Преследование Ивана Сафронова и других журналистов должно быть прекращено
  • Вторник, 22 сентября 2020
  • $75.75
  • €89.06
  • 41.89

Головокружение на бензоколонке. Подешевевшая нефть заставила российскую власть объясниться

Владимир Путин заправляет автомобиль Lada Kalina, 2010 год. Фото Reuters/Scanpix Владимир Путин заправляет автомобиль Lada Kalina, 2010 год. Фото Reuters/Scanpix

Недавнюю отставку Владимира Якунина с поста главы РЖД и его отказ становиться сенатором многие напрасно истолковали как падение одной из знаковых фигур, даже столпов нынешнего режима. Скорее это надо расценивать как взлет — доктор политических наук, геостратег и конспиролог, неустанный разоблачитель вражеских «сетевых технологий» наконец-то избавился от бюрократических оков и решил перейти к вольному общественному творчеству.

Наверняка в ближайшее время российское общество получит возможность ознакомиться с новыми шедеврами патриотической мысли президента мирового общественного форума «Диалог цивилизаций». То, что этот форум традиционно проводится на греческом острове Родос, для Якунина вовсе не является помехой — он счастливо избежал европейских санкций, коснувшихся других видных кремлевских деятелей.

Новейшая миссия Якунина — свидетельствовать миру о специфике российской цивилизации. Весьма кстати оказался и внезапно обнаружившийся президентский указ еще апреля 2014 года о присвоении ему статуса чрезвычайного и полномочного посла. Видимо, российская власть оказалась перед необходимостью все-таки объяснить другим народам и странам свои внезапные метаморфозы последних двух лет. Поэтому пропагандистско-идеологическая деятельность сегодня становится не менее, если не более значимой, чем управление государственными монополиями.

Но в чем же состоит специфика нынешней российской цивилизации? Если окружающий мир постоянно наращивает взаимообмены — словом, то, что принято называть глобализацией, то Россия за последние годы объявила ее врагом и занялась изоляционистским «импортозамещением». А поскольку современную экономику уже трудно представить себе в отрыве от глобальных связей и обмена товарами, технологиями и чем только нет, всякие попытки построить автаркию неизбежно приводят к кризису. Наглядный пример — когда зарплату начинают выдавать кирпичами. Возможно, вскоре ее начнут выдавать нефтью и газом — пожалуй, единственными российскими ресурсами, которые страна пока еще исправно поставляет на мировой рынок.

Американский сенатор Джон Маккейн, который славится тем, что не скупится на острое словцо особенно в отношении Москвы, однажды назвал Россию «бензоколонкой, которая притворяется страной». Определение, быть может, несколько уничижительное, но в сущности достаточно точное. Тотальная зависимость российской экономики от нефти и газа нисколько не сокращается, несмотря на то, что ущербность такого положения очевидна всем. Почему так происходит? Не потому ли, что страной управляет группа людей, мало чем отличающаяся от не слишком дальновидных хозяев придорожной бензоколонки?

Высокие цены на энергоносители установились на мировом рынке с начала 2000-х годов. Эти «тучные годы» произвели на российскую политику совсем не тот эффект, который когда-то привел Норвегию и ОАЭ к мощной экономической и социальной модернизации. Вместо инвестирования сырьевых сверхприбылей в современное развитие страны, они были банально поделены между кремлевскими олигархами — руководителями крупнейших госкорпораций. Объявленные в 2005 году «приоритетные национальные проекты» давно успешно забыты. Насущно необходимая диверсификация российской экономики, переориентация ее на выпуск современной, глобально конкурентоспособной продукции так не состоялась, а теперь и вовсе уткнулась в «импортозамещение».

По оценке Global Wealth Report 2012 года, Россия заняла первое место в мире среди крупных стран по имущественному неравенству. На долю самого богатого 1% россиян приходится 71% всех активов в России. Этот разрыв вдвое превышает уровни ЕС и США. Бывший советский диссидент Владимир Буковский однажды остроумно заметил, что нынешние правители России построили не нормальное современное общество, а «какой-то действительно „загнивающий“, бандитский капитализм из старых партийных учебников».

Россия XXI века странным образом пошла по пути Испании XVI-го. Тогда в Европе уже бурно развивалась промышленность, но испанские короли и дворяне не слишком беспокоились строительством заводов, решив, что на безмерные потоки золота из американских колоний они и без того «все купят». Однако эти потоки постепенно сокращались, и вскоре Испанская империя, «проспавшая» индустриальную революцию, оказалась одной из самых слаборазвитых европейских стран. Анализируя ту эпоху, Егор Гайдар писал: «история Испании XVI—XVII вв.еков — судьба державы, пережившей крах, не потерпев поражения на поле брани, но рухнувшей под влиянием непомерных амбиций, основывавшихся на таком ненадежном фундаменте, как доходы от американского золота и серебра».

Помимо обогащения узкого придворного круга, Россия нулевых годов конвертировала сырьевые доходы в удержание и раскрутку своего великодержавного имиджа. Этот виртуальный, телепропагандистский образ фактически вытеснил собой реальность в сознании множества граждан. Все произошло в точности по теории Жана Бодрийара — реальный мир заместился виртуальными симулякрами.

С начала нулевых годов российские правители так много говорили о своем «правопреемстве» от СССР, что сами в конце концов поверили, что продолжают жить в Советском Союзе. С этой точки зрения, все остальные постсоветские страны и особенно те, которые ведут независимую от Кремля политику, воспринимаются не как самостоятельные государства, но как «сепаратистские провинции».

Головокружение российской власти от сырьевых сверхприбылей привело к тому, что она возомнила себя хозяйкой мировой сверхдержавы, прямого продолжения СССР — с его ролью «глобального противовеса» США. Правда, для мировых наблюдателей эти амбиции выглядели смешно — ВВП одного Нью-Йорка уже превышает ВВП всей России. Но те, кто живет в мире имперских симулякров, от экономической реальности отмахиваются.

Если распад СССР ныне принято считать «крупнейшей геополитической катастрофой ХХ века», то своей задачей на XXI век российская власть, видимо, ставит исправление этой «катастрофы», возвращение мировой ситуации к доперестроечной конкуренции сверхдержав. Нынешние кремлевские правители, по существу, решили «переиграть перестройку», которая привела не к тем историческим результатам, которые бы их устраивали.

В последние месяцы в различных СМИ вышла серия статей и интервью высших российских чиновников, где они попытались обосновать антизападный тренд Кремля. Конечно, такие заявления звучали и раньше, но после Украинской революции и аннексии Крыма они стали эталонными для российского официоза.

Суть этих заявлений в самой сжатой форме сводится к обиде на Запад за то, что он более не признает Москву в качестве равноправного «второго полюса» глобальной политики. Кремль все еще живет в «ялтинско-потсдамском» мире, обвиняя нынешний Запад в его «нарушении» и совершенно не желая замечать, что эта двуполярная система рухнула еще вместе с Берлинской стеной.

Они по инерции до сих пор считают все постсоветское и даже восточноевропейское пространство зоной своих интересов и очень болезненно относятся к расширению ЕС и НАТО на Восток. Хотя в эти организации никого насильно не включают — напротив, многие страны сами туда стремятся, чтобы обезопасить себя от опасного, с их точки зрения, соседства. Показательно, что по опросам 2015 года за вступление в НАТО выступает уже около половины граждан Украины, тогда как в 2012—2013 годах эта цифра не превышала 15%.

Самым «философским» выступлением от лица российского официоза выглядит пространная статья уже упомянутого Владимира Якунина «Глобализация и капитализм». В этой статье он собрал множество известных конспирологических стереотипов — о том, как коварный Запад уничтожает все суверенные государства с их «духовностью и самобытностью».

Тем не менее, разделить благородное негодование автора на «мировой финансовый олигархат» мешает один неудобный факт — сам Якунин является одним из крупнейших российских олигархов. И когда обладатель роскошного поместья с легендарным шубохранилищем вдруг принимается обличать «бездуховное потребительство», это выглядит либо откровенным цинизмом, либо невероятной самоиронией.

Но все же — для чего такие столпы современной российской власти, как Владимир Якунин, вдруг увлеклись публицистикой? Почему именно сейчас работа со смыслами вдруг стала важнее простого «зарабатывания» денег? Неопатримониальная (по определению профессора Владимира Гельмана) российская система может существовать лишь при наличии внешнего врага, на которого списываются внутренние провалы. Поэтому Кремлю так остро необходим симулякр «Берлинской стены». Без него вся имперская риторика перестает работать и теряет смысл.

Но при столкновении с реальностью эта пропаганда ломается и порождает комический эффект. Не так давно министр иностранных дел РФ Сергей Лавров заявил о том, что «эпоха доминирования Запада в экономике и политике завершается». Замечательным фоном для этого заявления стали очереди в обменные пункты, где россияне скупали стремительно дорожающую западную валюту…

Мировая цена на нефть падает — и пропагандистский пузырь лопается. Уже появились первые сообщения о том, что столь напугавшая западный мир машина российской пропаганды на поверку оказывается не такой эффективной. Тем не менее уничтожение импортных продуктов и стиральных порошков свидетельствует о том, что вызванное имперскими симулякрами головокружение может перейти и в открытое помешательство, а больше всего от него страдает собственное население страны, которому как всегда достается тяжелее всех.

Головокружение это, конечно же, пройдет. Никакие симулякры не смогу окончательно подменить собой реальность. Вопрос лишь в том, сколько это займет времени на этот раз.