• Пятница, 3 июля 2020
  • $71.17
  • €79.95
  • 42.50

Наемников из ДНР вводят в Шиес. Почему темнокожий боевик — гражданин Латвии получил поддержку от депутата Госдумы и завлита МХАТа

Айо Бенес на Донбассе. Фото vk.com/ajjobeness Айо Бенес на Донбассе. Фото vk.com/ajjobeness

11 февраля в поселке Урдома Ленского района Архангельской области по запросу Интерпола полиция задержала гражданина Латвии (правда, в Россию он прибыл, предъявив паспорт «ДНР») Бенеса Айо. Через двое суток, когда сроки задержания истекали, в прокуратуру Ленского района пришло ходатайство из Генеральной прокуратуры. В нем заключалось требование взять Айо под стражу — то есть просить в суде его ареста. Однако уже через несколько часов г-н Айо был выпущен из кутузки без всяких обязательств.

«Спектр» публикует материал «Новой Газеты» полностью.

Из постановления прокурора (грамматика оригинала):

«Айо Бенес (Бенесс) Христофорович, гражданин Латвийской Республики, обвиняется в участии в вооруженном конфликте в восточной Украине, в Луганской области (ст. 77.1 Уголовного закона Латвии); в совершении публичного призыва к насильственному свержению государственной власти Латвийской Республики (ст. 81 Уголовного закона Латвии); в совершении публичного призыва к ликвидации государственной независимости Латвийской Республики (ч. 1 ст. 82 Уголовного закона Латвии); в совершении публичного призыва к подрыву территориальной целостности Латвийской Республики (ч. 1 ст. 83 Уголовного закона Латвии)».

Итак, ранее судимый (в 2005 году в Латвии осужден за призывы к свержению государственной власти, всего, по собственному признанию, привлекался к уголовной ответственности 8 раз) Бенес обвиняется по четырем уголовным статьям и находится в международном розыске по запросу Латвии, гражданином которой он и является. Урдомская полиция задерживает его, а прокурор получает санкцию на арест — с самого верха, из Генпрокуратуры. И тут начинается булгаковская чертовщина.

Суда, на котором прокурор должен ходатайствовать о заключении Айо под стражу, не происходит вовсе. Вместо этого Бенес выходит на свободу и беспрепятственно отправляется, по его словам, в Москву.

Предшествовало этому два, казалось бы, малозначительных события. Прокурору Архангельской области Наседкину и только что назначенному главе регионального УМВД Прядко приходит письмо на бланке Госдумы за подписью младокоммуниста и телеведущего Шаргунова. Шаргунов просит Наседкина и Прядко «оказать Б. Айо содействие в легализации на территории Российской Федерации». Да-да, депутат законодательного органа просит «легализации» заочно арестованного в Латвии субъекта от органов правоохранительных, включая прокуратуру, которая вроде бы надзирает за исполнением законов, в том числе международных. И эта просьба, как можно предположить, оказывается для областного прокурора весомее распоряжения ГП.

«Мы уверенно продвигаемся к миру». Из-за тяжелых боев в Луганской области Киев отложил создание «Национальной платформы примирения и единства»

Второе событие и вовсе из области фарса: называющий себя комиссаром, замполитом и комбатом, недавно хваставшийся количеством совершенных на Донбассе убийств писатель и завлит МХАТа им. Горького Прилепин в фейсбуке разражается филиппикой по поводу задуманной архангельскими властями (!) выдачи Айо в Украину (!). Гневные восклицания человека и замполита расходятся по ура-патриотическим ресурсам. И вот уже сбросивший оковы «черный Ленин», как товарищи величают сына угандийца Бенеса, выносит благодарность своему «бывшему комбату по 4-ОРШБ Сергею Фомченкову» и «бывшему замполиту Захару Прилепину».

Фомченкова многие помнят как бывшего лимоновца, в нацболах (ныне запрещенная в России организация) начинал и Прилепин, таковым числит себя и гражданин Латвии Айо. Отправка «Другой Россией» (ребрендинг запрещенной НБП) так называемых добровольцев на Донбасс стала вариантом легализации некогда непримиримых врагов режима. Раньше лимоновцы пополняли ряды политзэков, теперь — «ветеранов Донбасса». Лимонку в белом круге сменила полосатая ленточка, а образ мученичества — зарплата «ополченца» (г-н Прилепин лично заявлял мне, что у него «в батальоне лежит трудовая книжка»).

Известно, впрочем, что на Донбассе лимоновцев жаловали недолго: в разборках между полевыми командирами Фомченков даже был задержан, «батальон Прилепина» переводили под юрисдикцию местного МВД, в итоге писатель со товарищи воротился на родину и занялся партийным строительством.

Айо Бенес на Донбассе. Фото из социальной сети ВК

Айо Бенес на Донбассе. Фото из социальной сети ВК

Бенес на родину не хочет. В отличие от России, Латвия вовсе не так лояльна к подвигам сепаратистов и считает их не ополченцами, а наемниками.

А за это (кстати, и в российском УК тоже) предусмотрен тюремный срок. Латвия не раз заявляла, что спецслужбы знают в лицо каждого, кто «хату покинул, пошел воевать», однако пока о серьезном наказании бывших «интернационалистов» речь не идет. Самый известный процесс над жителем Даугавпилса Артемом Скрипником, который признался в сотне убийств и хвастался, что служил в «ДНР» снайпером, закончился оправданием: защита доказала, что Скрипник в связи с ранением закончил службу до вступления в силу соответствующей статьи.

Однако Бенес Айо в Луганске и Донецке задержался намного дольше и был — в том числе в силу внешности и биографии — любимым героем местных журналистов. Полтора года назад афролуганец давал интервью и «Новой газете»: нашему коллеге Павлу Каныгину он обещал революцию в России в случае отказа от присоединения Восточной Украины.

Что делать с фанатиками, которые более не нужны царькам непризнанных республик и которым некуда, кроме России, ехать? Монстр Франкенштейна рано или поздно начнет преследовать своего создателя. Активность «ветеранов» нужно канализировать. Направить ее в очаги гражданского протеста — решение дьявольски остроумное. И Бенес Айо появляется в Шиесе.

Путь из Донецка в Архангельскую область — неблизкий. Айо сообщает, что приехал в Россию 6 февраля, «чтобы рассказать российским общественным организациям и депутатам Госдумы о резком обострении на линии фронта в «ЛДНР», увеличении количества обстрелов со стороны бандеровских карателей и лично попросить Владимира Путина признать независимость «ЛДНР».

«Догнать и перегнать». Как самопровозглашенные республики Донбасса пытаются преодолеть экономический и социальный коллапс

Впрочем, к Путину Бенес отчего-то не поехал, а вместо этого из Москвы взял билет до Мадмаса (Республика Коми) и уже 7 февраля объявился в Шиесе. На вопрос «Новой» он ответил, что о протесте в Архангельской области узнал «от товарища из „Другой России“ Валерия Шептухина и потом из интернета». Северодвинец Валерий Шептухин действительно принимает участие в акциях протеста против строительства свалки, на его странице в соцсети имеются также и стихи такого содержания: «И пускай беснуется враг, Пусть лютуют его ОМОНы, Но взовьется наш красный флаг Над Москвою и Вашингтоном».

По словам Бенеса, он собирался в Шиес еще в 2018 году, но доехал только сейчас, якобы взяв двухнедельный отпуск «в армии». По версии Айо, на Шиес из окопов его призвала идея — и экоактивисты, солидарные с его взглядами. Правда, в разговоре с «Новой» участники протеста так и не смогли вспомнить, кто же позвал Бенеса в лагерь, и настаивали, что явился он сам, так сказать, добровольцем. Впрочем, многим понравился.

Бенес сначала говорит, что на Шиесе решил провести отпуск, затем утверждает, что приехал туда «как представитель Компартии «ДНР», «Другой России» и СКП КПСС, а во-вторых, как представитель народа «ЛДНР». В этом качестве он якобы «выступал с политическими речами» о «буржуях» и «бандеровских карателях».

Честно сказать, полевение Шиеса было заметно еще летом, когда кое-где в палатках можно было увидеть портрет Сталина. Но в основном левый протест там был цивилизованным и исходил из Коми, где, по выражению местных журналистов, работает «КПРФ здорового человека».

Ультралевых, как и ультраправых на Шиесе быстро нейтрализовали: туда приезжали работать, а не упражняться в риторике.

Горизонтальный протест не дали возглавить никакой политической силе — в этом и заключалась его жизнестойкость.

Первые попытки скомпрометировать движение, начались осенью, когда на Шиес пытались прорваться крайние националисты. От них исходили предложения нападать на полицию — работа технологов была очевидна и не очень изящна. «Нациков» не пустили. Теперь им на смену, возможно, пытаются прорваться другие «профессиональные революционеры». «Левый поворот» на Шиесе оттолкнет либералов (они недавно провели на станции гражданский форум) и также чреват силовыми провокациями. Чистый протест за чистоту природы попытаются в глазах общества превратить в приют уголовников, террористов и сепаратистов. Архангельским пиарщикам только того и надо, ведь объявить защитников Шиеса шизофрениками, алкоголиками и свингерами у них не получилось.

Бенес в переписке с «Новой» уверенно вещает, что большая часть активистов в лагере — леваки. А еще говорит, что его визит — первая ласточка, и он планирует скоро вернуться в лагерь месяца на два. Интересно, один или с другими «отпускниками-добровольцами»? Айо не сомневается, что его заявление об убежище будет удовлетворено — и обратно на Донбасс он прибудет уже с российским паспортом.

«Русский Север — не свалка». Как жители Архангельской области заставили власти приостановить строительство мусорного полигона

Не думаю, что эта убежденность строится лишь на представлениях о «классовой близости» Бенеса тем, от кого зависит решение о его «легализации». Скорее, есть некие гарантии, выданные не ему одному.

Косвенным доказательством этого является не только его молниеносное освобождение вопреки воле Генпрокуратуры и нормам права, но и исключительная лояльность, проявленная к Айо яренской полицией.

В ИВС ему выдали книгу с критикой Чубайса, приносили, помимо тюремного «меню», чебуреки и беляши и даже «несколько раз в день давали сваренный специально для меня горячий кипяток, так как я не пью чай с сахаром». По словам Бенеса, после освобождения полицейский сам отвез его в гостиницу, а на следующий день доставил на вокзал — ехать в Москву.

Ни к кому из административно задержанных на Шиесе сограждан полиция не проявляла такой лояльности, как к иностранному подданному, разыскиваемому за тяжкие преступления.

Помню, как журналисты ночь напролет обзванивали архангельскую полицию, требуя прекратить пытки Андрея Христофорова. Будучи инвалидом II группы, после незаконного задержания без составления протокола, он выдержал 9-часовой этап, после которого ему отказались дать даже воды, когда диабетик сказал, что чай с сахаром ему нельзя. Кстати, в яренском ИВС он тоже бывал. Провел 6 часов в ожидании этапа в Котлас. Не дали ни воды, ни еды, ни помыться. В туалет выпустили только после того, как Андрей пригрозил справить нужду прямо в камере.

Ирония судьбы: подвергшийся преследованиям за Шиес пацифист Христофоров сейчас просит убежища в Украине. Воевавший против Украины боевик Бенес Айо явился в Шиес и просит убежища в России. Любопытно, кто из них скорее добьется успеха.