Преследование Ивана Сафронова и других журналистов должно быть прекращено
  • Воскресенье, 27 сентября 2020
  • $78.21
  • €90.93
  • 42.26

Остановленный Pulse. Орландо пережил крупнейший теракт в США после 11 сентября

Здание в Орландо, подсвеченное цветами ЛГБТ, фото Евгений Фельдмана для «Спектра» Здание в Орландо, подсвеченное цветами ЛГБТ, фото Евгений Фельдмана для «Спектра»

Мы c корреспондентом «Bird-in-Flight» приехали в Орландо почти через сутки после того, как вооруженный полуавтоматической винтовкой Омар Матин ворвался в гей-клуб Pulse и убил 50 посетителей вечеринки. Я пишу этот текст еще днем позже — и многие обстоятельства трагедии теперь стали ясны, в отличие от мотивов убийцы.

Орландо — тихий город, живущий туризмом: здесь нет огромных офисных небоскребов, зато много озер, а рядом расположен гигантский Disney World.

Самое яркое здание в городе — концертный зал имени доктора Филлипса. Мэрия города просит приходить именно туда: полиции не хватает сил на обеспечение безопасности и помощь пострадавшим. У зала лежат цветы, а здание напротив подсвечено цветами флага ЛГБТ. Так же подсвечен фонтан посреди одного из городских озер. На его берегу сидят молодые люди, горят свечи. Сидящие плачут и обнимают друг друга, пытаются шепотом петь Imagine Джона Леннона, но сбиваются из-за слез. Ленты цветов радужного флага висят и в одной из местной церквей, прямо за крестом — здесь давно поддерживают ЛГБТ-сообщество. Пастор, Терри Стид Пирс, подавленная горем женщина средних лет, печально улыбается, вспоминая траурную службу и выступление гей-хора. На входе в церковь стоял полицейский кордон, а на сиденьях остались полупустые коробочки с салфетками.

Больше всего полиции сосредоточено в районе расстрелянного клуба. Туда-сюда снуют огромные джипы с мигалками, за три квартала от места трагедии висят желтые ленты службы шерифа — «Не пересекать». Вокруг молча стоят горожане, никто из них даже не снимает на телефон.

Фото Евгения Фельдмана специально для «Спектра»

Фото Евгения Фельдмана для «Спектра»

Полиция взяла под охрану и другие гей-клубы в Орландо. Впрочем, хозяева одного возмутились и потребовали им не мешать. В другом, наоборот, попросили усилить кордон и вывесили светящуюся надпись «Pulse непрерываем».

Посетители этих клубов подавлены куда сильнее прочих горожан — каждый из них знал кого-то из сотни пострадавших. Вход в один из гей-баров ярко подсвечен теми же цветами радуги, но изнутри не слышна музыка, на балконе говорят шепотом, а в бассейне с прозрачными стенками и дном у одной из барных стоек на втором этаже нет ни души. Пожилой мужчина смахивает слезы и уходит от разговора о личном на расспросы о положении геев в России и размышления о способах решения проблемы с массовыми убийствами — «шутингами» — в США. Он и соседи за баром винят NRA — Национальную стрелковую ассоциацию, мощного лоббиста производителей и продавцов оружия. Винят и политиков, которые этому лоббизму подвержены. Президент Обама за свои 8 лет у власти 13 раз выступал с обращениями к нации после «шутингов», но не сумел добиться существенного ужесточения правил — Конгресс контролируют республиканцы, а они более консервативны, в том числе и по вопросу введения контроля за продажей оружия. Этот вопрос обсуждался и на дебатах кандидатов в президенты, но если демократы Сандерс и Клинтон спорили об истории своих голосований в поддержку контроля, то республиканцы лишь соревновались в пафосных заявлениях о том, кто из них сильнее поддерживает Вторую поправку к Конституции, которая гарантирует право владения огнестрелом.

Но стрельба в Орландо и мотивы Омара Матина не укладываются в рамки даже этой уже привычной дискуссии о продаже оружия — как и в декабре в калифорнийском Сан-Бернардино здесь с помощью легализованного в стране оружия совершен теракт. Матин — гражданин США во втором поколении. Оружие он приобрел легально за несколько дней до теракта — продавец провел трехдневную проверку, как положено по закону, прогнав его по всем базам данных, но никаких подозрений личность покупателя не вызвала. Известно, что он бил свою жену — если бы она заявила в полицию, это стало бы причиной для отказа в продаже Матину винтовки, но она сбежала от него и подала на развод, не привлекая полицию.

Фото Евгения Фельдмана специально для «Спектра»

Фото Евгения Фельдмана для «Спектра»

Совершенный им теракт стал крупнейшим, пережитым Штатами со времен 11 сентября, — и, по воспоминаниям его одноклассников, Матин тогда радовался виду падающих башен; его приехал забрать из школы отец, беженец из Афганистана, он дал сыну пощечину перед всей школой. Пару лет назад ФБР дважды открывало расследование против Матина из-за возможных связей с террористами, но они так ничем и не закончились.

Перед тем, как начать стрельбу, Матин позвонил в 911 и сообщил о своей верности «Исламскому государству» (террористической организации, запрещенной в России) — но нет никаких свидетельств участия ИГ в организации теракта, хоть она и взяла позже на себя ответственность за него. Самая невероятная подробность всплыла через день после расстрела — оказалось, что Матин был частым гостем в клубе Pulse и даже имел активный аккаунт в гей-приложении для знакомств, при этом при отце он постоянно вскипал при виде целующихся мужчин на улице. Родители запрещали ему употреблять алкоголь, и Матин иногда напивался в Pulse — но однажды схватился за нож, обидевшись на чью-то фразу об исламе. По данным источников в следственных органах, Матин подумывал напасть на Disney World, а не на гей-клуб.

Следствие только началось, и ему еще предстоит распутать этот клубок, но оба кандидата в президенты уже нашли свои рецепты борьбы — как водится, соответствующие линиям партий.

Хиллари Клинтон сфокусировалась на теракте как на очередном «шутинге», заявив о необходимости возобновления действия закона о запрете производства и продажи полуавтоматических винтовок с большими магазинами. Кроме того, она связала трагедию и с «разжигающей» антимусульманской риторикой — и при этом впервые произнесла фразу «радикальный ислам», за отказ от которой ее и Обаму немало критиковали республиканцы. Их кандидат — Дональд Трамп — отреагировал на «шутинг» как на теракт. Он отметил, что «теперь-то все согласны с моим призывом запретить мусульманам въезд в страну» и пошел еще дальше, обещав запретить иммиграцию из регионов, связанных с терроризмом. И повторил то, что сказал после терактов в Париже — если бы убитые имели оружие, они бы себя защитили.

Фото кроссовок в крови, которое на своей странице в соцсети опубликовал врач Джошуа Корса.

Фото кроссовок в крови, которое на своей странице в соцсети опубликовал врач Джошуа Корса.

… Пока политики пытаются привлечь избирателей, врач одной из больниц Орландо опубликовал пост с фотографией своих кроссовок: «Они залиты кровью раненых. Не знаю, каких — геев или гетеро, черных или латиноамериканцев, но — страдавших, кричавших и умиравших». Врач пообещал, что будет носить эту пару, пока последний пациент не покинет госпиталь — и всегда будет держать их на виду потом, чтобы не забывать этот день — когда «худшее, что есть в человечестве, подняло голову, и лучшее, что есть в человечестве, боролось в ответ».

На берегу озера в центре города в обнимку и молча стоят парень и девушка, они не смотрят по сторонам. На ее футболке от руки написано «Остановите ненависть», на его — «Мы обязаны победить».

Евгений Фельдман, корреспондент «Новой газеты», специально для «Спектра». Орландо — Палм бич.