Преследование Ивана Сафронова и других журналистов должно быть прекращено
  • Среда, 2 декабря 2020
  • $75.85
  • €91.51
  • 47.07

Оруэлл позавидует. Госдума готова укоротить Рунету память

Фото: wikimedia.org Фото: wikimedia.org

Закон о «праве на забвение», во вторник, 16 июня, был принят Госдумой в первом чтении — его поддержали 423 депутат. «Пртив» проголосовал лишь один — эсэр Дмитрий Гудков, который считает, что законопроект направлен против тех людей, которые хотят знать, кто хороший врач или учитель, и кто хочет знать правду о коррупционных преступлениях. По словам депутатов, ко второму чтению текст законопроекта должен претерпеть серьезные изменения.

Законопроект декларируется как мера, позволяющая гражданам избавиться от преследующего их груза прошлого. Ссылка на любую статью содержащую даже истинные утверждение о событиях произошедших более чем три года назад, может быть заблокирована в поисковых системах.

У закона есть несколько особенностей. Его фигурантом становятся именно поисковые системы, которые сами не производят контент. При этом «право на забвение» будет регулировать доступность информации на сайтах публикующих статьи. В первую очередь это, конечно, новостные сайты и блоги. Сами они полностью исключаются из процесса регулирования доступа к информации, опубликованной на них. В законе отдельно оговаривается, что поисковые системы не имеют права раскрывать сведения об обращениях граждан с требованиями об исключении информации о них из поискового индекса, даже в том случае, если это обращение необоснованно.

Законы о «праве на забвение» не исключительно российское изобретение — аналогичное дело Агентства по защите данных Испании против Google рассматривалось в Испании с 2012-го по 2014-й год. Логика принятия таких законов проста: человек, совершивший проступок, должен нести за него ограниченную по времени ответственность. Суд, хотя и удовлетворил требования о защите частной жизни истца, отметил, что необходимо учитывать и интересы общества на доступ к важной информации.

Ограничения по времени действуют и в других областях права. Например, в России судимость даже по особо тяжким преступлениям считается погашенной через 8 лет после отбытия срока заключения и гражданин при его взаимодействии с государством считается несудимым (это имеет значение при получении справки о судимости или несудимости, а также при участии гражданина в новых делах — погашенная или снятая судимость не дает права квалифицировать гражданина как рецидивиста, что может существенно влиять на назначаемое наказание).

В испанском деле суду пришлось отметить, что важно не только право частного лица на защиту своей приватной жизни, но и право общества на удовлетворение широкого общественного интереса (что относится к публичным персонам, таким как звезды шоу-бизнеса и, разумеется, политикам).

Комментаторы закона со стороны Госдумы про общественный интерес задумываются меньше. Вадим Деньгин (ЛДПР), прямо заявил РБК, что «Это добрая, хорошая инициатива». Депутат Леонид Левин, не указан в качестве инициатора проекта, но поддержал закон. В качестве довода за его принятие тому же РБК он озвучил борьбу с «киберунижениями» в среде подростков.

Логика появления именно такого законопроекта в текущий момент неясна. В российском интернете есть другие насущные для граждан проблемы, прямо влияющие даже не на их репутацию и репутацию окружающих людей, а непосредственно на их кошелек. Например, распространение мошеннических сервисов, выманивающих у граждан деньги под предлогом оплаты просмотра фильмов и иных подобных схем, распространяющихся сейчас практически бесконтрольно.

Замечу, что тексты о самом Леониде Левине и о том, что он может быть лишен статуса депутата (якобы по причине совмещения им поста депутата Госдумы и владения бизнесом группы компаний «Тайный советник»), исчезают из Сети и без существования закона «о праве на забвение». Я смог найти следы двух таких текстов, оба они относятся к 2012-му году.


Screenshot
http://www.lentacom.ru/news/20 631.html — недоступно


Screenshothttp://mosmonitor.ru/news/polytic_news/levin-business.html — недоступно


Сами поисковые системы крайне отрицательно отнеслись к закону вообще и его текущим формулировкам в частности. Компания «Яндекс» в своем отзыве на законопроект отметила сильный перекос в сторону частных интересов и практически полное игнорирование интересов общества.

Технически закон также не проработан. Например, в нем говорится о том, что заявитель имеет право в заявлении на запрет поиска документа, где он упоминается, указать лишь «информацию о заявителе, выдача ссылок на которую подлежит прекращению». При этом даже необязательно указывать веб-адреса, где размещена данная информация.

С точки зрения обращающегося это логичное требование. «Я, Иван Иванович Иванов, требую, чтобы страницы с текстом „Иван Иванович Иванов — дурак“ не показывались в выдаче». Однако по мнению любого человека занимающегося поиском Иван Иванович Иванов действительно дурак, поскольку простые поисковые запросы (и ответы выдаваемые поисковой системой на них), которые Ивану кажутся направленными исключительно против него, могут соответствовать другим Иванам Ивановичам Ивановым и требовать ручного анализа публикуемых текстов и определения их достоверности. Такой ручной разбор поисковые системы, конечно же, вводить не хотят — это приведет к появлению их ответственности за действия модераторов.

Средства массовой информации, поскольку их напрямую не упомянули в данном законопроекте, его практически не заметили. И напрасно.

Больнее всего по СМИ ударит право о запрете на поиск любой информации старше трех лет. На практике это означает, что каждый гражданин сможет формировать в поисковых системах свой собственный культ личности из исключительно позитивных упоминаний.

Буквальная реализация закона может привести к тому, что у общества вообще не будет памяти на происходящие события (и трехлетнее ограничение окажется фиктивным). В статьях журналистов практически всегда есть обращение к предыдущим событиям — так называемый бэкграунд.

При прямом следовании положениям принимаемого закона, из поиска может исчезнуть статья о чиновнике Икс, где в качестве информации журналист упоминает о коррупционном скандале, в котором этот чиновник Икс был замешан 4 года назад. Ведь эти события произошли более чем три года назад и чиновник будет вправе потребовать удаления из поиска всей информации за истечением срока давности. То есть, другие журналисты, в будущем работающие над написанием статьи об Иксе даже могут не узнать о таком факте его биографии.

Возникает вопрос — удалят только новую статью или весь сайт? У многих СМИ трафик из поисковых систем составляет десятки процентов от числа всех читателей.

Информация о недостойном поведении, все сведения о расследованиях в отношении любого лица, даже занимающегося общественной деятельностью, могут удаляться из сети за ничтожный по историческим меркам срок. Представьте, что вы при написании статьи о Владимире Путине можете упоминать только те события, которые произошли с ним в течение последних трех лет. А при найме нового директора в крупную компанию не можете упомянуть о скандальном акционерном конфликте, в котором он участвовал пять лет назад.

Такие вещи не решаются быстро и без оглядки — стоит потратить еще несколько лет на обдумывание всех возможных проблем. Европейский суд над этим думал, именно этой задумчивости, а не плохому калькированию принятых решений, стоит поучиться и нам.