Преследование Ивана Сафронова и других журналистов должно быть прекращено
  • Пятница, 25 сентября 2020
  • $78.18
  • €90.90
  • 41.88

Почему я подал в суд на MasterCard

Фото: из личного архива автора. АЛЕКСАНДР МОСКОВКИН Фото: из личного архива автора. АЛЕКСАНДР МОСКОВКИН

Я обратился в Мещанский суд города Москвы с на первый взгляд необычным иском — решил судиться с международной платежной системой MasterCard. Суть претензий в том, что в марте 2014 года после введения Минфином США санкций против России эта система без каких-либо предупреждений отказалась поводить платежные операции по картам, выпущенным банком «Россия», а также Собинбанком и СМП Банком, картой которого я владею с января 2013 года. В результате блокировки карты я не смог совершить покупку в одном московском магазине на сумму чуть превышающую 200 рублей.

Скажу честно: решение обратиться в суд далось мне нелегко, а многие знакомые юристы (одно из счастливых исключений — адвокат Виталий Корыстов, — который и представляет мои интересы в суде) отговаривали меня от этой затеи, убеждая, что дело это хоть и прецедентное, но при этом неперспективное, муторное, с совершенно непредсказуемым исходом. На следующий за подачей иска день многие российские СМИ «отписались» по теме иска, а юристы начали гадать, каковы его перспективы, попутно окрестив грядущий процесс «Московкин vs MasterCard».

Желающие могут понаблюдать за ходом дела на соответствующей страничке сайта Мещанского суда. 28 августа по нему уже прошло предварительное заседание, где сторона ответчика не раскрыла информацию о том, кто будет представлять в суде ее интересы и не стала заявлять возражений по существу иска. Следующее заседание — очевидно обещающее стать более насыщенным событиями — состоится 19 сентября.

Зачем?

Изложив историю вопроса, я хотел бы рассказать о своих мотивах. Сразу хочу отвергнуть два самых частых упрека в свой адрес: экономический и политический. Если взглянуть на иск — чего многие комментаторы не делают, предпочитая рассуждать голословно — можно заметить, что сумма требований к ответчику чисто символическая и составляет всего 100 рублей. Именно так я оценил свой моральный вред от неожиданной блокировки карты. Разве можно на этом нажиться, если суд решит удовлетворить мой иск?

Второй упрек, раздающийся в мой адрес особенно часто — политический. Многие комментаторы заподозрили меня чуть ли не в том, что иск подан по прямой указке Кремля. Спешу заметить (хоть, наверное, далеко не все этому поверят) — это не так. Я не искал и не собираюсь искать в ходе рассмотрения дела никаких политических аргументов (хотя, к сожалению, традиция политизирования чисто юридических и даже житейских коллизий чрезвычайно характерна для России) и хотел бы оперировать исключительно юридическими аргументами. А они, на мой взгляд, есть.

Логика моя такова. Применительно к делу «Московкин vs MasterCard» должен сработать Закон «О защите прав потребителей», который, как показывает практика, был и остается одним из самых работающих законов в Российской Федерации. Именно этот закон предусматривает возможность компенсации морального вреда человеку вследствие нарушения изготовителем (исполнителем, продавцом, уполномоченной организацией или уполномоченным индивидуальным предпринимателем или импортером) его прав как потребителя (статья 15 этого закона). Пленум Верховного Суда Российской Федерации в своем постановлении от 28 июня 2012 № 17 «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей» определил, что финансовая услуга, оказываемая физическому лицу в связи с обслуживанием банковских карт, относится к сфере регулирования закона о защите прав потребителей.



Исковое заявление Александра Московкина против MasterCard


Размер компенсации морального вреда в конечном итоге определяется судом с учетом всех фактических обстоятельств дела. Конечно, суд может изменить сумму, которую я прошу взыскать с ответчика, но я не думаю, что она (если уважаемый суд вообще решит воспользоваться таким правом) будет задрана до небес.

И еще…

Есть еще один важный момент. Лозунг MasterCard — «Финансовая независимость на международном уровне». Вот я и выбрал карту именно этой платежной системы, как говорят юристы, добросовестно предполагая, что буду иметь возможность пользоваться соответствующей финансовой услугой без каких-либо ограничений как в России, так и за рубежом.

Но 21 марта 2014 года я не смог совершить покупку в московском супермаркете из-за того, что мне в одностороннем порядке было отказано в совершении платежной операции по карте. Ограничение на совершение платежных операций по моей карте MasterCard, кстати говоря, действует и сегодня, по истечении почти 6 месяцев. При этом, в соответствии с подпунктом 4 пункта 1 статьи 24 Федерального закона «О национальной платежной системе», одним из требований к социально значимой платежной системе (а именно к числу социально значимых систем, согласно мнению Центрального Банка России, регулирующего рынок платежных систем в нашей стране, относится MasterCard) со стороны государства является обеспечение системой гарантированного уровня бесперебойности оказания операционных услуг. Разве эта бесперебойность не была нарушена неожиданным отключением?

Помимо всего прочего на моей дебетовой карте MasterCard лежали мои деньги. Это не деньги банка, не деньги MasterCard, не деньги Минфина США, который распорядился отключить СМП Банк от платежной системы. И этими деньгами мне вдруг, без всякого уведомления не дали воспользоваться. Мне кажется, что такой как минимум недружественный шаг должен повлечь за собой признание неправоты и — по меньшей мере — публичные извинения.

И этом смысле, пожалуй, публичные и по возможности искренние извинения MasterCard могли бы стать элементом политики. Не исключено, что если бы такие извинения были бы принесены, история с блокировкой пластиковых карт развивалась бы как-то по-другому.