Сестра моя — стагфляция. Николай Кульбака — о том, чем грозит России низкий уровень безработицы Спектр
Понедельник, 24 июня 2024
Сайт «Спектра» доступен в России через VPN

Сестра моя — стагфляция. Николай Кульбака — о том, чем грозит России низкий уровень безработицы

Иллюстрация Екатерина Трушина/Spektr.Press Иллюстрация Екатерина Трушина/Spektr. Press

Недавно «Интерфакс» процитировал любопытное высказывание главы Минэкономразвития РФ Максима Решетникова, посвящённое безработице в России:

«Сложно спорить с тем, что человеческий капитал, человеческий ресурс стал самым дефицитным ресурсом в экономике. Не инвестиции, не финансы и даже не технологии, с которыми сложно. Основная проблема — это человеческий ресурс. Это выражается и в крайне низком уровне безработицы: 3% — всё-таки для нас это аномально».

Казалось бы, перед страной открываются невиданные прежде высоты. Ведь безработица, одна из главных проблем макроэкономики, отступает. Почему же чиновники и экономисты этому не рады? Для ответа на этот вопрос надо разобраться в том, как образуется безработица и от чего она зависит. Прежде всего уточним, что безработные — это люди, которые могут работать и прямо сейчас ищут работу. То есть студенты, домохозяйки и пенсионеры безработными не являются. На первый взгляд, чем меньше в стране безработных, тем лучше. Но сократить безработицу до нуля в принципе невозможно.

Представим себе страну, в которой всегда есть рабочие места, а её жители стремятся работать там, где им выгодно с точки зрения опыта и квалификации. Предположим, что среднестатистический работник трудится на одном месте три года, поднимает квалификацию, потом увольняется и в течение двух месяцев ищет себе новое место, соответствующее его выросшим профессиональным качествам, где платят более высокую зарплату. Это означает, что из каждых 38 месяцев он два месяца ищет работу, а 36 — работает. Прекрасная схема с точки зрения почти любого человека. (В реальности 40% россиян трудятся менее одного года, а ещё треть — менее трех лет). Однако если теперь мы предположим, что по такой идеальной схеме в стране трудятся все, то получится, что без работы в каждый момент времени будет оставаться 2/38, то есть более 5% всех работников. 

Таким образом, даже при самой идеальной экономике кто-то постоянно будет безработным. И это нормально. Люди переезжают с места на место, повышают квалификацию, ищут работу, которая им больше подходит. Если же этого не делать, то экономика будет намного менее эффективной. Фирмы тоже порой закрываются. Иногда ликвидируются целые отрасли — буквально у нас на глазах ушло в историю производство пишущих машинок, компакт-дисков и фотобумаги. Примеров не сосчитать. Но если фирма перестала производить продукцию, то и её сотрудники вынуждены искать новые места работы. И хотя для сотрудников это печально, в целом для экономики это хорошо, поскольку человеческие ресурсы теперь пойдут туда, где они больше нужны. Но пока уволенные работники будут искать эти новые места, они будут числиться безработными.

Итак, безработица — вещь необходимая для экономического роста, даже неизбежная. Но только при условии, что она не слишком высока. Экономисты называют это «естественным уровнем безработицы». Если в экономике фиксируется именно такой уровень, значит, ресурсы государства используются хорошо и правильно.

Но что будет, если безработица падает ниже естественного уровня? Это значит, что в стране не хватает рабочих рук. Рабочим поднимают зарплату, чтобы они не уволились, фирмы не могут расширять производство, поскольку работать будет некому. Затраты бизнеса растут, цены тоже увеличиваются. Обычно такая ситуация возникает во время экономического подъёма и предваряется высоким экономическим ростом. Например, в США сейчас тоже довольно низкий уровень безработицы, всего 3,5%. Но связано это с тем, что американская экономика очень энергично выходила из ковидного кризиса. Скорее всего, в ближайшие годы в США безработица несколько вырастет. К тому же население Соединённых Штатов растет, и этот рост будет продолжаться по крайней мере до конца нынешнего столетия. Так что и рабочая сила в Америке точно будет расти.

В России всё немного не так. Последние два десятилетия рост населения происходил лишь в короткий промежуток с 2010 по 2017 год. Пик численности россиян был достигнут в 1993 году, и теперь с каждым годом в стране будет всё меньше и меньше людей. По данным ООН, к концу этого столетия Россия, скорее всего, потеряет примерно треть от нынешнего населения. В результате безработица в России резко снижается на протяжении последних нескольких лет.

В последний год проблемы усугубились сразу в нескольких направлениях. «Спецоперация» привела к значительной релокации за пределы России, мобилизация лишила экономику нескольких сотен тысяч рабочих рук, а падение курса рубля сделало невыгодным работу мигрантов из Средней Азии.

В результате в стране возрастает риск стагфляции — ситуации, когда экономика не развивается, а цены растут (стагнация плюс инфляция). Это проблема, которая может разрушить любые надежды на экономический рост в России, поскольку ни бюджетной политикой, ни управлением денежной массой стагфляцию не победить. Если при стагфляции бороться с инфляцией, будет падать экономика, а если пытаться поднимать экономику, инфляция взлетит до небес. Решать эту проблему придется изменением экономической политики, свободой предпринимательства и сокращением государственного регулирования. Рано или поздно это придется сделать. И чем дольше сохраняются существующие тенденции, тем сложнее будет выход из кризиса.

Иллюстрация Екатерина Трушина/Spektr. Press