Спектр

Острова невезения. Чего ждать от встречи Путина с Абэ и при чем тут японская Конституция и Китай

Шикотан. Фото Sputnik/Scanpix/LETA

Шикотан. Фото Sputnik/Scanpix/LETA

Российский дипломат, японовед, замминистра иностранных дел России (1991-1993) Георгий Кунадзе проанализировал возможные причины для возобновления переговоров между президентом РФ Владимиром Путиным и властями Японии относительно принадлежности Курильских островов. По его мнению, если Путину при любом исходе рассмотрения этого вопроса не угрожает существенный политический ущерб, то японский премьер-министр рискует своей карьерой.

30 ноября в Аргентине начнется саммит G-20, на котором среди прочего уже анонсирована встреча президента России Владимира Путина и премьер-министра Японии Синдзо Абэ. Их предыдущая встреча, состоявшаяся две недели назад в Сингапуре, уже породила целую волну предположений и спекуляций относительно перспектив подписания мирного договора между Москвой и Токио и, соответственно, решения проблемы принадлежности южных Курильских островов. Но насколько серьезна еще одна попытка возобновить российско-японские переговоры?

НЕМНОГО ИСТОРИИ

Синдзо Абэ и Владимир Путин. Фото TASS/Scanpix/LETA

В 1855 году Россия и Япония заключили свой первый договор о границах, по которому России отошли все Курильские острова, кроме двух южных – Кунашира и Итурупа, которые остались у Японии. Принадлежность группы крошечных островов Хабомаи и острова Шикотан, расположенных параллельно Курильскому архипелагу, не обсуждалась: по умолчанию они изначально признавались японскими.

Остров Сахалин был оставлен в совместном владении двух империй. Ничего хорошего из этого не вышло: ни русской, ни японской власти на острове не было, а между русскими и японскими торговцами регулярно возникали конфликты. В 1875 году Россия и Япония заключили договор об обмене Сахалина на Курилы. Сахалин стал целиком русским, а Курилы – целиком японскими.

Одержав победу над Россией в войне 1904-1905 годов, Япония, со ссылкой на то, что война обнуляет все предыдущие договоры, потребовала передать ей остров Сахалин в качестве военного трофея. России удалось отстоять свои права на северную половину острова, а южную пришлось уступить Японии.

В 1945 году победу над Японией одержал СССР и на том же основании, что и Япония в 1905 году заявил о своих правах на южный Сахалин и Курилы. Союзники СССР, прежде всего, США, Великобритания и Китай, с этим согласились. Юридическое оформление передачи южного Сахалина и Курил под суверенитет СССР предполагалось завершить в коллективном мирном договоре с Японией в 1951 году. СССР, однако, этот договор не подписал. Возникла патовая ситуация: отказ Японии от южного Сахалина и Курил в договоре фигурировал без указания их нового владельца. К тому же, согласно нормам международного права, не будучи участником договора, СССР не мог извлечь из него никаких преимуществ.

Остров Итуруп. Фото Ria Novosti/Scanpix/LETA

В декабре 1954 года советско-японские мирные переговоры начались фактически с чистого листа и быстро зашли в тупик. Япония согласилась подтвердить свой отказ от южного Сахалина и Курил, указав, что вопрос об их принадлежности ее просто не касается. При этом, однако, Япония настаивала на том, что острова Кунашир, Итуруп, Хабомаи и Шикотан по праву принадлежат ей, поскольку никогда не принадлежали ни Российской империи, ни СССР и, главное, были приобретены в 1855 году путем нормальных равноправных переговоров, а отнюдь не силой. Основания для такой позиции у Японии были и есть: Каирская (1943 г.) и Потсдамская (1945 г.) декларации союзников провозглашали изъятие у Японии только тех территорий, которые она захватила силой.

Со своей стороны, СССР соглашался передать ей только острова Хабомаи и Шикотан, а вопрос о Кунашире и Итурупе обсуждать отказался. В 1956 году СССР и Япония смогли подписать Совместную декларацию о прекращении состояния войны и восстановлении дипломатических отношений, включив в нее положение о передаче Хабомаи и Шикотана Японии после заключения мирного договора. Переговоры о котором, включавшие и «территориальный вопрос» стороны договорились продолжить. Совместная декларация 1956 года прошла процедуру ратификации и была поэтому полноценным договором, обязательным к исполнению и не подлежащим одностороннему пересмотру.

Однако, в 1960 году СССР именно так и поступил, уведомив Японию об отказе от передачи ей островов Хабомаи и Шикотан.

Попытки возобновления переговоров о мирном договоре на основе Совместной декларации 1956 года, то есть, в сущности, с последующей передачей Японии островов Хабомаи и Шикотан, предпринимались впоследствии как СССР, так и Россией. Все они заканчивались неудачей, ибо российские «патриоты» категорически возражали против передачи Японии даже двух этих островов, а японские продолжали добиваться передачи всех четырех - Хабомаи, Шикотана, Кунашира и Итурупа.

Таким образом, вопрос об этих островах, постепенно утративших свое стратегическое и предполагаемое экономическое значение, а значит и о мирном договоре, объективно оказался в глухом тупике, став заложником ретроградных общественных настроений в обеих странах.

НЕМНОГО ИНТРИГИ

Тем удивительней, что сегодня лидеры России и Японии как будто намерены заключить мирный договор на основе все той же Совместной декларации 1956 года. Как они это сделают, если максимально возможные для России условия, далеко не дотягивают до минимально приемлемых для Японии - уму непостижимо.

Здесь, однако, уместно напомнить о двух важных обстоятельствах. Инициатива в размораживании переговоров о мирном договоре явно принадлежит хитроумному президенту России. По всей видимости, он все же надеется как-нибудь уломать японцев подписать мирный договор, то ли согласившись передать им Хабомаи и Шикотан, то ли пообещав когда-нибудь об этом подумать. Они на такие условия не соглашаются уже свыше 60 лет. Но вдруг теперь согласятся.

Столь любопытная версия имеет право на существование: президент России – человек с огромным самомнением, свято верящий в свой талант переговорщика и в безошибочность своих решений. Поговаривают, правда, о том, что даже обещание о передаче двух островов Японии, не говоря уж об их реальной передаче, рискует не встретить понимания у представителей его ядерного электората. Но президента России, с некоторых пор пользующегося репутацией знатного «собирателя земель русских», такая перспектива, думается, не очень пугает. Поставит нужную задачу своим акробатам пропаганды, и они все, что хотите, объяснят и обоснуют.  

Город Курильск. Фото TASS/Scanpix/LETA

Нельзя, впрочем, исключать, что президент России – скрытый троцкист, считающий, что конечная цель – ничто, а движение – всё. Причем совсем необязательно к декларируемой цели. В глубине души он, наверное, все же сознает, что загнал свою страну в международную изоляцию, какой не было даже во времена СССР. В силу этого, Япония как единственная великая держава, по сути дела, безразличная к российским «проделкам» в Украине, Сирии, Европе, США и далее везде, не может не привлекать внимания президента России, истосковавшегося по уважительному международному общению. Вот, скажем, он уже прилетел на саммит G-20 в Аргентине, где планировал провести давно обещанную встречу с президентом США. Но уже стало известно, что Трамп от нее отказался, после славной морской победы российских пограничников над украинским буксиром.

Зато встреча с премьер-министром Японии состоится обязательно. И наверняка привлечет всеобщее внимание.

Что же касается предполагаемых итогов российско-японской встречи на высшем уровне, то они вряд ли станут судьбоносными. Как абсолютный и фактически пожизненный хозяин своей страны, президент России ничем не рискует: что бы он ни решил, все будет признано мудрым и единственно верным. Зато премьер-министр Японии ни много ни мало рискует своей политической карьерой. Как говорится, шаг вправо, шаг влево от генеральной линии на возвращение всех четырех островов будет считаться провалом. Одним словом, поля для маневра у японского лидера настолько мало, что далеко не каждый поймет, зачем он вообще ломает всю эту комедию.

Есть, однако, одна догадка. Нынешний премьер-министр Японии не только большой друг президента России, но еще и горячий сторонник пересмотра так называемой «пацифистской» Статьи 9 японской Конституции. Она гласит: «Искренне стремясь к миру, основанному на справедливости и порядке, японский народ на вечные времена отказывается от войны как суверенного права нации, а также от угрозы или применения военной силы как средства разрешения международных споров».

Итуруп. Фото TASS/Scanpix/LETA

В далеком 1947 году эту легендарную статью продиктовали Японии американцы в обмен на гарантии ее безопасности. Много воды утекло с тех пор, нынешнее поколение японских политиков этой статьей немного тяготится, а в надежности американских гарантий немного сомневается. Есть у японцев и беспокойство относительно намерений Китая, в политических отношениях с которым у Японии, мягко говоря, не все благополучно. Летом 2014 года Кабинет министров Японии, который уже тогда возглавлял ее нынешний премьер-министр, принял новое расширительное толкование Статьи 9. Не исключено, что в ближайшие годы Япония ее кардинально пересмотрит, а также увеличит свои военные расходы до стандарта НАТО, который может стать для нее ориентиром. Сейчас японские расходы составляют всего 1% от ее ВВП, и в случае перехода на стандарт НАТО возрастут вдвое.

Когда и если это произойдет, реакция Китая будет резко негативной и необязательно только декларативной. Вот в таких условиях для Японии было бы крайне важно, чтобы Россия как продолжатель СССР, главного в прошлом разоблачителя «японского милитаризма», воздержалась от солидаризации с Китаем. Ради этого, стоило бы поиграть в переговоры о мирном договоре с Россией, даже без особых шансов на его заключение.