• Воскресенье, 20 октября 2019
  • $63.76
  • €71.20
  • 59.30

Хозяева своего слова. Почему в России нельзя верить публичным заявлениям президента и других высших должностных лиц

Владимир Путин (слева) и Дмитрий Песков. Фото: Mikhail Metzel / TASS / Scanpix / Leta Владимир Путин (слева) и Дмитрий Песков. Фото: Mikhail Metzel / TASS / Scanpix / Leta

В России случилась маленькая политическая сенсация, которую мало кто заметил. По сути, пресс-секретарь президента Дмитрий Песков публично призвал не считать своего начальника… лжецом. Но проблема в том, что ложь стала одной из главных форм и нормой общения российской власти как с миром во внешней политике, так и со своим населением — во внутренней.

Бизнес может доверять словам Владимира Путина об амнистии капитала, поскольку он «неоднократно доказывал состоятельность своих слов», заявил пресс-секретарь президента на традиционном ежедневном брифинге. Дмитрия Пескова спросили, можно ли верить словам президента об амнистии капиталов (а кроме слов вообще-то есть и соответствующий федеральный закон) после того, как ФСБ засадила бизнесмена в тюрьму, используя для доказательства вины одну из его специальных деклараций об амнистии. Хотя амнистия предусматривает прямой запрет на использование добровольно задекларированных бизнесменами нарушений в качестве оснований для уголовного преследования.

Речь идет об уголовном преследовании Валерия Израйлита, совладельца компании «Усть-Луга», которая строила порт Усть-Луга на побережье Финского залива. По версии обвинения, преступная группа, в которую входил Израйлит, экономила на поставках некачественных труб для порта и выводила деньги за границу. В декабре 2016 года Израйлита арестовали. До этого, узнав о возбужденном деле, он поручил своим сотрудникам убрать все следы его «бизнес-деятельности», говорится в обвинительном заключении, но одна из сотрудниц испугалась и забрала компьютер домой, где его изъяли следователи. Из переписки в ICQ сотрудники УФСБ по Санкт-Петербургу и Ленинградской области и узнали, что в начале 2016 года Израйлит подал декларацию об амнистии. Эта декларация и должна была освободить его от уголовной ответственности. Но была использована против него как доказательство вины.

Порт Усть-Луга. Фото: Alexander Demianchuk / TASS / Scanpix / Leta

Порт Усть-Луга. Фото: Alexander Demianchuk / TASS / Scanpix / Leta

Примечательно, что детали самой истории Дмитрий Песков по традиции комментировать отказался. Просто призвал верить Путину, обещавшему, что у бизнеса не будет проблем в случае добровольного участия в амнистии капиталов.

Аргумент Пескова, что Путину надо верить, потому что он «неоднократно доказывал состоятельность своих слов», звучит по отношению к главе государства почти издевательски. Ведь Путин как раз неоднократно доказывал прямо противоположное — попросту говоря, публично лгал. А даже на бытовом уровне четко действует библейский принцип: «Единожды солгав, кто тебе поверит».

Два самых вопиющих примера такой публичной лжи — неоднократно высказанное Путиным обещание не повышать пенсионный возраст, пока он, Путин, остается президентом и знаменитое заявление 2004 года, что Кремль не заинтересован в банкротстве нефтяной компании «ЮКОС» уже тогда получившего длительный срок заключения Михаила Ходорковского. «Официальные власти страны не заинтересованы в банкротстве такой компании, как „ЮКОС“, — заявил тогда президент на брифинге в Ташкенте, отвечая на вопрос моего коллеги и товарища, ныне известного политолога Аркадия Дубнова. — Правительство постарается сделать так, чтобы не обрушить эту компанию».

По факту пенсионный возраст в России был повышен, а «ЮКОС» сознательно обрушили и обанкротили, чтобы продать за бесценок через подставную структуру под комическим названием «БайкалФинансГруп» компании «Роснефть» Игоря Сечина.

На автозаправке

На автозаправке «ЮКОС». Фото: SERGEI KARPUKHIN / TASS / Scanpix / Leta

Кроме того, в начале своего президентства Путин обещал никогда не отменять в России прямые выборы губернаторов. Но отменил их на долгие годы осенью 2004 года после теракта в Беслане и до сих пор восстановил не везде (до сих пор нет прямых выборов главы региона в Ингушетии и Дагестане, где при этом не действует чрезвычайное положение, которое могло бы служить основанием для отказа от таких выборов).

Путин на известной экстренной пресс-конференции 4 марта 2014 года публично отрицал присутствие российских войск при аннексии Крыма и планы России присоединить Крым. Надо ли напоминать, как все было на самом деле?

Но проблема в данном случае не в Путине. Точнее, не в нем одном. Ложь в российской политике давно не «опциональна», а инструментальна. Это ключевой способ ведения дел во внешней и внутренней политике.

Россия вводила войска в Украину под предлогом «борьбы с бандеровцами», которых не было в украинской власти. При этом участие российских военнослужащих в боевых действиях на территории Украины тоже отрицалось. В лучшем случае нам рассказывали сказки о «заблудившихся» российских «десантниках-отпускниках», которые «случайно» перешли на территорию Украины.

Россия ввела войска в Сирию под официальным предлогом борьбы с запрещенным в РФ «Исламским государством"(ИГИЛ) и обещала использовать только авиацию. По факту российские войска, в том числе сухопутные, освобождали Алеппо, где никакого ИГИЛа никогда не было. И российский генерал Валерий Асапов, погибший в Сирии, был вовсе не авиатором, а командующим 5-й общевойсковой армией.

Более того, в Сирии чудесным образом оказалась частная военная компания Вагнера, которая тоже пыталась воевать вовсе не с ИГИЛом, а отбивать у сирийской оппозиции нефтеперерабатывающие заводы и получившая отпор от американских войск.

Российские власти продолжали отрицать очевидное, хотя были названы даже имена, фамилии и география погибших «вагнеровцев».

При этом частные военные компании в России вообще находятся вне закона. И если считать, что на территории Украины воевали не регулярные войска РФ, а исключительно российские добровольцы, это все равно преступление по российским законам. Для них в российском Уголовном кодексе есть 359-я статья «Наемничество».

Проблема доверия или собственной репутации в глазах других людей — последнее, что волнует нынешнюю российскую власть. Россией правят «хозяева своего слова»: хотят, дают честное слово, хотят — в любой момент заберут его назад.

Нельзя быть «частично честным», как нельзя быть «частично беременной». Нельзя фабриковать уголовные дела для отъема бизнеса (как это было и со всеми делами «ЮКОСа» 16 лет назад, и с делом Майкла Калви в 2018 году) и при этом убеждать российских бизнесменов воспользоваться амнистией капиталов. Нельзя не допускать до выборов в Мосгордуму под откровенно надуманными предлогами всех действительно независимых оппозиционных кандидатов и утверждать, что в России возможны честные выборы.

Председатель ЦИК Элла Памфилова. Фото: Kirill Kallinikov / TASS / Scanpix / Leta

Председатель ЦИК Элла Памфилова. Фото: Kirill Kallinikov / TASS / Scanpix / Leta

«Не верь, не бойся, не проси» — по-прежнему главный лозунг, описывающий отношения разумного человека с российским государством. Этому государству нельзя верить, его, по возможности (хотя порой это объективно очень сложно) не надо бояться и у него точно не надо ничего просить. Ни амнистии капиталов, ни честных выборов. Разве что требовать освобождения политзаключенных.

Есть устойчивое выражение «кризис доверия». Российская власть не боится этого кризиса, пока у него есть лояльный аппарат насилия и относительно высокое личное доверие человеку, олицетворяющему в единственном числе всю нынешнюю политическую систему страны.

Электоральный рейтинг Путина в августе 2019 года упал до 43%, меньше было только в далеком 2001-м. Но это все равно очень высокий рейтинг. Он еще позволяет российской власти на всех уровнях врать относительно безнаказанно и безбоязненно. Собственно, именно рейтинг президента и отсутствие реальных рычагов воздействия на российскую власть извне и изнутри — залог успеха той лжи, которую постоянно производит Россия в качестве политического товара на экспорт и для внутреннего потребления.

Россияне могут продолжать доверять нынешней власти: по глупости, искренне, по вековой привычке доверять любому начальству или из-за естественного для живущего в России человека страха перемен. Но доверять любым словам первых лиц этого государства ни один разумный человек не может и не должен. Для этого достаточно просто сопоставлять слова с тем, что происходит на самом деле.