«Даже Верховную Раду минометом с баржи не собирался расстреливать». Почему украинский судья не отправил за решетку обвиненного в госизмене «кума Путина» Виктора Медведчука Спектр
  • Воскресенье, 24 октября 2021
  • $70.34
  • €81.87
  • 85.77

«Даже Верховную Раду минометом с баржи не собирался расстреливать». Почему украинский судья не отправил за решетку обвиненного в госизмене «кума Путина» Виктора Медведчука

Виктор Медведчук. Фото AP Photo/Scanpix/Leta Виктор Медведчук. Фото AP Photo/Scanpix/Leta

В четверг, 13 мая, народный депутат Украины Виктор Медведчук, которого обвиняют в измене Родине (максимальное наказание по этой статье 15 лет) и в покушении на разграбление национальных природных ресурсов (максимальное наказание — 12 лет), после семичасового заседания Печерского районного суда города Киева поехал к жене — под домашний арест. Украинский суд не определял виновность пророссийского политика, он определял меру пресечения, а украинский УПК с 2019 года не оставляет судье выбора, максимально плохой для народного депутата исход выглядел как арест с правом внесения залога. Украинская генеральная прокуратура требовала арест на два месяца или внесение залога в 300 миллионов гривен (около 10 млн евро).

«Согласно действующего законодательства Украины, а именно Криминального процессуального Кодекса суд при избрании меры пресечения в виде содержания под стражей обязан определить размер залога — альтернативную меру пресечения. Есть только 3 исключения, когда залог не может быть назначен: Если преступление совершено с использованием насилия или с угрозами его использования, если преступление привело к гибели человека, если уже в рамках этого уголовного производства залог избирался, но был нарушен. Государственной измены в этом списке нет. Поэтому суд не мог поступить по другому», — пояснил «Спектру» Алексей Носов, руководитель криминальной практики юридической компании «Миллер».

Но судья отклонил требования прокуратуры и отправил Медведчука под домашний арест безо всякого залога, теперь Медведчуку запрещено покидать место жительства до 9 июля, он должен являться по вызову в правоохранительные органы, носить электронный браслет и сдать свой загранпаспорт.

У Виктора Медведчука и его жены Оксаны таких легальных денег теоретически быть не должно — семья и ее бизнес с зимы под санкциями украинского СНБО, а глава семейства с марта 2014-го вынужден жить под санкциями США еще по первому российскому списку, за Крым. Он в том списке был единственным гражданином Украины.

Суд был местами интересным зрелищем, судья неожиданно жестко обращался с обвинением, защита была профессиональна, у Виктора Медведчука была группа поддержки из народных депутатов и сотни спортивных бойцов, которые то сооружали живые коридоры вокруг босса, то живые щиты вокруг его «мерседеса», то такие же живые стены перед «лишними» журналистами. Прямую трансляцию вели сразу десять телеканалов.

Виктор Медведчук не самый красноречивый, не самый харизматичный и отнюдь не самый рейтинговый политик в пророссийском лагере украинского политического поля. Главным на этом фланге Медведчука делает его важный личный политический ресурс — связь с президентом России Владимиром Путиным. Как наглядно показали последние выборы, на Украине есть множество пророссийских проектов, за которые стабильно готовы голосовать около 15% избирателей, но выбирают они в первую очередь не партийные программы, а картинку о встречах руководства конкретной партии с руководством РФ — голосуют просто за того, кого поддерживает Россия и Путин.

Накануне парламентских выборов 2019 года только лидеры партии «Оппозиционная платформа — За Жизнь!» (ОПЗЖ) несколько раз летали в Москву, за них публично вел агитацию лично бывший тогда главой правительства РФ Дмитрий Медведев — вот они и преодолели 5-процентный проходной барьер, в отличие от своих непосредственных конкурентов — Оппозиционный блок, финансируемый Ринатом Ахметовым, и партия Наши Мураева тогда не прошли в Раду.

Кумовство с российским президентом и особые связи с Москвой помогли Виктору Медведчуку провести вторую по величине фракцию в Верховную Раду (44 депутата), и одновременно сделала его практически безальтернативным символом российского влияния на Украине.

За что он сейчас и расплачивается — как обнаружила администрация президента Украины Владимира Зеленского, атаки на пророссийскую оппозицию впервые остановили падение рейтингов действующего президента и даже поднимают их на пару процентов каждый месяц. Уголовное преследование Медведчука потенциально может затронуть бонусом еще одного врага Зеленского — бывшего президента Украины Петра Порошенко. Именно при нем Виктор Медведчук занимался обменами пленных и был практически безальтернативным посредником между Владимиром Путиным и его украинским коллегой. Сейчас же украинские спецслужбы с февраля по май время от времени устраивают сливы разговоров Виктора Медведчука с помощником президента России Владиславом Сурковым, руководителем протокола президента России Владимиром Островенко или поздравлением с Днем Победы нынешнего главы ДНР Дениса Пушилина.

Все эти разговоры Медведчука, разумеется, только времен правления Порошенко.

В январе персональные санкции украинского СНБО к народным депутатам фракции ОПЗЖ Виктору Медведчуку и Тарасу Козаку прервали вещание трех рейтинговых телеканалов, затем массовые обыски прошли в сети АЗС «Glusco» — СБУ почему-то считало, что именно тут аккумулировались наличные деньги на содержание партийных проектов. В свою очередь Национальная полиция провела несколько операций против условного силового крыла партии — организации «Патриоты-За Жизнь!» и охранного агентства «Шторм».

Теперь вот в минувшую среду Медведчук с адвокатами побывал в здании Генеральной прокуратуры, чтобы совершить согласно законам Украины важное процессуальное действие — получить подозрение о совершении государственной измены.

Накануне оперативники СБУ не смогли попасть в дом, где предположительно находились Виктор Медведчук с супругой — их не пустили какие-то люди в черном, охранявшие строение и адвокаты. При этом в ряде домов Медведчука и его личном кабинете в офисе партии ОПЗЖ все же прошли обыски. Преследование Медведчука все время балансирует на грани комического шоу, и никто не понимает, как оно далеко зайдет и насколько сильны юридические позиции прокуроров. После громких публичных обвинений в финансировании терроризма и государственной измене, двум народным депутатам от партии «Оппозиционная платформа- За Жизнь» (ОПЗЖ) объявили подозрение пока только с одним понятным эпизодом — Виктор Медведчук и Тарас Козак после аннексии Крыма Россией якобы «передали оккупантам» документальную и материальную базу газового месторождения «Глыбока». При этом месторождение совсем не было передано какому-то российскому государственному концерну.

Генеральный прокурор Украины Ирина Венедиктова провела специальный брифинг для прессы, где пошагово показала, как украинское месторождение в собственности ООО «Новые проекты Украины» перешло к российскому ООО «Новые проекты» с теми же хозяевами, а украинские лицензии на добычу были переоформлены на российские. Добыча на месторождении, запасы которого в мирные времена оценивали в 48 миллиардов гривен (около 5 миллиардов евро по курсу того времени) до сих пор не началась, поскольку его границы частично совпали с границей нового российского военного полигона. Но президенту России Владимиру Путину уже передано письмо с просьбой изменить границы полигона, это письмо есть в распоряжении следствия и, как утверждают эксперты, правки в этот экземпляр письма вносились рукой Медведчука.

Мы присутствуем при большой личной трагедии Виктора Медведчука — вокруг его ареста нет протестующей улицы, нет возмущенного избирателя, закрытие телеканалов продемонстрировало не только отсутствие общественной поддержки ОПЗЖ, но и некоторую искусственность их рейтингов — за февраль в отсутствие собственного телепула их цифры поддержки сразу упали более чем на 4% и еще один процент они потеряли к маю.

Тарас Козак в такой ситуации от греха подальше отбыл в Россию, а вот Виктор Медведчук попробовал повторить путь Петра Порошенко после поражения на выборах — пятый украинский президент свои многочисленные уголовные дела превратил в один общий политический процесс общественной реабилитации, его всегда поддерживают под судами большие толпы сочувствующих, а образ гонимого властью политика существенно и положительно сказывается на его рейтингах.

Петр Порошенко со своими сторонниками. Фото EPA/Scanpix/Leta

Петр Порошенко со своими сторонниками накануне президентских выборов 2019 года. Фото EPA/Scanpix/Leta

А Виктора Медведчука поджимает еще и внутривидовая конкуренция, во фракции и партии у него целый серпентарий — главное лицо ОПЗЖ вечный кандидат в президенты Юрий Бойко кооперируется с владельцем телеканала «Интер» экс-главой Администрации президента времен Януковича Сергеем Левочкиным. Левочкин кране опытный политический боец, вхож последнее время в Офис президента Зеленского, и злые языки поговаривают, что политическая схема с атакой на Медведчука может быть и идеей этого народного депутата от ОПЗЖ. Его, кстати, в суде в четверг в группе поддержки не было.

Украинский СНБО к тому же сейчас готовит закон, который должен ограничить деятельность олигархов в стране. И как проговорился секретарь СНБО Украины Алексей Данилов таких олигархов будет 13, при том, что широкая общественность их знает максимум пять — Рината Ахметова, Игоря Коломойского, Виктора Пинчука, Виктора Медведчука и Петра Порошенко.

И как-то так получилось, что Виктор Медведчук в этой неизвестной пока чертовой дюжине внезапно оказался в роли «слабого звена» — самой легкой мишени.

Мало того, для президента Украины Владимира Зеленского, похоже, уже все решено — он искренне считает, что одним олигархом в Украине стало меньше. В пятницу он опубликовал в украинском издании «Фокус» свою колонку, посвященную процессу борьбы с олигархами, и она именно так и называется: «Минус Медведчук». В картине мира Владимира Александровича Зеленского такого влиятельного пророссийского олигарха больше нет. Проблема в том, что Виктор Медведчук остается в картине мира президента России Владимира Владимировича Путина и в умах какой-то существенной части украинских избирателей.

«Знаете, вот тронут Ахметова — сразу шахтеры касками стучат в Киеве, тронешь Коломойского „Плюсы“ (телеканал 1+1 — прим. „Спектра“) включатся, а Медведчука проверили санкциями с закрытием каналов, увидели, что реакции нет — человек не может „включить улицу“, человек вот пошатнулся и громко упал! — поясняет ситуацию украинский политолог Константин Батозский. — А падающего подтолкни — этому еще Макиавелли учил! Никого другого Офис президента так безнаказанно тронуть не мог. Если в России надеялись, что он хоть что-то покажет, будет как-то драться и защищаться, то Медведчук их глубоко разочаровал».

Виктор Медведчук. Фото пресс-слуюбы Кремля

Виктор Медведчук. Фото пресс-слуюбы Кремля

«Парадокс ситуации заключается в следующем, — продолжает Батозский. — Россия с каждым днем раздает все больше паспортов жителям оккупированного Донбасса, а Киев на это повлиять никак не может. В то же время, в Киеве офис президент Зеленского наносит удары по главному агенту влияния Кремля в Украине — лидеру партии „Оппозиционная платформа За Жизнь“ Виктору Медведчуку. И тут вдруг всем стало понятно, что вот эта вот пророссийская оппозиция с Виктором Медведчуком во главе является Колоссом на глиняных ногах. И Россия на эту ситуацию тоже повлиять никак не может. Остается вопрос, насколько серьезно проработано юридически это обвинение и не отменит ли это уголовное дело какой-нибудь заштатный украинский районный суд — тогда это дело превратится в обычный фарс. Медведчука ведь обвиняли в терроризме, а предъявляют один старый крымский эпизод».

Что мы имеем в промежуточном итоге? Дело против пророссийских политиков — это тест для украинской прокуратуры, президента Владимира Зеленского и самого Виктора Медведчука, который принципиально остался в Киеве и явно пытается превратить свой процесс в своеобразный политический трамплин.

Офис Владимира Зеленского тоже пока ничего не проиграл — лидер пророссийской оппозиции заперт дома на два месяца, рейтинг президента Украины понемногу, но растет третий месяц подряд, а дело Медведчука наверняка еще ждет апелляция прокуратуры и новые обвинения. Команда украинского президента привычно мыслит сериальными сценарными стандартами — ее не пугают закрученные сюжеты, каждая новая серия должна быть интересной для зрителей.

При президенте Петре Порошенко у судьи в подобном случае вообще не было выбора, он обязан был отправить обвиняемого по такой статье в СИЗО до суда. Но при Владимире Зеленском в 2019 году Конституционный суд, который принял решение по иску Надежды Савченко, проведшей год в украинском СИЗО по обвинению в попытке организации государственного переворота, снял ограничения на применение не связанных с лишением свободы мер пресечения для обвиняемых по таким статьям, вернув судьям возможность и назначать залог, и отправлять под домашний арест. «Спектр» не мог не задать вопрос о деле Медведчука Надежде Савченко.

Надежда Савченко. Фото Sputnik/Scanpix

Надежда Савченко. Фото Sputnik/Scanpix

«Человек, который заточен убивать, стреляет по детям в школе, взрывает людей, должен безусловно сидеть! — говорит „Спектру“ Герой Украины Надежда Савченко. — Медведчук никого не взрывал, даже Верховную Раду минометом с баржи не собирался расстреливать (в обвинительном заключении Надежды Савченко был такой эпизод от прокуратуры — прим. „Спектра“), у него „измена Родине“ и, возможно, будет „финансирование терроризма“. Но для того чтобы применять такую специфическую, тяжкую статью, нужно, чтобы в стране все одинаково оценивали державу, а у нас есть еще люди, для которых Родиной остался Советский Союз, и они так реально продолжают думать в отличии от тех, кто родился в вольной Украине. У нас именно поэтому крайне редко применяется эта статья УК. В остальном же все это дело теперь суда, а я лично считаю, что Виктор Медведчук если и должен сидеть, то вместе с Петром Порошенко — вот такое мое мнение!»

col-sm-7 offset-sm-1 order-sm-2