Преследование Ивана Сафронова и других журналистов должно быть прекращено
  • Среда, 12 августа 2020
  • $73.14
  • €86.08
  • 45.15

Оборотная сторона выборов

Фото: RIA Novosti/Scanpix Фото: RIA Novosti/Scanpix

Предвыборная кампания в Мосгордуму на самом деле была сотнями маленьких кампаний: все кандидаты вынуждены были идти от одномандатного округа — а значит, вести агитацию самостоятельно. Кандидат «Справедливой России» Сергей Росс с помощью лазера проецировал лозунги на здания, муниципальный депутат Максим Кац ездил на самокате по дворам и раздавал жителям свои визитки с личным мобильным, во дворах Арбата и Пресни можно было запросто встретить Леонида Ярмольника, ректор ВШЭ Ярослав Кузьминов открыл целый штаб, где собрал волонтеров, стремящихся улучшить жизнь города, депутат прошлого созыва от КПРФ Андрей Клычков собирал целые митинги, куда приходили провокаторы. Каждый ставил агиткубы и звал волонтеров, каждый хотел сам привнести на этих выборах немного драйва прошлогодней кампании Навального.

Веселое выборное лето кончилось, и закончилось оно победой партии власти и практически полным провалом независимых кандидатов. Явка избирателей составила всего 20%, так что большинство москвичей свою думу вообще не выбирали. В итоге в новом составе Мосгордумы 28 единороссов, 5 коммунистов (это больше чем на прошлых выборах), по одному члену ЛДПР и «Родины» и ни одного «эсера» или «яблочника». Зато есть 10 самовыдвиженцев. Но благодаря барьеру по сбору подписей почти всех независимых самовыдвиженцев удалось отсечь: эти десятеро — врачи, учителя, директора школ и т. д., какой-то яркой общественной деятельностью, способной привлечь электорат, они ранее известны не были и политических амбиций не выказывали. К тому же в их округах «Единая Россия» не выдвинула членов своей партии, будто бы специально оставив место для самовыдвиженцев — соперники от оппозиции окрестили таких кандидатов «оборотнями», заподозрив их в связях с партией власти.

Как выбирали

Антураж выборов в Москве мало изменился с 90-х: на сдвинутых партах россыпью лежат конфеты по 35 рублей килограмм, студенты колледжа, в котором расположен избирательный участок, пританцовывают за диджейским пультом. Советские песни играют на всю улицу. Раньше всех на участки являются пенсионеры — точнее, пенсионерки. Объясняют: «Мы исполнительные, привыкли всегда на выборы ходить», «Чтобы от народа не отрываться», «Это же гражданский долг!» Только одна пожилая женщина признается полушепотом: «Да я не хотела идти, на работе заставили». Гражданский долг выполняют по дороге за продуктами, надев очки, читают список кандидатов: «А этот — от какой партии? Ни от какой? Да как же это, каждый должен быть от партии!» Одна старушка и вовсе говорит, что выбранный ею кандидат — от «Партии регионов», видимо, многомесячная телевизионная политинформация совсем уже все смешала в головах.

Молодые люди появляются на участках ближе к обеду. На участке в Басманном районе девушка тычет пальцем в портрет «яблочника» и «узника 6 мая» Николая Кавказского, под портретом — сведения о доходах и имуществе: «Дохода у него ноль, а квартира есть. Как же он за квартиру платит? Лучше бы подзаработал, а не на выборы шел». Студент, представившийся Андреем, долго изучает список кандидатов — он здесь широкий и разнообразный. «Главное — чтоб не за Единую Россию, — размышляет он вслух. Интересно, что официального единоросса в списке нет вообще — «Единой Россией» в округе, по словам главы его же избирательного штаба, был поддержан Ярослав Кузьминов.

Ректор «Высшей школы экономики», пусть и в союзе с правящей партией, пользуется кредитом доверия, но только не у моего собеседника: «Слишком много его рекламы везде висит». За «Яблоко» Андрей тоже голос не отдаст: «Явлинский в 90-х был вместе с Путиным, а потом поменял взгляды». Путем «от противного» вскоре остается одна Барбара Бабич, рыжеволосая домохозяйка без внятной программы, всю гонку эпатировавшая общественность. В биографии у нее лишь несколько строк, зато и избирателям не к чему придраться.

«Вот это я и наблюдаю весь день: злые люди, которые и Собянина, и Навального не любят», — говорит член комиссии Павел. УИК здесь протестный, и Павел ему под стать: он с 2005 года состоит в «Солидарности», а в «Гражданин наблюдатель» пришел еще осенью 2011-го, когда широкого движения наблюдателей не было — и никто не ждал, что начнется. «Нас, независимых членов комиссии с правом решающего голоса, на думских выборах по всей Москве было 6 человек. Тогда было реально страшно. Сейчас таких в 10 раз больше». Павел прав: многие не находят кандидата для себя. Молодые родители (женщина одной рукой берет бюллетень, другой держит ребенка) ищут и не находят в бюллетене Марию Гайдар, — она выдвигалась от Арбата, но ее подписи забраковал МГИК, и даже суды не дали результата. Папа Кирилл голосовал за Навального в прошлом году, мама Катя обычно отдает голос за действующую власть. Дома, говорят, здорово спорят — но вот Гайдар понравилась им обоим.

Есть и другой тип избирателей: идейные. Их мало в масштабах Москвы, но в день выборов именно они концентрируются на участках. Мама приводит голосовать двух взрослых дочерей. Кампания прошла мимо них — ни встреч, ни листовок им не досталось, но они полезли в интернет изучать кандидатов и выбирать. Правда, мать скрывает от журналиста, что голосует за оппозиционное «Яблоко», и признается в своих симпатиях только самому кандидату: Николай Кавказский лично является на участок проверить, нет ли нарушений, и семья подходит пожелать ему удачи.

Седоволосая художница Анна с юным лицом и маленькой дочкой, кажется, и есть ядро протестного электората. Она голосует на Пресне, поднимая дочь на руки, чтобы та засунула бюллетень в КОИБ — к восторгу девочки, урна отвечает человеческим голосом: «Здравствуйте!». Анна ходила наблюдателем на выборы во время самых неприкрытых и наглых фальсификаций, 4 декабря 2011-го — поэтому в честность выборов не слишком верит. Да и Ярмольнику, фавориту округа, не доверяет: «Скользкий он какой-то», хоть и не единоросс. Голосует за «Яблоко»: «Мой кредит доверия они давно исчерпали, но это способ проголосовать против «Единой России».

«О, этот хипстер за тебя пришел голосовать, точно говорю, — глава штаба Максима Каца Ирина Правниченко смотрит видеотрансляцию с участка в родном для кандидата Щукино. — Я на улице с листовками много времени провела, знаю типаж». Штаб Каца деловито шумит, на доске — схема УИКов: наблюдателями закрыты почти все, а в 80-ти из 94-х — независимые члены УИК, тут их называют «силы добра». Так что жалоб на ход голосования у штаба немного, только вот часть заявлений на домашнее голосование раньше положенных 10 дней: так бывает, когда надомное голосование организуют «сверху». К концу голосования Кац по собственным экзит-полам лидирует. По мере подсчета голосов процент сползает вниз, и наконец, единственный «всамделишный» самовыдвиженец этих выборов оказывается аж на третьем месте.

Кого выбрали

«Единая Россия» выставляла своих кандидатов по 32 округам из 45-ти, а там, где партия не была представлена своими членами, сразу возникли подозрения о связи с ней самовыдвиженцев. Соперники от оппозиции даже окрестили их «кандидатами-оборотнями». Впрочем, эту поддержку кандидаты не афишировали и логотипов ЕР на своих плакатах не рисовали. Но, при этом и четких доказательств их связи с партией власти тоже нет. В итоговом составе Думы — 10 таких самовыдвиженцев: директор спортивного-образовательного центра «Самбо-70» Ренат Лайшев, замглавврача Ирина Картавцева, «Учитель года» Антон Молев… Пожалуй, самый яркий — ректор ВШЭ Ярослав Кузьминов.

«В думу идут профессионалы», — радовался глава строительной компании «Пионер» Олег Сорока во время кампании: он тоже был самовыдвиженцем и собирал подписи, но затем его выдвинула «ЕР» — и он тоже вошел в новую думу. Других самовыдвиженцев на выборах практически не было — сбор подписей перед регистрацией оказался непроходимым барьером для Николая Ляскина, Ильи Яшина, Марии Гайдар, Любови Соболь, Ольги Романовой и многих других «новых» оппозиционеров — подписи собрал только Максим Кац. Часть из них просили выдвижения у «Яблока», чтобы не собирать подписи, но партия выдвинула единицы, везде отдавая предпочтение своим партийцам, пусть даже более слабым. В итоге в гордуме не будет ни одного депутата от «Яблока», хотя в пяти округах они были близки к победе: Андрей Бабушкин и Елена Русакова проиграли по нескольку процентов коммунистам в округах без кандидатов от ЕР, а молодой партиец Кирилл Гончаров набрал 23 процента голосов при 35% у конкурентки из «Единой России».

Из «настоящих» оппозиционеров в думу прорвался Андрей Клычков, неожиданно победив тяжеловеса от «Единой России» — префекта ЮВАО Зотова: одного из сильнейших кандидатов от ЕР выставили, явно пытаясь не пустить въедливого депутата обратно в МГД. КПРФ, единственная из оппозиционных партий, показала хороший результат: в МГД прошло 5 коммунистов (вместо трех в прошлой думе). Правда, никому из них, кроме Клычкова, сражаться с единороссами в округе не пришлось. «Не бывает таких вершин, которые бы не брали коммунисты, — говорит невыспавшийся, но довольный Андрей Клычков, главный триумфатор этих выборов, чьей победы против префекта Зотова никто не ожидал. — А если серьезно, то я убежден: залог победы — каждодневный тесный контакт с избирателями. Мы ходили по дворам, мы встречались с людьми. Админресурс тоже имеет свои границы, и мы эти границы преодолели. Моя команда сделала большое дело, очень им благодарен».

«Мажоритарные выборы были устроены, чтобы уменьшить возможности оппозиции пройти в думу, но у нас прошло пятеро коммунистов — это явный рост. Только что все аналитики давали нам два места в думе, и „СР“ и „Яблоку“ прочили по мандату. Оказалось другое. Кроме того, депутаты от КПРФ еще ни разу не проходили в МГД по одномандатным округам — всегда только списочники. Хотелось бы, конечно, чтобы исполнилась моя мечта — чтобы в МГД оказалось 42 коммуниста и три единоросса, но — не в этот раз», — поделился со «Спектром» своими чаяниями Клычков.

А вот «Справедливая Россия» потерпела поражение. Юрист и глава фонда «Я — горожанин» Сергей Росс с самой инновационной кампанией в Москве оказался на втором месте. Не стал депутатом и Леонид Ярмольник, выдвигавшийся от «Гражданской платформы» Прохорова, хотя на конец августа по опросам ВЦИОМ он опережал конкурентов вдвое: проиграл Вере Шастиной из ЕР. Оппоненты подозревали его в сговоре с властью и админресурсе, но теперь можно быть уверенным, что админресурса у артиста не было. То же можно сказать о самовыдвиженце Максиме Каце, которого даже некоторые товарищи по либеральному флангу оппозиции называют «мурзилкой», то есть «засланным казачком», у которого проход в думу «согласован». На предложение яблочному кандидату сняться в его пользу и вместе победить по округу Митрохин ответил статьей «Охолуение». Навальный вообще призывал игнорировать эти выборы, где до голосования не дошло множество независимых кандидатов.

«Мы до последнего пытались устроить союзы — „Яблоко“, Навальный, ФБК — но ничего не получилось, потенциальные союзники никак не помогли, — говорит Максим Кац. — Полноценное объединение принесло бы десяток мандатов в Думу, а так не будет ни одного. Если в ответственный момент вести себя вот так, никогда ничего не получится. Создается ощущение, что нашему, либерально-демократическому, флангу в обозримом будущем не одержать никаких побед, и насколько стоит тратить на эту борьбу силы, я не знаю».