Экономика от лукавого. Николай Кульбака — о том, что скрыл в своем интервью российский омбудсмен Борис Титов Спектр
Суббота, 20 апреля 2024
Сайт «Спектра» доступен в России через VPN

Экономика от лукавого. Николай Кульбака — о том, что скрыл в своем интервью российский омбудсмен Борис Титов

Борис Титов. Фото Sputnik/Scanpix Борис Титов. Фото Sputnik/Scanpix

Недавно уполномоченный при президенте РФ по защите прав предпринимателей Борис Титов дал большое интересное интервью РИА Новости о настоящем и будущем нашей страны с точки зрения экономики и бизнеса. Попробуем проанализировать прогнозы омбудсмена и постараться понять, как они соотносятся с реальным положением дел.  

Практически сразу же Борис Юрьевич говорит: «С февраля 2022 года Россия много чего научилась изготавливать сама. Наша экономика быстро перестроилась, импортозаместилась по целому ряду важнейших направлений».

По идее, импортозамещение должно означать сокращение импорта в Россию. Но так ли это? По данным федеральной таможенной службы, в январе-сентябре 2023 года (по сравнению с 2022 годом) объем экспорта из России снизился на 29%, с $448,9 млрд до $316,9 млрд, а импорт, напротив, увеличился на 18% — с $180,3 млрд до $213,3 млрд.

Получается, все ровно наоборот — по сравнению с тем, что говорит Титов. Импорт никуда не делся, даже вырос по сравнению с прошлым годом. Только направление закупок изменилось. Вместо европейского оборудования закупается китайское, а продукты питания теперь едут к нам не из Европы, а из Азии, что и дольше и дороже.

А вот следующая цитата, касающаяся уже малого и среднего бизнеса. Титов считает, что остро необходимо «кардинально менять структуру МСП России. Это — проблема экономики России №1. К сожалению, пока тут хвастаться нечем, — продолжает омбудсмен. — Основная часть нашего малого и среднего бизнеса по-прежнему работает в области оптовой и розничной торговли (37%). В России около половины вновь зарегистрированных МСП выбрали сферы строительства, оптовой торговли, а также информационных технологий (ИТ). На обрабатывающие производства в структуре МСП приходится не более 5−6% по количеству субъектов и не более 10% по суммарному обороту».

Итак, главная проблема российской экономики, по мнению Титова, — не инфляция и не задранная процентная ставка, не административные барьеры и потери европейских рынков, а неправильный малый и средний бизнес, который — вот новость — не хочет идти в производство. Спрашивается: почему он не хочет? У нас есть результаты опроса, который проводил в этом году с представителями бизнеса Институт Гайдара. Вот их рейтинг проблем с процентом от числа опрошенных:

  1. Дефицит кадров (57%)
  2. Неясность текущей экономической ситуации и ее перспектив (43%)
  3. Внутренний платежеспособный спрос (38%)
  4. Слабый рубль (35%)

Естественно, что при неясности перспектив, невозможности закупить эффективные технологии на Западе, слабом внутреннем спросе и дефиците кадров только совсем безбашенный предприниматель начнет организовывать производство.

Тем не менее, российская экономика пока еще устойчива, считает Титов, и здесь я с ним полностью соглашусь:

«— Вы имеете в виду, что российская экономика за эти два года показала живучесть, так?

— Знаете, я бы на первое место, скорее, поставил слово не „российская“, а „рыночная“. Потому что, если бы мы не были рыночной экономикой, так быстро не адаптировались бы к той сложнейшей геополитической ситуации, в которой оказались, это точно».

На этот вопрос и я бы ответил так же,  да и не я один. Большинство экономистов-аналитиков признают, что российская экономика устояла благодаря тому, что она прежде всего рыночная. И пока что остается таковой.

Затем Борис Юрьевич продолжает произносить правильные слова, правда, уж больно осторожные: «Хочется, конечно, чтобы государство, оказывая бизнесу помощь, поддержку, давя, образно говоря, на газ, при этом одновременно не тормозило. Потому что, допустим, ставка ЦБ — это серьезный тормоз экономики, причем не очень оправданный. Ее повышают, а инфляция все равно растет. Надо, наконец, понять, что основной способ борьбы с инфляцией сейчас — это налаживать в стране производство, открывать новые предприятия, выпускать больше товаров, а не меньше, как это получается в результате высокой ставки»

Боюсь, что немного лукавит уважаемый омбудсмен. Он ведь не говорит о том, почему, несмотря на все усилия Центробанка, инфляция не снижается. А не снижается она потому, что одновременно правительство раздает деньги без всяких высоких процентных ставок тем предприятиям, которые относятся к военно-промышленному комплексу. И именно эти растущие бюджетные расходы мешают остановить инфляцию в стране.

Дальше Борис Титов опять произносит вроде бы правильные слова. «Что касается вызовов, с которыми наши деловые люди сталкиваются, то они постоянно меняются. Если в начале года это были проблемы, связанные с логистикой, с оплатами, с расчетами, с допусками к финансовым ресурсам, то сейчас на первое место вышли проблемы трудовых ресурсов».

Действительно, как мы уже видели, дефицит кадров — главная проблема для бизнеса. Но откуда взялся этот дефицит? Титов по этому поводу дает следующие разъяснения: «Поскольку экономика России начала расти — в стране возник резкий дефицит кадров. Плюс промышленный рост совпал с демографической ямой, о которой нас давно предупреждали. Мы, правда, надеялись ее избежать. Полагали сделать это за счет открытия технологических предприятий, повышения производительности труда. Но так не случилось. И хотя сегодня рост производительности труда налицо, потребность в кадрах все равно растет быстрее».

Конечно, с ростом производительности Титов явно погорячился. В октябре 2023 года газета «Ведомости», которую уже не заподозришь во фронде, сообщала: «производительность труда в российской экономике за прошлый год снизилась на 3,6% по отношению к 2021 г., следует из данных Росстата. Это самое глубокое падение показателя с момента мирового финансового кризиса — в 2009 г. он составил -4,1%».

Ну, а что касается экономического роста, то в 2022 году ВВП составил, по последним оценкам Росстата, 98,8% от ВВП 2021 года. Пускай в этом году рост составил 3% — тогда мы будем иметь экономический рост за последние два года примерно 1,7% (или менее одного процента в год). Иными словами, никакого роста практически нет. При этом за тот же период число занятых увеличилось на 3,5%. Похоже, мы видим здесь не рост занятости, а, скорее, оплату сверхурочных и скрытый рост оплаты труда, замаскированный под наём «мертвых душ». Но производство реально не растет.

Ну, и «вишенка на торте» — меры по росту рабочей силы, которые предлагает Борис Титов. Он говорит: «Нам необходимо использовать… все те резервы, которые есть внутри самой России. Возьмем, к примеру, пенсионеров, которых, по официальной статистике, более 40 миллионов человек. Сегодня им работать невыгодно, так как они по-прежнему платят социальные страховые взносы, и вы только вдумайтесь куда — в пенсионные фонды! Нонсенс. Зачем? Они ведь уже отработали свои пенсии. Эти социальные взносы с работающих пенсионеров надо снимать. Необходимо создавать льготы и для молодежи, стимулируя их к трудовой деятельности».

Прекрасное решение. Снимаем социальные взносы и отправляем пенсионеров трудиться. Наверное, Борису Юрьевичу самому еще очень хочется поработать в его 63 года, только нельзя забывать, что около 8 миллионов пенсионеров и так работают, причем это количество примерно совпадает с числом пенсионеров моложе 70 лет. А среди тех, кому 70−80 лет, работать пойдут лишь единицы.

В общем, с логикой у Бориса Титова все нормально. Это логика успешного бизнесмена, приближенного к власти. Но между ним и обычными людьми, похоже, пропасть огромного размера, и перешагнуть ее он не в состоянии.