• Пятница, 23 июля 2021
  • $73.66
  • €86.61
  • 73.50
Сафронову продлили арест до 7 марта
Иван Сафронов. Фото Alexander Zemlianichenko / TASS / Scanpix / Leta Иван Сафронов. Фото Alexander Zemlianichenko / TASS / Scanpix / Leta

Лефортовский суд Москвы продлил арест советнику главы «Роскосмоса», бывшему специальному корреспонденту «Коммерсанта» и «Ведомостей» Ивану Сафронову, сообщает «Коммерсант». Арест по ходатайству следствия продлен до 7 марта.

Судебное заседание было закрытым режиме, прессу в здание суда не пускали - было объявлено, что из представителей СМИ «не аккредитован никто». На оглашение решения позднее допустили девушку Сафронова Ксению Миронову и его сестру Ирину .

Личные поручительства за Ивана Сафронова подписали 388 человек. Среди них главный редактор «Коммерсанта» Владимир Желонкин, главный редактор «Ведомостей» Андрей Шмаров, главный редактор «Медузы» (власти РФ внесли эту организацию в реестр иностранных СМИ, выполняющих функции иностранного агента) Иван Колпаков, главный редактор «Новой газеты» Дмитрий Муратов, а также актриса и соучредитель благотворительного фонда «Подари жизнь» Чулпан Хаматова, учредитель благотворительного фонда помощи хосписам «Вера» Нюта Федермессер, председатель Совета депутатов московского муниципального округа Красносельский Илья Яшин.

Ивана Сафронова арестовали 7 июля, ему предъявили обвинение в госизмене по статье 275 УК РФ. Ему грозит от 12 до 20 лет лишения свободы, своей вины он не признает.

Адвокат ранее сообщал, что сам Сафронов лишен возможности подробно комментировать суть дела из-за составления акта, аналогичного подписке о неразглашении. Он также рассказал, что Сафронова обязали предоставить следователям ФСБ образцы своего голоса для проведения фоноскопической экспертизы.

«Следователь как бы невзначай сказал, что он видит лучшим выходом досудебное соглашение. Условием было бы выдать имена журналистских источников, с которыми работал Иван», — рассказывал Павлов.

«Выполнял задания НАТО». Главное о задержании советника главы «Роскосмоса» и экс-журналиста «Коммерсанта» и «Ведомостей», заподозренного в госизмене

Ранее издание «Проект» (власти РФ внесли эту организацию в реестр иностранных СМИ, выполняющих функции иностранного агента) предполагало, что обвинение Сафронова в связях с чешской спецслужбой может строиться на его дружбе с Мартином Ларишем — бывшим корреспондентом газеты Lidové noviny и экспертом по постсоветским и балканским странам. Сам Лариш подтверждал факт знакомства с Сафроновым, но опровергал, что работает на чешскую спецслужбу.

В «Роскосмосе» также заявляли, что задержание Сафронова не связано с его работой в госкорпорации. «Не сомневался в его высоком профессионализме и личной порядочности», — заявил после задержания своего советника Дмитрий Рогозин, отметив, что Сафронов не обладал доступом к гостайне. До того, как перейти в «Роскосмос», Сафронов работал в газетах «Ведомости» и «Коммерсант», где занимался военной и космической тематиками. Пресс-секретарь президента Дмитрий Песков выражал уверенность, что его задержание не связано с журналистской деятельностью.

2 сентября Лефортовский суд Москвы продлил Сафронову срок пребывания под стражей до 7 декабря. В октябре стало известно, что следователь Следственного управления ФСБ отказал Сафронову в телефонном разговоре с матерью в день ее рождения. По мнению следствия, обвиняемый мог использовать его для «выполнения разведывательных заданий иностранной спецслужбы».

Скан постановления о рассмотрении ходатайства Сафронова опубликовал в Facebook адвокат Иван Павлов. Согласно документу, обвиняемый готов был дать обязательство не обсуждать с матерью деталей уголовного дела, по которому он проходит.

Инициативная группа поддержки Ивана Сафронова также запустила флешмоб в соцсетях с предложением публиковать посты про какие-либо особенные разговоры со своими матерями, сопроводив их хештегами #звонокмаме #свободусафронову.

Однокурсник экс-журналиста Ивана Сафронова Никита Гирин на пикете в поддержку задержанного друга. Скриншот видео «Медузы».

Однокурсник экс-журналиста Ивана Сафронова Никита Гирин на пикете в поддержку задержанного друга. Скриншот видео «Медузы».

В поддержку Ивана Сафронова, который считается одним из лучших в России журналистов по военной тематике, выступили многие СМИ. Корреспонденты, редакторы изданий и общественные деятели выступали со специальными заявлениями по этому поводу и выходили на одиночные пикеты в Москве и в других регионах России. Коллеги Сафронова требуют публичного и справедливого следствия, а также — отпустить журналиста, который сейчас находится в СИЗО «Лефортово», на свободу. Многие согласны с мнением самого Сафронова, что уголовное преследование может быть связано с его журналистской деятельностью.

Одна из первых обсуждавшихся версий — связь уголовного дела с заметкой Ивана Сафронова, которая в марте 2019 года была опубликована в «Коммерсанте», о поставке истребителей Су-35 в Египет. После ее публикации госсекретарь США Майк Помпео угрожал Египту санкциями в случае покупки российских самолетов. Впоследствии заметка была удалена с сайта газеты, сейчас она доступна в базе заархивированных веб-страниц archive.org.

Главный редактор «Новой газеты» Дмитрий Муратов сказал в эфире «Эха Москвы», что не собирается обсуждать шпионаж, пока не будут представлены доказательства. По мнению Муратова, один из вариантов, почему Сафронов мог заинтересовать военную контразведку, — уголовное дело против замначальника Генштаба Халила Арсланова, который был арестован в феврале 2020 года по подозрению в мошенничестве при госзакупках.

Иван Сафронов в зале суда 7 июля 2020. Фото Valery Sharifulin/TASS/Scanpix/Leta

Иван Сафронов в зале суда 7 июля 2020. Фото Valery Sharifulin/TASS/Scanpix/Leta

По мнению бывшего главы военной разведки Чехии Андора Шандора, дело Сафронова — шаг к ухудшению отношений между Россией и Чехией. «Я думаю, что это является продолжением истории с рицином. Россия решила, что это правильное развитие», — сказал он в интервью BBC.

Другую версию высказывала редактор The New Times Евгения Альбац, которая предположила, что Иван Сафронов мог обнародовать в своих публикациях информацию, «которую ФСБ по тем или иным причинам не хотела делать известной».