Ошибка академика Глазьева. Николай Кульбака — о романтических взглядах на российскую экономику Спектр
Воскресенье, 14 июля 2024
Сайт «Спектра» доступен в России через VPN

Ошибка академика Глазьева. Николай Кульбака — о романтических взглядах на российскую экономику

Илья Репин, "Бурлаки на Волге". Фото Google Cultural Institute/Wikimedia Илья Репин, «Бурлаки на Волге». Фото Google Cultural Institute/Wikimedia

Не так часто сегодня мы имеем возможность услышать альтернативные взгляды на будущее российской экономики. Пусть и исходят они от человека, которого даже президент, похоже, решил к экономике близко не подпускать. За свою карьеру Сергей Юрьевич Глазьев прошёл долгий путь от министерских постов в правительстве реформаторов в 1992–1993 годах до академика РАН. При этом чем выше становился его научный статус, тем реже его привлекали к управленческим делам. В настоящее время никакой официальной должности он не имеет. Но несмотря на это каждое его публичное выступление становится событием — правда, иногда скандальным.

Одно из последних таких выступлений состоялось недавно — на телеканале «Царьград». Там академик Глазьев в очередной раз изложил свои взгляды, которые, к слову, разделяют многие в России. В том или ином виде они даже транслируются в высказываниях бизнесменов, политиков и чиновников. Поэтому очень интересно понять логику этих высказываний.

Сергей Глазьев. Скриншот эфира «ЦарьградTV» / VK.com

Итак, какие идеи провозглашает Сергей Юрьевич?

Чтобы повысить благосостояние населения, России нужен экономический рост. Чтобы его получить, необходимы инвестиции. А для этого требуется снизить процентные ставки, которые, по мнению уважаемого академика, Центробанк ошибочно держит высокими, пытаясь справиться с инфляцией. С инфляцией же, говорит Глазьев, бороться надо развитием экономики и ростом производительности труда. В то же время нужно сокращать импорт, чтобы внутренний спрос стимулировал внутреннее производство. Тогда новые технологии сократят потребность в рабочих руках, и безработица будет не страшна. Вот что Сергей Юрьевич сказал дословно: «Именно максимизация инвестиций автоматически даёт долгосрочную победу над инфляцией. А когда наши чиновники борются с инфляцией путём повышения процентной ставки, то тем самым они загоняют нашу экономику в порочный круг. Повышение процентной ставки сразу же бьёт по кредитам».

И ещё добавил: «Между тем технологическая деградация ведёт к потере конкурентоспособности. А это вызывает девальвацию рубля через три-четыре года после повышения процентной ставки…»

Ну, а после было сказано много красивых слов про людоедский выбор между инфляцией и безработицей. Здесь, правда, академик начал путаться в показаниях. Отрицательная зависимость между инфляцией и безработицей называется «кривой Филлипса», и Глазьев особенно подчеркнул, что эта зависимость отрицается даже в учебниках, поскольку выполняется только в краткосрочном периоде. И вообще безработица в 4% — это плохо и это всё на руку корпорациям.

Кстати, насчёт краткосрочного периода он действительно прав. Но если этой зависимости не существует, значит, и людоедского выбора тоже нет. Впрочем, не будем заниматься буквоедством. Но так ли всё очевидно в логических построениях Сергея Юрьевича? Неужели действительно в Центробанке сидят безграмотные люди? И если так, то куда смотрит президент (которого наш академик обвинять не рискнул)? Давайте попробуем проверить сказанное господином Глазьевым.

Безусловно, для развития России нужен экономический рост. Тут с титулованным учёным не поспоришь. И роль инвестиций никто не отрицает, так же как необходимость низких процентных ставок. Но дальше всё намного сложнее. Во-первых, в России действительно низкая безработица, и не 4%, как говорит академик, а уже 3%. Это явно низкий уровень.

Чтобы проверить это, давайте проведём мысленный эксперимент. Представьте, что в стране все работают по одному и тому же принципу: три года люди трудятся на одном месте, потом сами добровольно увольняются, чтобы найти что-то новое. Один месяц ищут работу получше, покачественнее, чтобы зарплата была повыше, а потом снова трудятся три года. Если обратиться к статистике, собираемой кадровыми компаниями, это довольно реальные цифры.

Получается, рабочий цикл человека состоит из 37 месяцев, из которых он 36 месяцев работает и месяц ищет работу. Если все в стране будут работать по такому графику, в каждый момент времени 1/37 всех работников будут находиться в поиске работы. Значит, уровень безработицы в нашем примере составит 2,7%. Но это идеальная картина, в которой найти на рынке свободные руки уже не получится. Их просто не будет. Как в игре «третий лишний»: два человека встали со своих стульев и пока ещё идут на новые места. Но скоро их займут. А потом сразу встанет другая пара. Поэтому если академик Глазьев хочет этот уровень дополнительно снизить, ему придётся прикреплять работников к стульям (предприятиям) и заставлять их работать не менее пяти-шести лет. Какое-то крепостное право получается.

Ну да бог с ним, с крепостным правом. Проблема в другом: допустим, Центробанк действительно забудет про инфляцию и снизит процентную ставку. Представим даже, что предприятия получат дешёвые кредиты, на которые начнут покупать оборудование. Где они его купят? По совету академика Глазьева мы перекрыли импорт и ждём, что отечественные предприятия увеличат выпуск оборудования. Значит, машиностроительные предприятия должны расширить цеха, в свою очередь закупить новое оборудование (опять же — где?), разработать конструкторскую документацию, нанять новых людей — и через три-четыре года (в лучшем случае) наши заказчики получат то, что раньше легко и быстро закупали по импорту.

Правда, увы, это обойдётся дороже. Ведь иностранные предприятия производят продукцию большим тиражом сразу для многих стран. Потому она и получается дешёвой. Но мы-то делаем только для себя — значит, и объёмы производства будут меньше, и затраты на единицу продукции выше. То есть через несколько лет наши предприятия смогут наконец получить оборудование и начать выпускать на нём продукцию для российского потребителя. Но будет эта продукция дороже, потому что кредит мы теперь получаем дешевле, однако отечественное оборудование обходится нам дороже импортного, а производительностью наверняка уступает, к тому же наверняка будет нуждаться в доработке.

Если кто-то не верит в описанную здесь схему, пусть вникнет в историю самолёта Sukhoi Superjet 100, который оказался не самым плохим, но его до сих пор приходится дорабатывать. Впрочем, это удел любой новой техники. Так что быстро и дешёво, как мечтает Сергей Юрьевич Глазьев, увы, не получится. Ни у одной страны мира ещё не вышло. Даже Китай, на который мы всё чаще оглядываемся, получил экономический рост за счёт привлечения иностранных инвестиций и, следовательно, технологий. И только после освоения импортных производственных линий китайские компании начали производить своё оборудование. Так что никакого волшебства нет. Все страны покупают друг у друга технологии и продукцию. Никто не пытается всё делать сам в своей стране — даже Советский Союз закупал технологии за границей.

Будем надеяться, что «наверху» понимают: красиво говорить про подъём экономики и реально управлять ею — не одно и то же. Так что едва ли Эльвира Набиуллина уступит место Сергею Глазьеву. Но если вдруг такое случится, бизнесу останется только кричать: «Спасайся кто может!»  

Эскиз «Люди смотрят на звезды». Из альбома К. Циолковского / Wikimedia