу дал слово и согласие! И все завершено по этому вопросу».

К слову, вскоре после выхода заметки в «Новой» Кадыров отправил в отставку министра печати Чечни Шаида Жамалдаева. Многие решили, что чиновника наказали за то, что чеченские СМИ не осветили историю с Хедой в нужном ключе. Сам Кадыров опроверг эту версию в своем Instagram (глава Чечни часто использует фотоблог для официальных заявлений и комментариев), заявив, что Жамалдаев сам попросил перевести его «на другую работу».

Вскоре в историю с замужеством юной чеченки вмешались чиновники на самом высоком федеральном уровне. Глава СПЧ Михаил Федотов обратился в Генпрокуратуру, а уполномоченный по правам человека Элла Памфилова — к руководству Чечни. Даже такой одиозный персонаж, как Виталий Милонов, и тот встревожился и попросил министра внутренних дел Владимира Колокольцева проверить, соответствует ли многоженство и желание «жениться на молоденькой» моральному облику полицейского.

Впрочем, нашлись и те, кто встал на сторону жениха: журналист Максим Шевченко и депутат Госдумы от Чечни Шамсаил Саралиев в эфире «Дождя» отстаивали право «боевого офицера» Гучигова на счастье в личной жизни. Куда делась первая жена полицейского, достоверно установить не представляется возможным: то ли она есть, то ли он с ней развелся — неизвестно.



Наконец, 12 мая LifeNews опубликовал видеозапись интервью с самой Хедой Гойлабиевой. В кадре девушка, сидя рядом с пожилой родственницей и не поднимая глаз, рассказала, что знакома с будущим мужем уже год, что он «мужественный» и «надежный» и что свадьба состоится примерно через месяц. «Да, я знаю, что он был женат и у него дети от первого брака. Но так уж сложилось, что я теперь выхожу за него замуж», — заключила девушка. По репортажу LifeNews складывается впечатление об истории счастливой невесты, которую оклеветали то ли завистливые подружки, то ли отвергнутые поклонники. Журналисты «Новой», со своей стороны, сделали вывод, что Хеду и ее семью окончательно запугали.

Как-то комментировать ситуацию пришлось и уполномоченному по правам детей Павлу Астахову, поскольку формально Хеда Гойлабиева — несовершеннолетняя. Сначала пресс-служба омбудсмена сделала следующее заявление: «Официальных обращений от девушки, ее родителей или близких (законных представителей) не было. У нас насильно не защищают». Впрочем, все, кто возмутился цинизмом этого заявления, явно поторопились, поскольку 14 мая Астахов переплюнул свою пресс-службу. В интервью «Русской службе новостей» он сказал, что ранние браки — это нормально, особенно на Кавказе. «В Семейном кодексе есть статья, что в исключительных случаях нижний предел устанавливается региональными властями. В Чечне 17 лет, в Башкортостане 14 лет, в Московской области 16 лет. Есть, где нет нижнего предела. На Кавказе раньше происходит эмансипация и половое созревание, давайте не будем ханжами. Есть места, где женщины уже в 27 лет сморщенные, и по нашим меркам им под 50. А вообще Конституция запрещает вмешиваться в личные дела граждан», — заявил детский омбудсмен.



Это высказывание широко разошлось по Сети, возмутив практически всех. Шутили про то, что «на Лазурном берегу все женщины в 27 выглядят прекрасно» (намекая, что семья Астахова любит проводить время во Франции), обсуждали, в каких условиях живут кавказские женщины, и позволяют ли эти условия сохранить привлекательность. Слова Астахова осудили даже в Совфеде. Член комитета по социальной политике Валентина Петренко в эфире радиостанции «Говорит Москва» осудила практику ранних браков: «Я считаю, что, как в природе, когда человек не использует не созревшее яблоко в пищу, это считается нормальным. То есть, не срывают зеленый абрикос и не едят. Человеку хватает терпения дождаться, когда созреет это все. А почему же тогда получается ситуация, если ребенок еще в жизни не встал на ноги ни физически, ни психологически, этого ребенка по сути надо сразу превратить в женщину и дать те нагрузки, которые обязательно у этой женщины заберут здоровье. Она не может быть готовой женой, может быть только утехой, усладой».

В конце концов Астахову пришлось извиниться. Омбудсмен пытался оправдаться тем, что его слова вырвали из контекста и неправильно истолковали, а также заверил, что «женщины в любом возрасте прекрасны и восхитительны».

Что касается первой части заявления Астахова, о том, что в отдельных регионах России браки до 18, и даже до 16 лет могут быть законными, то это, несмотря на кажущуюся абсурдность, действительно так. Статья 13 Семейного кодекса РФ «Брачный возраст» гласит:

1. Брачный возраст устанавливается в восемнадцать лет.

2. При наличии уважительных причин органы местного самоуправления по месту жительства лиц, желающих вступить в брак, вправе по просьбе данных лиц разрешить вступить в брак лицам, достигшим возраста шестнадцати лет.

Порядок и условия, при наличии которых вступление в брак в виде исключения с учетом особых обстоятельств может быть разрешено до достижения возраста шестнадцати лет, могут быть установлены законами субъектов Российской Федерации.

То есть власти субъектов Российской федерации могут по собственной инициативе снизить минимальный брачный возраст, что многие и сделали, причем не только в мусульманской Чечне, но и во вполне «русских» и «православных» регионах, таких, например, как Тюменская или Вологодская области. При наличии «особых обстоятельств» можно жениться начиная с 14 лет.

Под «особыми обстоятельствами» подразумеваются беременность, рождение ребенка, а также «сложившиеся семейные отношения», то есть то, что в России принято называть «гражданским браком», когда люди не ходили в ЗАГС, но фактически живут вместе как супруги.



Павел Астахов. Фото RIA Novosti/Scanpix


Ознакомившись с положением Семейного кодекса, логично задаться вопросом: как можно жениться на несовершеннолетней, если с ней нельзя вступать в половую связь? Ведь есть же статья 134 Уголовного кодекса «Половое сношение и иные действия сексуального характера с лицом, не достигшим шестнадцатилетнего возраста». Получается, что однократный секс с подростком младше 16-ти — это преступление, а регулярный — «сложившиеся семейные отношения».

Возвращаясь к истории Хеды Гойлабиевой, отметим, что поведение Астахова понятно, хоть и непростительно: кому охота связываться с Рамзаном Кадыровым и вникать во внутренние чеченские разборки? Журналистка «Новой» Милашина уже сообщила, что полицейские из Сибири, служащие на территории Чечни, предупредили ее о том, что ею очень интересуются сотрудники чеченских правоохранительных органов.

Кстати, сам Кадыров вчера вновь вернулся к теме «неравных браков», написав в своем Instagram, что «любви все возрасты покорны». Глава Чечни перечислил знаменитых людей, супруги которых младше их на несколько десятков лет: Виктора Ерофеева, Андрея Кончаловского. И даже Аллу Пугачеву с Максимом Галкиным. «Почему все спокойно воспринимают, когда публичные люди, мелькающие ежедневно на экране, живут как хотят, а Луиза и Нажуд не имеют на это право». По мнению Кадырова, «шумиха» вокруг замужества Голайбиевой «заказана какими-то господами либералами». Из записи Кадырова понятно, что свадьба 17-летней школьницы и полицейского в годах, очевидно, состоится.



Позднее в блоге Кадырова появилась видеозапись, на которой пожилые женщины в платках истерично бросаются на молодую женщину без платка. Из сопроводительной записи следует, что это родственницы Хеды Гойлабиевой прогоняют от своего дома журналистку «Новой» Елену Милашину. По словам Кадырова, семья невесты запретила журналистке вмешиваться в их жизнь, а Милашина ответила им «вы же чеченцы», «вы сломались». Есть печальная ирония в том, что эти слова донес до нас сам Кадыров, очевидно, даже не поняв, как они прозвучали в контексте всего вышесказанного.